http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


«Сдержанность не означает неуверенность» Печать Email

 

Дукуваха АБДУРАХМАНОВ

 

Недавно на страницах российского онлайн-СМИ «Life News» появился материал некоего Егора Созаева-Гурьева под названием «Евкуров: ингуши и чеченцы против изменения границы», в котором автор пытается выступить в роли аналитика в актуальном сегодня вопросе по определению административной границы между Чеченской Республикой и Республикой Ингушетия.

Множество вопросов, которые вызывает данная статья, мы решили адресовать наиболее компетентному в данном вопросе человеку – Председателю Парламента Чеченской Республики, руководителю республиканской Комиссии (с чеченской стороны) по определению административной границы между ЧР и РИ Д.Б. Абдурахманову.

 

– Дукуваха Баштаевич, прежде всего, скажите, пожалуйста, в чем суть проблемы: идет ли речь о «передвижении» границы в ту или иную сторону?

– Спасибо за правильный вопрос. Хочу отметить, что мы не собираемся изменять границы по одной простой причине – вопрос стоит о подтверждении границ по 1934 году, других границ на сегодняшний день просто нет. Если эти границы были бы, указ тогдашнего Президента России Б.Н. Ельцина от 1992 года о создании Республики Ингушетия не заканчивался бы пунктами о том, что решение проблемных вопросов по Чеченской Республике и Республике Ингушетия переносится на более поздний период. А если бы не надо было устанавливать границы, не было бы в таком виде указа Б. Ельцина. Если этого вопроса не было бы, высшие лица государства, в том числе Ельцин, Филатов, Черномырдин и др., им не занимались бы, не создавали бы комиссии по определению границ между ЧР и РИ и не утверждали бы положения об этих комиссиях.

Здесь должно быть понимание того, что руководство Чеченской Республики не говорит об изменениях каких-либо границ. Речь идет, с нашей стороны, об определении границ между нашими республиками по 1934 году. И в этой связи хочу подчеркнуть, что все жители Чеченской Республики и большей части Ингушетии согласны с тем, что границу надо определять.

 

– То есть чеченская сторона против изменения границ?

 

– Да, совершенно верно. Скажу даже, что, в первую очередь, против изменения границ именно мы. Потому что ингушская сторона, заявляя о том, что ингуши якобы не хотят менять границы, на самом деле пытается удержать чеченские земли, фактически передвинув к нам линию межевания. То, что Ю.-Б. Евкуров сегодня называет «устоявшимися границами», как раз таки и является передвижением границы на нашу территорию – на целых полтора района.

Мы же лишь говорим: давайте, как объединились в 1934 году, так и разойдемся. Хочу напомнить, что в свое время этим вопросом занимались Р. Аушев и Д. Дудаев. Вина Д. Дудаева была в том, что он пустил этот вопрос на самотек и завалил его, доведя ситуацию до того времени, когда началась война. Но при этом и Дудаев, и Аушев, создавая тогда комиссию, определились рассматривать вопрос именно по 1934 году. Это был незыблемый и единственно верный принцип, основанный на исторической и юридической справедливости. Именно поэтому сегодня и чеченская, и ингушская стороны должны взять за исходную точку 1934 год, когда были объединены два региона.

 

– Почему этот вопрос так остро встал именно сегодня?

 

– В 2008 году тогдашний Председатель Правительства Ингушетии Р. Гайсанов создал комиссию, примерно в это же время руководство Законодательного Собрания Ингушетии обращается в федеральный центр по вопросу о необходимости решения этого вопроса. Затем уже Ю.-Б. Евкуров создает комиссию под руководством М. Чилиева – Председателя Правительства РИ. Сегодня комиссия работает под руководством М. Дидигова. Возникает резонный вопрос: если этот вопрос не актуален, почему в его решении задействовано столько лиц только с федеральной и ингушской сторон?

Когда ингушское руководство создавало комиссии по определению границ между ЧР и РИ, чеченцы молчали, как молчал и ингушский народ. Но когда Р. Кадыров сказал, что, да, действительно, надо устанавливать границу, ингуши подняли шумную истерию. Почему? Почему чеченцы не должны делать то, что уже давно делают ингуши, и почему с нашей стороны это не правильно, а со стороны ингушей – правильно?

