http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


Прасковья Печать Email

МАРИНА ПАНФЕРОВА

Марина Панферова. Автор книги “Случайная встреча”, соавтор двух коллективных сборников “Зеркало души”, “Резонанс”. Родилась в 1964 году в Азербайджанской СССР, с 1990г. проживает в России. В настоящее время живет в Ставропольском крае. Руководитель литературного объединения “Лабиринт”.

Волосы уже побелели, и глаза хуже стали видеть, и все чаще приходит усталость, а с ней – думы о прошлом. Восьмой десяток уже прожит.

Сегодня получила письмо и открытку от детей. Пишут ласковые и добрые слова. Желают здоровья и счастья.

«Счастье, – подумала Прасковья. – А было ли оно?»

Было... Когда в 1932 году стала женой Андрея...

 

Тогда во всем селе не было пары счастливее их. Молодые, красивые и до работы охотники. А через год она родила первенца Сергея, и муж не мог слова произнести, глядя счастливыми глазами на нее, лежащую после родов в постели, и на маленький сверточек, из которого виднелись живые глазенки...

До войны она родила еще троих сыновей. Казалось, счастье будет сопутствовать ей до конца жизни. В августе 1941 года Андрей ушел на фронт. И вернулся к ней в 45-м живым и невредимым, с орденами и медалями. А через год родилась Верочка, единственная их дочь.

Все было хорошо. Но судьба распорядилась иначе.

Андрей любил и умел плотничать. А в деревне так мало осталось мужчин, что его ждали почти в каждом доме. И он помогал вдовам и старикам. Чинил мебель, поправлял заборы, привозил сено... Работы хватало. И Прасковья не сердилась, когда муж порой возвращался поздно.

И когда соседка Валя, вдова с двумя детьми, попросила Андрея перестелить полы, сердце ее не почувствовало беды. С Валентиной они росли вместе, в один год замуж вышли. Муж соседки погиб в первый год войны, и Прасковье было по-женски жаль эту женщину.

Это было в марте. Восьмого. Прасковья приготовила обед, переделала массу дел, чтобы вечером спокойно сесть за стол с мужем и видеть его добрые, ласковые глаза. Когда наступил вечер, Прасковья еще слышала стук топора в соседнем доме. «Скоро придет», –думала она. Накормила детей, уложила спать. Только годовалая Верочка долго капризничала, не хотела спать. Прасковья напевала песенки, качала ее и не замечала, как летело время.

Когда Верочка заснула, она посмотрела на часы –было одиннадцать. И тогда она почувствовала боль. Сердце ныло, и в голове мелькали мысли... А вдруг что-то случилось? Она выбежала во двор и подошла к соседскому дому. Странная тишина и темнота в доме. Позвала Валю –но никто не вышел. Только собака сонно залаяла в ответ. Она не помнит, как вернулась домой и просидела до утра. Андрей не пришел.

А утром для нее начался тяжелый день. Голова болела от бессонной ночи и тяжелых мыслей. Ничего не ладилось, все валилось из рук.

– Что с тобой, мама? – с удивлением спросил старший сын.

– Да что-то приболела, – солгала она.

А потом легла на кровать и забылась неспокойным сном. Вскоре ее разбудили шаги. Она открыла глаза и увидела Андрея, стоявшего перед ней.

Она молча смотрела на него, пытаясь понять, о чем он говорит.

– Я, Паша, уйду от тебя. Ты сама все понимаешь.

...Он еще что-то говорил. А она смотрела на его родное и ставшее за одну ночь чужим лицо. И, наконец, поняв, что произошло, зло закричала: «Уходи, уходи, чтоб я никогда тебя не видела!» Он вышел, и она слышала, как удаляются его шаги. Все кончено. Она одна. Он бросил ее. Ее, которая так его любила. Обида, горькая обида заставила ее упасть на кровать и рыдать, уткнувшись в подушку.

– Мама, мама, Верка есть хочет, – закричали вбежавшие дети. Каких трудов ей стоило встать и взять на руки дочку!

… А через неделю Андрей пришел вновь и сказал, что сыновей возьмет с собой. И свои вещи. Против вещей она ничего не имела, но детей.… Нет, этого не будет!

– Нет, будет! Они мои дети. А тебе трудно будет с пятью-то. И он забрал мальчиков. Старший сын, уже поняв происходящее, сказал матери:

– Я буду к тебе приходить.

И они ушли, оставив ее с дочкой на руках, в так внезапно опустевшем доме…

Она долго не могла привыкнуть к тому, что голоса детей слышны в соседнем доме, а не в ее. Не могла видеть Валентину, хотя та при встрече сказала:

– Не вини меня, Паша, я ведь тоже счастья хочу…

Через две недели Сергей, ее старшенький, придя к матери, сказал:

– Я не хочу больше жить с ними. Я с тобой буду.

А через месяц вернулись к ней и два средних сына. А младший Ванюшка еще долго колебался, не зная, на ком остановиться, на матери или отце.

Но через год он тоже жил у нее. И вскоре, играя на улице с мальчишками, восьмилетний Ванюша вместе с ними бежал за телегой, на которой ехал его отец, и кричал:

– Дядя! Дядя! Прокати…

Услышав, как сын называет отца, Прасковья с горечью сказала Андрею:

– Дожил ты, что даже родные дети тебя дядей назвали, – и добавила, – лучше бы ты на войне погиб…

Жила она теперь только для детей. О мужчинах не было и мысли. Не раз приходили её сватать, но она упорно твердила: «Нет, нет». С утра и до позднего вечера копалась в огороде, смотрела за курами и поросенком, шила, вязала. А когда подросла Вера, стала работать в колхозе.

Старший поступил в училище и сразу уехал в город. Вскоре за ним следом уехали и остальные... Все выучились, все получили образование. Сергей большим человеком стал. В городе начальником на заводе работает. В прошлое лето в отпуск на своей машине к ней приезжал. Егор с Федором учителями работают. А Ванюша – военный. Верочка здесь, в селе живет. Агроном она.

Вспомнила Прасковья, как всей семьей они копали картошку. Это в первый год после ухода Андрея было. Все вышли в огород, Сергей и она копали, а остальные старательно собирали картофелины в ведра. Даже маленькая Верочка бросала в ведра картошку вместе с комьями земли.

А на соседнем огороде, уже выкопав картофель, Андрей и Валентина весело пели. Он не пришел тогда ей помочь, хотя знал, как ей трудно одной с детьми…

Но пришел он к ней десять лет назад, когда все дети уже переженились и разъехались. Вера тогда была дома.

– Мам, смотри, кто к нам пришел, – удивленно сказала дочь.

Прасковья посмотрела: Андрей стоял во дворе и, отведя в сторону глаза, глухо произнес:

– Можно я вернусь к тебе? Я совершил ошибку тогда, прости.

– Зачем? Зачем? – повторила Прасковья.

Затем, помолчав:

– Ты мне не нужен.

Андрей ушел... Вот так и была прожита жизнь. И сейчас, сидя за столом и перебирая открытки детей, она думала о том, что настоящее ее счастье – дети…

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.