http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


Избранное из увиденного Печать Email

Рамази Мусаева

 

Война закончилась… Прошло время… Печаль исчезла с лиц, но ушла глубоко в сердца и навсегда осталась там.

Ибо многие, смотря кинофильмы и фотографии на военную тему, заново переживают свою трагедию.

 

 

Когда 26 ноября 1994 года началась война, люди от неожиданной беды, которая обрушилась на них со всех сторон, терялись в военной мешанине. Слово «жизнь» здесь потеряло свой изначальный – радостный – смысл. Когда-то спокойная и красивая республика стала синонимом анклава террора.

Война стала испытанием так же и для журналистов, которые столкнулись с жестокими и непривычными реалиями профессии военного корреспондента.

 

Один из них – Саид-Хусейн Царнаев.

 

По профессии он – инженер-строитель. Будучи студентом политехнического института, в 1978 году он осуществил свою детскую мечту стать артистом балета. Но в дальнейшем жизнь распорядилась так, что он стал фотокорреспондентом.

15 февраля в Грозненском Национальном музее стартовала фотовыставка известного чеченского фоторепортера Сайд-Хусейна Царнаева «Есть только миг между прошлым и будущим», которая продлилась до 5 марта.

В объектив фотокамеры Сайд-Хусейна попала жизнь в пробоинах, жизнь без Солнца, жизнь, в которой, казалось, уже никогда не будет просвета.

Но так же фоторепортер смог показать и ренессанс Грозного.

Крупным планом показаны лица грозненцев, восстанавливающих город.

И ни одного ложного кадра, и ни одной фальшивой мины на лицах людей, которые совсем недавно не верили в возрождение города. Все честно, как сама жизнь, как и само название выставки.

 

 

НЕБО ПАДАЕТ

 

Фотоработы Сайд-Хусейна всегда узнаваемы, благодаря его особому видению мира.

Они обладают удивительным свойством: глядя на них, кажется, что человек может сделать невозможное – остановить время. Они похожи на очень реалистичный сон...

 

Даже в той поствоенной буче, когда было все перевернуто – и в жизни, и вокруг, и в головах, Царнаев находит жизнеутверждающие моменты – как ни странно, с романтическими акцентами.    Например: фото, где парень с автоматом через плечо дарит девушке розочку, держа над ней зонт.

 

Я две недели – каждый день – приходила на выставку и наблюдала за людьми, которые смотрели на фотографии как на фрагменты жизни.

 

Женщины всех ребят, изображенных на фотографиях, ласкали по-матерински, как своих родных сыновей.

Они на каждого смотрели, как на родного…

 

Туда часто приходил мужчина и долго смотрел на каждую работу так, будто он был участником того самого момента, что изображен на фото.

Смотрел и тяжело, по-мужски, вздыхал.

Я так и не посмела подойти и отвлечь его от мыслей своими вопросами. Да и вряд ли он стал бы что-то говорить мне.

Он пришел сюда не для того, чтобы общаться с журналистом – он пришел сюда побыть с ребятами, которые крупным планом смотрели на нас, будто ушли, чтобы никогда не уйти из нашей памяти.

 

У нохчи не принято жаловаться на судьбу. Мы ее принимаем как предопределение и с глубоким уважением, какой бы тяжелой она ни была.

Мы даже танцуем под грустные песни в знак протеста против печали.

Даже уходя с выставки, люди друг друга подбадривали надеждой, что больше никогда такое не повторится.

Эта врожденная внутренняя чеченская гордость с детства в нас закладывается, как фундамент дома.

 

В нашем народе говорят, что жаловаться кому-либо, кроме Бога, – грех.

 

Были представлены и неизвестные фотографии Сайд-Хусейна Царнаева.

Они, как и другие, были интересны своей информативностью и законченностью сюжета.

 

В объектив его камеры попали исключительные люди, которые сознательно оставили мирную жизнь в воспоминаниях и погрузились в темноту войны со светлой душой, с сердцем, полным прощения для тех, кто оказался слаб, чтобы бороться.

 

Так же крупным планом показаны и те, кто в буквальном смысле этого слова и днем, и ночью восстанавливали республику.

 

Созидательные работы показаны с первых расчисток руин и до сегодняшних строительных работ.

 

На вопрос, что побудило его стать фотокорреспондентом, Сайд-Хусейн отвечает:

– Пишущих было много. Особенно – снимающих на видеокамеру, а серьезно работающих с фотографией – мало.

Я хотел выразить фотографией все, что происходило с 2000-х годов вокруг меня, то есть в Чеченской Республике.

Хотел в один кадр вместить весь ужас, всю несправедливость происходящего.

Хотел одним кадром на долгое время запечатлеть несгибаемость моего народа и его огромное желание жить вопреки всему.

А как это у меня получилось, судить вам – посетителям выставки.

 

На вопрос, есть ли любимые работы, отвечает так же скромно и лаконично:

– Мне все мои работы дороги.

Потому, что снимал, в основном, в экстремальных ситуациях, почти на грани жизни и смерти.

У каждой моей фотоработы есть своя история.

 

 

ОДИН КАДР… И ВСЯ ЖИЗНЬ

 

Когда в Англии появились романы Чарльза Диккенса, в которых трогательно рассказывалось о горькой судьбе мальчиков-сирот, детям на улице стали подавать милостыню.

 

Кто знает, может, люди, всматриваясь в эти фотографии, на которых крупным планом отражена боль в глазах очевидцев и жертв войны, поймут, какие беды принесла война чеченскому народу...

 

Жестокие и неопровержимые факты, запечатленные на этих фотодокументах…

Они дают ответы на не поставленные нравственные вопросы. Эти фотографии зафиксировали трагические события целого народа, но за кадром остались глубокие чувства, немыслимое горе и эмоции, которые фотокамера не в силах передать.

 

Порой фотография – это больше, чем просто очередной момент из жизни того или иного человека.

Иногда даже один случайный кадр может поведать многое или вызвать самые сильные эмоции.

Каждый такой снимок, как и его история, трогает до глубины души.

Такие фотографии рассказывают о прошлом, учат многому в настоящем и останавливают мгновения для будущего.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.