Повторяю, только после всего этого подключился к вопросу Глава ЧР Рамзан Кадыров. Да, если созданы комиссии, границу надо устанавливать. Но Р. Кадыров никогда не говорил об изъятии, отборе, отвоевании земель или передвижении границ. Чеченская и ингушская области в 1934 году сошлись в определенных границах и в 1992 году разошлись, не определив свои границы. И поэтому действующее законодательство, о котором так много говорит ингушская сторона, логика, здравый смысл, сложившаяся ситуация – политическая, общественная, экономическая (в плане хозяйствования) – все это говорит о необходимости решения этого вопроса.

И, кстати, весь пакет соответствующих документов и предложений нами тоже направлен в адрес руководства СКФО, Минрегионразвития, Республики Ингушетия и т.д.

 

Издание пишет, что «идея Евкурова проста – ничего не менять»…

 

– Это как понимать? Что, в сущности, не менять? Если ничего не менять, для нас это однозначно означает 1934 год. Другого понимания у нас быть не может. И мы абсолютно поддерживаем Ю.-Б. Евкурова в его заявлении, что «в рамках закона у субъектов должны быть границы».

 

– Далее ингушский лидер говорит: «Мы не согласны с позицией Кадырова, потому что изменение границы не понравится жителям с обеих сторон». Что Вы можете по этому поводу сказать?

– Неправда. Повторяю, Глава ЧР Р. Кадыров никогда не говорил об изменениях границы, он всегда отмечал необходимость определения границы. И почему на той стороне жителям может не понравиться определение границы их субъекта? Где логика? А если ингушским властям не нравится определение границ, почему они инициировали этот вопрос? Снова нет логики. Подтверждаю, что чеченцам, как и многим ингушам, понравится, что будет определена граница их республики хотя бы потому, что их больше не будут втягивать в провокации по этому вопросу.

И еще. Двадцать лет чеченцы ругали Дудаева за то, что он не решал вопрос границ с Ингушетией. И что, кто-то хочет сказать, что они уже думают не так? Кстати, нужно отметить, что и ичкерийский Парламент принял в свое время постановление о закреплении оспариваемых земель за Чеченской Республикой.

 

– Автор утверждает, что в экспертном сообществе так же резко выступили против каких-либо территориальных изменений на Северном Кавказе. Как Вы считаете, почему?

– Хочу вначале заметить, что эти эксперты, в первую очередь, не правильно выражаются, говоря «территориальные изменения». Вынужден снова напомнить: мы ни о каких изменениях границ не говорим. Эксперты не правы. В частности, заблуждается эксперт Московского центра Карнеги Алексей Малашенко, который утверждает: «Евкуров абсолютно прав. В Малгобеке и в Сунже будет недовольство». Хотя допускаю, что за Малгобеком и за Карабулаком, то есть за пределами чеченских земель, могут быть недовольные. Но в Грозном и Гудермесе будут согласны. И жители республики не первый год требуют от руководства определения границы. Они требовали это от Дудаева, от Завгаева и от Хаджиева. И сегодня они ставят этот вопрос перед Р. Кадыровым.

 

– А согласны ли Вы с прогнозом А. Малашенко, что любое передвижение границ там опасно и вызовет обострение ситуации?

 

– В тысячный раз повторяю: мы не говорим о передвижении границ. Это ингушская сторона хочет передвижения границы, то есть проведения ее по мнимой сегодняшней, якобы устоявшейся, линии. Поэтому снова говорю: определение границ по 1934 году – это означает установление исторической справедливости. Это диктует логика государственного мышления, и по-иному быть никак не может. И никакого обострения это вызвать не должно, кроме как между болтающими блогерами и идущими на выборы лицами, которым нужны «очки».

Малашенко говорит об обострении только лишь потому, что когда есть обострения – подобные малашенко оказываются хоть как-то востребованы, а когда обострения нет – нет и их, так как нет работы для этих «экспертов».

 

– Тот же А. Малашенко утверждает, что федеральный центр должен в этой ситуации вести себя очень жестко…

 

– Центр должен был в 1992 году себя вести жестко, четко, определенно и настойчиво, чтобы не оставлять неясных вопросов между народами, которые составляют федерацию. И непонимание необходимости скорейшего решения этих вопросов привело к сегодняшней ситуации, потому что тогда власть была антинародная, коррупционная, бандитская и алкогольная; единственным стремлением той «верхушки» было удержать власть, которую она случайно получила, и побольше урвать, придумав такое понятие, как «приватизация».

Хотя мы согласны с А. Малашенко в том, что в этом споре нет виноватых и правых и что этот вопрос нужно закрыть раз и навсегда, так как это одно государство и одна нация.

 

– Далее в публикации говорится: «О необходимости присоединить к Чечне районы соседней Ингушетии, населенные чеченцами, заявил летом Глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров». Так ли это на самом деле, Дукуваха Баштаевич?

 

– Нет, не заявлял. Этот вопрос встал тогда, когда, создав комиссию, вопреки установкам федеральной власти не обострять по границам ситуацию, поступившись принципами, устными договоренностями (как на федеральном уровне, так и межреспубликанском – на уровне руководителей субъектов), ингушская сторона в одностороннем порядке провела описание муниципальных образований на территории Сунженского и Малгобекского районов – фактически на территории чеченских земель. Это было сделано там, где не были подтверждены границы, и ингушская сторона просто не могла знать, их это земля или территория другого субъекта. Односторонние действия на территории с неопределенными границами – это просто юридический бандитизм.

Жаль, что наши великие предки – Талхиг, Ахмат, Байсангур и др., ведя отряды чеченцев на битвы с войсками Российской империи, которыми командовали известные на весь мир генералы и фельдмаршалы, победившие Наполеона, которых чеченцы побеждали в Аухе, Орстхое (Малой Чечне), Мартане, – жаль, что они не знали, что воюют за ингушские земли. Тогда, в XIX веке, не встречая на этих землях ингушей и находясь среди чеченцев, они думали, что они умирают за Родину, землю своих предков и за веру – Ислам.

 

– Как же так получилось, что исконно чеченские земли остались как бы в пределах ингушской территории?

– Они не остались на ингушской территории, так как их территория по границе с Чеченской Республикой не определена.

Знаете, мне это все напоминает одну действительно имевшую место историю. Дома у Саида в Ингушетии жил одно время чеченец, который приехал к нему в период проведения на территории Чеченской Республики контртеррористической операции. Но прошло 8-9 лет, Чеченская Республика была восстановлена, Грозный стал сказкой, появилась работа, есть где учиться, улицы освещены, есть жилье, но тот чеченец продолжал проживать у Саида и вошел чуть ли не в роль хозяина его двора. И мы вынуждены были сказать этому чеченцу: здесь война закончилась, у нас уже даже лучше, чем в Ингушетии, возвращайся домой. Самому Саиду неудобно было ему говорить об этом, так как он был у него вроде как в гостях. Да, это вайнахская территория, да, ингуш Саид был тому чеченцу братом. Но при этом есть логика жизни: возвращайся, брат, в свой двор.

По-моему, сегодня ингуши уподобились тому чеченцу, который, прожив у Саида столько лет, возомнил, что он там хозяин. Ингуши, прожив на чеченских землях 20 лет, тоже возомнили, что они там хозяева. Да, если мы проживаем в единой вайнахской республике, они там хозяева, если мы в разных республиках – они жители этой республики, граждане РФ. Но если мы проводим границы, мы их должны проводить там, где они существовали. Мы не должны определять границы, исходя из того, что чеченец живет у Саида или ингуши на чеченском дворе, то есть по предполагаемым ими как свои территориям. Мы должны определять границы в ранее существовавших пределах. А то, что они существовали, доказывает документ 1929 года – последний, исторический, письменно подтвержденный. И 1934 год – год объединения чеченской и ингушской автономных областей.

Мы никому не предлагаем уезжать – это наши братья. Но если вайнахи создали две республики, надо определяться с границами. Если Ю.-Б. Евкуров отдал свои земли другой стороне и ему как руководителю надо решать вопрос своей политической карьеры и репутации перед ингушами и таким образом закрыть брешь в своем авторитете, это не означает, что он должен устраивать провокации между братскими чеченским и ингушским народами.

Сегодня ситуация дошла до абсурда. Спортсмены чеченцы и ингуши, которые выступали на единых подмостках, помогали друг другу, начинают по-иному смотреть друг на друга. Работники культуры – артисты, художники, музыканты – которые демонстрировали наше общее искусство на российских и международных площадках, втягиваются в эту нездоровую ситуацию. Историки – чеченцы и ингуши – пишут разные истории одного вайнахского народа.

Депутаты парламентов двух республик, которые вместе учились, дружили и работали, отстаивали на российской и международной арене интересы Кавказа и России, тоже втянуты в склоки. Сотрудникам правоохранительных органов – чеченцам и ингушам, несущим службу в федеральном МВД, отдающим свои жизни за нашу родину, тоже вбивается в голову «ваша территория», «наша территория». А они, между прочим, погибают за единую территорию – Россию. И при этом они – вайнахи.

Многие чеченцы и ингуши имеют одних устазов, у них одни шейхи и овлияи. Что им теперь, из-за провокации, начатой отнюдь не чеченской стороной, тоже разойтись на религиозном пути?

А ведь все это видят и остальные наши соседи: одни нас упрекают за эту земельную возню, другие над нами смеются. Уважения нам это, конечно, не добавляет.

 

– С. Маркедонов говорит: «По мнению чеченского лидера, пора разрешить территориальные споры, сдвинув чечено-ингушскую границу на запад». Снова провокация?

 

– Р. Кадыров никогда не говорил о сдвижении границы на запад. Тут само выражение неправильно – «чечено-ингушская граница». Вопрос идет об установлении границы между двумя субъектами, а понятие «чечено-ингушская» граница предполагает, что Чеченская Республика и Ингушетия – один субъект. Это к вопросу о компетентности наших экспертов.

 

– Далее автор пишет: «При разделе бывшей Чечено-Ингушетии в состав Чечни вошло 11 районов, а в Ингушетию – только три района, часть которых и оспаривают сейчас власти Чечни». Как и при каких обстоятельствах происходил этот раздел, Дукуваха Баштаевич?

– Это выражение абсолютно некорректно, политически не правильно и юридически не выдерживает никакой критики. «При разделе…» О каком разделе идет речь? Как раз тогдашняя федеральная власть и не решила этот вопрос. Разделить – означает провести референдум, что и явилось бы и политической и юридической платформой для дальнейшего решения вопроса. Но никакого раздела не было. Тогда генерал Дудаев и прикомандированные к нему Москвой офицеры самовольно провозгласили свой суверенитет. А Президент РФ Б. Ельцин под давлением ходоков с ингушской стороны подписал указ о создании Республики Ингушетия. Это как раз и противоречило всем законам и юридическим нормам. Потому что, повторяю, не было референдума и границы, соответственно, не были определены. А созданные тогда федеральные комиссии так и не завершили свою работу, как не завершили свою работу межреспубликанские – с ингушской и чеченской сторон.

 

– В той же статье отмечается, что Вы как председатель чеченской комиссии как бы стали в своих оценках ситуации более сдержанны. С чем это связано?

 

– Эти моменты необходимо преподносить правильно. Да, надо проявлять сдержанность, но я четко заявил, что мы ни на какие земли не претендуем, ни у кого ничего забирать не собираемся, в планах этого не имеем, но при этом территория Сунженского района – это чеченская территория, часть Малгобекского района – тоже чеченская территория (в районе Вознесенской). И у нас есть все основания так утверждать и отстаивать свою позицию. Орстхоевцы, на которых они ссылаются, – это чеченцы. Когда им нужно – в политических, земельных или в других, судьбоносных дня народа вопросах – ингуши «записывают» в свою национальность и аккинцев, и галай, и мелхи, хотя всем известно, что в быту, в религиозных и других традиционных обрядах и ритуалах они (ингуши) их таковыми не считают.

Другой момент. В период Кавказской войны эти территории назывались Малой Чечней и входили в состав Имамата Шамиля, в советский период, точнее, в 1929 году верховной властью РСФСР были включены в состав Чеченской автономной области, в 1934 году, на момент объединения Чеченской и Ингушской автономных областей, эти земли входили в состав Чеченской автономной области. А в 1936 году, как известно, Чечено-Ингушетия была провозглашена республикой.

И если я после встреч с ингушской стороной сказал, что, пока мы работаем над документацией, мы не будем делать громких заявлений по этому вопросу, это действительно означало сдержанность. Но сдержанность не означает неуверенность. Я абсолютно уверен в том, что мы правы, что это территория чеченского народа и она должна быть закреплена как территория Чеченской Республики – в точности по границам 1934 года. А люди, которые там проживают, могут там жить столетиями, речь идет об установлении административной границы.

 

– Дукуваха Баштаевич, Вы сказали, что при Р. Аушеве ингушская сторона была согласна взять за основу 1934 год. Что изменилось сейчас?

 

– Исторические факты остались, поменялось лишь руководство. Сегодня в Ингушетии, наверное, никто не должен стремиться стать патриотом ингушского народа больше, чем генерал и Герой Советского Союза Руслан Аушев. Обратное никто не докажет, потому что основы ингушской государственности заложил именно он, а не болтуны и ходоки от политики. При этом всегда в постановках этого вопроса он был сдержан и корректен. В отличие от Р. Аушева, Ю.-Б. Евкуров не только устроил провокацию в земельном вопросе, но и поехал хоронить нашего врага и федерального преступника П. Грачева.

Р. Аушев, как честный перед историей ингушского народа человек, был более автономен в своих действиях и высказываниях, чего не может себе позволить сегодняшнее руководство Ингушетии, которое свои провалы в управлении республикой решило закрыть громкими заявлениями о необходимости установления границы в желаемом для обывателя варианте. Это не государственный, тем более – не дружественный и не братский подход к разрешению ситуации между субъектами и сохранении братских отношений между народами. Это самая настоящая провокация.

Руководители парламентов и правительств при М. Зязикове тоже не раз имели устные обсуждения этого вопроса, в особенности – в период проведения муниципальных выборов на территории двух республик. Но не было ни разу случая, чтобы мы неправильно выразились по отношению друг к другу, чтобы мы дошли до официоза или неуважения друг к другу. Ни разу между нами этого не было. Мы тогда общались друг с другом напрямую, за столом переговоров или за чашкой чая, а сейчас – через интернет, прессу или почту. Не кавказский это вариант.

Сегодня, не вдаваясь в подробности, не рассматривая исторические моменты, ведомые ложным патриотизмом, некоторые политики и журналисты осуждают руководство Чеченской Республики: почему, мол, они сказали, что чеченская земля – чеченская? Нас обвиняют – ни больше-ни меньше – именно в этом.

 

– Вы говорили о недружелюбности. В чем это проявилось?

 

– Когда начали рассматривать этот вопрос, были созданы комиссии, я лично два раза выезжал в Ингушетию, встречался с руководством парламента, правительства, общественностью, религиозными деятелями, объяснил ситуацию и постарался, насколько это возможно, дружелюбно преподнести им нашу позицию. А мой коллега и брат, Председатель Народного Собрания Ингушетии Мухарбек Дидигов постарался обвинить меня в некомпетентности. Хотя он прекрасно знает, я впервые об этом говорю, каково отношение к Председателю Парламента ЧР среди руководителей законодательных собраний СКФО, ЮФО и других регионов. Остальное говорить, думаю, не надо.

Когда я передал пакет наших предложений об определении границы и проект соглашения через своего руководителя секретариата руководителю его секретариата – лично в руки, М. Дидигов ответил мне в письме: «Прошу, в дальнейшем соответствующие документы направляйте в наш адрес по официальным каналам связи». Ну, что ж, раз они так предлагают, придется мне это делать. Но это будет не по-вайнахски, не по-кавказски, и, тем более, не по-братски. Это будет американский, китайский и европейский вариант, но только не чеченский и не ингушский. У вайнахов всегда было принято: старший через младшего передает весть: она может быть или радостной, или тревожной, или предупреждающей, или информационной. Но это было так в наших традициях. Я действовал через своего младшего, думая, что, таким образом, выказываю свое уважение к М. Дидигову и более оперативно доставляю документ (не в течение недели, не через московские и окружные каналы, а за час – прямо в руки). А он пишет мне в письме: эти предложения их комиссией не могут рассматриваться как официальные. Это, конечно, отписка. Это проявление неуважения. И это сделано специально, чтобы еще раз затянуть время и чтобы показать, какая у него там позиция – государственная. На самом же деле, неправильно все это.

 

– Дукуваха Баштаевич, как только вопрос об определении административной границы был поднят чеченской стороной, очень активизировалась и блогосфера. Особенным рвением отличились ингушские блогеры, которые своими многочисленными выпадами в Интернете напомнили переполох в потревоженном муравейнике…

 

– Есть на той стороне (ингушской) люди, которые пишут оскорбительные слова, «статьи» и т.д. в наш адрес, а также отдельно – в мой.

Кто называет себя, не прикрываясь вымышленными именами и никами, это достойно, мы запишем их, придет время, ответим им. А кто себя не называет, это непристойно, это провокаторы, работники спецслужб и просто враги наших народов.

Пишут даже, что мне когда-то придется извиниться. За что? За то, что сказал, что чеченские земли – это чеченские земли?! Или за то, что напомнил, что заявления о том, что ингушский народ спас чеченский (как говорят некоторые ингуши) – это неправда? За то, что сказал, что многие чеченцы в трудные годы платили за лачуги (для проживания) по 100 и 200 долларов многим ингушам (хотя Р. Аушев и призывал их не делать это)? Я говорил это и буду говорить, потому что мне об этом рассказывали тысячи чеченцев. Конечно, среди ингушей много и тех, кто бескорыстно помогал беженцам, это, конечно, достойно уважения, что я и делаю.

А может, мне надо извиняться за то, что я сказал, что поведение Ю.-Б. Евкурова недостойно, когда он выражается неэтично о чеченцах, которые в период проведения контртеррористической операции проживали на территории Сунженского района?

Или мне извиниться за то, что я говорю, что горе-писаки абадиевы – подлецы, а кодзоевы-историки – не честны?

Или мне извиняться за то, что я сказал, что земли Сунженского района по 1934 году – чеченские земли?

Нет, ни по одному из этих пунктов я извиняться не буду, потому что я прав. Я говорю – когда отвечаю, я действую – когда нужно Республике. И в своих действиях – как историк, как Председатель Парламента ЧР, как председатель комиссии – я не выполняю семейные поручения. В своих действиях я выполняю поручения Главы, требования Конституции, волю и желание чеченского народа. Потому никому не надо меня упрекать, тем более, пугать в Интернете. Я в своих действиях абсолютно уверен, потому что за спиной у меня Глава, Конституция республики и три миллиона чеченцев. И я выполняю государственную задачу, реагирую на историческую необходимость и отвечаю вызову времени.

Не надо из меня делать врага ингушского народа. Я враг для тех, кто нечестен в земельных вопросах, кто искажает историю вайнахов, кто, спрятавшись за интернетом, оскорбляет представителей чеченского руководства, кто стравливает наши народы.

Я друг, и буду им впредь, ингушам-вайнахам – Белхароеву, Сакалову, Зязикову, Хамчиеву, Анташкиеву, Хамхоеву, Бокову, Бекову, Базоркину, Чахкиеву, Хаматханову, Дидигову, Гулиеву, Гагиеву, Аушеву и др. С кем встречался, учился, работал. Что касается тех из них, кто по ложному патриотизму настоящего времени, не могут быть в этом списке, – выбор за ними, а время правды – за мной.

 

– Можно ли связывать, как утверждают эксперты, «внешнеполитическую» активность властей Чеченской Республики с желанием Рамзана Кадырова выйти на федеральный уровень?

 

– Это мнение не только ошибочное, но мальчишеское в устах тех, кто это говорит. На федеральный уровень Р. Кадыров вышел тогда, когда ему за борьбу с терроризмом присвоили звание Героя России, признав его защитником Отечества – России. Он достиг этого уровня тогда, когда руководство страны присвоило ему звание генерала, признав его полководцем; когда общественность и все рейтинговые издания признали его самым дееспособным региональным руководителем Российской Федерации; когда опросы населения подтвердили, что если бы региональные выборы были проведены сегодня, то в своей республике сразу и безоговорочно Главой был бы избран Р. Кадыров. Проведение всероссийских фестивалей – это тоже выход на федеральный уровень. Когда на выборах Главы государства и Государственной Думы мы показываем лучший результат – это политическая высота, это тоже выход на уровень федерации.

Но Р. Кадыров – политик, который, давно пройдя уровень федеральный, вышел на международную арену. И когда он добился возрождения республики и отмены контртеррористической операции на своей территории, а в Стамбуле и в ООН признали Чеченскую Республику и ее столицу самыми быстро развивающимися регионами в поствоенный период, – это уже был выход на международную арену. Когда Р. Кадыров вышел на прямое общение с лидерами государств СНГ и с руководителями могущественных держав исламского мира, это уже был выход на мировую арену. Когда представители спецслужб Соединенных Штатов Америки начали завидовать генералу Кадырову и учиться у него как у человека, который сумел победить у себя на родине терроризм, это тоже был выход на международную арену. Факт дарения нашей республике на вечное хранение священных реликвий, связанных с именем Пророка Мухаммада (мир Ему), – это тоже международное признание. Как и тот примечательный момент, что последняя Парламентская Ассамблея Совета Европы не отметила ситуацию в Чеченской Республике как тревожную, в отличие от других северокавказских республик – это тоже достижение на международном уровне.

Когда в Грозном начали проводиться фестивали культуры с участием звезд с мировым именем, когда на «Ахмат-арене» играли звезды футбола планетарного уровня, когда «Терек» в 2004 году, выиграв кубок России, играл с польской командой, когда ансамбль «Вайнах» с триумфальным успехом выступал на всех континентах, когда наши студенты стали учиться в Англии и Германии, когда в Грозном стали проводить международные конференции с участием богословов и ученых из 40 государств – это разве не выход на международный уровень?

А специального стремления показать себя в контексте желания, а не конкретных дел, у Р. Кадырова никогда не было. Потому что его заслуги в укреплении российской государственности среди соратников В.В. Путина неоспоримы.

И не прав эксперт С. Маркедонов, когда он говорит, что «уже не первый год Кадыров пытается позиционировать себя в качестве «президента всех чеченцев». В этом нет нужды, потому что проведенный два года назад Всемирный конгресс чеченского народа, в котором приняли участие представители чеченцев из всех регионов России, а также Запада и Востока, подтвердил заслуги Р. Кадырова в возрождении республики, в утверждении на ее территории мира и спокойствия. О многом говорит и то, что ложно осужденная некоторое время назад за террористическую деятельность Зара Муртазалиева, которая не была в республике 9 лет, возвратившись в Грозный, заявила, что она в шоке от происшедших преобразований и признает, что в республике нет ни одного напоминания о драматических днях периода контртеррористической операции. И это говорит женщина, которую на Западе хотели бы видеть врагом властей России и Чеченской Республики и от которой ожидали критических выступлений.

 

– В своих суждениях те же эксперты намекают, что, буквально, «идеи об ответственности за Ингушетию возникают у чеченского лидера не в первый раз». Как Вы это прокомментируете?

– Считаю, что С. Маркедонову не следовало бы быть таким циничным и необъективным. Нельзя смешивать понятия. Это, по меньшей мере, не честно. Когда коллега и брат Р. Кадырова Ю.-Б. Евкуров был ранен, он, как брат, постарался взять на себя возможный груз содействия Ингушетии в борьбе с терроризмом. Чувствуя свой долг перед ним, он заявил, что готов помочь в борьбе с нашим общим врагом.

Лучше бы С. Маркедонов написал о том, как по инициативе Р. Кадырова вся Чечня молилась за Ю.-Б. Евкурова, когда тот был ранен. Это же, наверное, должен был сделать и С. Маркедонов, потому что наши враги – международные террористы – пришли и на его землю – территорию Российской Федерации.

 

– А. Малашенко утверждает, что «Чечня из-за войны всегда была на особом положении и ни один город в России так не выстраивали, как Грозный»…

– Он абсолютно не прав. После Великой Отечественной войны разрушенные города восстанавливала вся страна, как восстанавливала Спитак и другие города после разрушительных землетрясений. Сегодня Крымск после наводнения тоже возрождает вся Россия, а не власти одного Крымска. В ликвидации последствий пожаров во многих российских городах в последние годы тоже принимали участие все регионы страны.

И кто же должен был восстанавливать, если не федеральный центр, уничтоженный город Грозный, разрушенную в ходе проведения контртеррористической операции республику, а потом в самой настоящей войне с международным терроризмом – войне, которая была направлена на разрушение Российской Федерации и велась на ее территории. Здесь должны были объединиться все регионы и народы. Потому что чеченцы, подвергая разрушению свои дома, огню – свои земли, жертвуя тысячами и тысячами жизней, вместе с федеральными частями защищали Российскую Федерацию.

И в XXI веке передовым отрядом и оплотом России в борьбе с международным терроризмом, когда на нашу землю пришли бандиты из 51 государства, явился именно чеченский народ. Мы на алтарь независимости Российской Федерации положили тысячи и тысячи жизней наших сыновей, за это отдал свою жизнь и Первый Президент ЧР Ахмат-Хаджи Кадыров.

Так же все должны знать, что вина за разрушенный Грозный лежит как на Дудаеве, Масхадове, Басаеве и Хаттабе, так и Горбачеве, Ельцине, Грачеве, Егорове, Шаманове и др.

Поэтому суждения А. Малашенко, С. Маркедонова и других экспертов, политиков и журналистов должны быть исторически честными, тактически выдержанными и объективными.

И возвращаясь к теме нашей беседы. Если можно создавать округа, если в новейшей истории объединялись субъекты федерации, образовывались национальные районы внутри республик, а за счет Московской области в 2,5 раза увеличена территория Москвы, почему нельзя законным путем установить административную границу между Чеченской Республикой и Республикой Ингушетия – единственными субъектами России, между которыми нет границ? Невольно напрашивается вопрос – а не выгодно ли кому-то отсутствие этих границ и не потому ли поднят весь этот вой? Не для того ли, чтобы, оставляя этот вопрос открытым, держать очаг напряженности или подталкивать к столкновениям представителей единого вайнахского народа?

В XIX и XX веках генералы и политики России только и занимались тем, что пытались разъединить единый вайнахский народ, передавая вайнахские земли другим народам и субъектам. Неужели сегодня, когда в ХХI веке чеченцы и ингуши еще раз решили, что они – составная часть Российской Федерации, что они граждане и патриоты этой страны, когда они в борьбе и труде доказали, что это так, есть еще в России силы, которые хотят держать на Северном Кавказе очаг напряженности, которые хотят стравливать между собой не только чеченцев и ингушей, но и другие народы, которые подталкивают федеральную власть к принятию ненужных решений, чтобы отдельные люди, «гонимые во имя славы и чинов», продолжали получать досрочно и незаслуженно звания и награды, а чеченцы и ингуши продолжали умирать в их непонятных играх? Хватит! Спекуляции по вопросу установления границы между Чеченской Республикой и Республикой Ингушетия пора закончить, решив этот вопрос, а чеченцы и ингуши, идейно объединившись, должны достичь новых высот в науке, бизнесе, спорте, культуре, в вопросе защиты интересов Российской Федерации на международной арене – во главе с такими настоящими и истинными сынами своих народов как Кадыров и Белхороевы.

 

– Благодарю Вас за интересную беседу.

– Спасибо.

 

Беседовал Зелимхан ЯХИХАНОВ

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.