http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


Люди и животные – у кого в США больше прав? Печать Email

Юрий Караш, “Голос Америки”

 

 

ЭКОЛОГИЧЕСКИЕ ПРАВА ЖИВЫХ СУЩЕСТВ. Право на экологию без абсурда.

 

Публикация в нашем журнале рассказа Саида Чинкейры “Интервью чеченской беженки” (ж. “Нана”, №11-12, 2011г.) вызвала неоднозначные отклики у читателей. Нет, никто не оспаривал утверждения автора о том, что чеченцам приходилось – и приходится! – переживать тяготы и унижения в статусе вынужденных переселенцев – никогда, даже сытая, чужбина не сможет стать родиной. Даже если эта родина лежит в крови и руинах...

Но поведанная автором история о том, как чиновница западной миграционной службы, берущая интервью у очередной чеченской беженки,  впала в истерику, услышав, что солдаты федеральных войск, ворвавшись в дом ее интервьюируемой, убили беременную кошку, хотя за минуту до этого равнодушно слушала о гибели ее малолетнего брата и матери, показалась многим надуманной. “Такого не может быть! – горячо возмущались читатели. – Это плод фантазии автора!” Находились горячие головы, готовые заподозрить автора во всех смертных грехах... Но – жизнь полна сюрпризов... И не всё, что кажется нам само собой разумеющимся, является таковым на том же благословенном Западе.

В качестве иллюстрации, предлагаем вашему вниманию данную статью. По мнению независимого эксперта Юрия Караша, иногда гуманизм выходит за пределы разумного.

 

В Америке борьба между претендентами на право быть выдвинутыми в качестве кандидата от Республиканской партии на предстоящих президентских выборах вступает в решающую фазу. Основных претендентов двое – Митт Ромни и Рик Санторум. Каждый из них попадает под огонь критики не только со стороны своего соперника, но и действующего президента-демократа. Любой из фактов, способных раскрыть изъяны в личности потенциального кандидата на Белый Дом, становится достоянием гласности. Некоторые из таких фактов могут вызвать подлинное изумление у российского читателя, не знакомого с реалиями современной Америки.

 

Собачку жалко

В середине марта газета The Washington Post опубликовала статью под названием: “Критики Ромни до сих пор больше всего любят историю о его собаке, ехавшей на крыше автомобиля”. Казалось бы, при чем тут собака, да еще на автомобиле? А вот при чем.

Летом 1983 года тогда еще 36-летний Митт вместе с пятью сыновьями отправился на “Шевроле Универсале” из Бостона на “дачу” к своим родителям, расположенную на озере Гурон. Дорога туда обычно занимала около 12 часов. Ромни взял с собой семейную собаку – ирландского сеттера по имени Симус. Поскольку в машине помимо сыновей находилась еще масса чемоданов и сумок, место сеттеру нашлось только на крыше. Но не спешите терзать свое сердце картинами бедной, привязанной к верху “Шевроле”, продуваемой всеми ветрами собаки. Симус поехал в закрытом контейнере, специально предназначенном для перевозки “друзей человека”. С этой точки зрения поездка на автомобиле мало чем отличалась для него от путешествия на поезде или самолете. В дороге с Симусом случился казус – его укачало. Это заметил один из сыновей Ромни по некоторым признакам укачивания, попавшим с крыши на заднее стекло “Шевроле”. Митт остановился у придорожной станции техобслуживания, вымыл собаку и машину, а после благополучно продолжил путь.

В середине 1980-х годов Симуса забрала в Калифорнию сестра Ромни Джейн, с которой сеттер прожил еще немало счастливых лет. Вот, собственно, и все. Когда один из сыновей Ромни Тэгг, рассказывая в 2007 году о том, как они всей семьей проводили отпуска, поведал эту историю, он не подозревал, что не просто сажает отца на ящик с динамитом, но и поджигает фитиль, которому суждено догореть в разгар предвыборной кампании своего родителя. Вначале повесть о “несчастной” собаке как пример “бесчеловечности” Ромни пытались использовать против него еще в 2008 году. Тогда он тоже добивался своего выдвижения в качестве кандидата от Республиканской партии на Белый дом, но проиграл Джону Маккейну. Видимо, в то время соперники Ромни посчитали, что справятся с ним и без обвинений в “живодерстве”, а потому не стали раздувать историю про бедного Симуса.

Ситуация изменилась в 2012 году. Окрепший в профессиональном и политическом отношении Ромни стал восприниматься как более серьезный конкурент, а потому “дело об истязании сеттера” пригодилось тут как нельзя кстати. Инициативу проявил предвыборный штаб президента Барака Обамы. В январе с подачи одной из ключевых фигур в этом штабе Дэвида Аксельрода по Интернетустала гулять фотография Обамы, сидящего в своем президентском лимузине и при этом держащего на коленях свою собаку по имени Бо. Чтобы ни у кого не оставалось сомнения в том, какая идея заключена в данном снимке, подпись под ним гласила: “Вот как перевозят своих собак любящие их владельцы”. И началось. После “отмашки”, которую дал штаб Обамы, против Ромни (точнее, в защиту бедного Симуса, которого к тому времени уже давно на свете не было) началась целая компания. Ведущие ток-шоу, включая самого Дэвида Леттермана, стали высмеивать Ромни с экранов телевизоров. В Интернете появились издевательские ролики на эту тему, а в магазинах стали продаваться майки с надписью “Собаки – не багаж”. В Facebook образовалась группа “Собаки против Ромни”, насчитывающая 38 000 (!) членов.

Журнал The New Yorker опубликовал на своей обложке карикатуру: РикСанторум едет в собачьем контейнере на крыше автомобиля Митта Ромни. Кто-то подсчитал, что за 5 лет, прошедших с того момента, как история с сеттером была предана огласке, одна из ведущих американских газет The New York Times упомянула Симуса по меньшей мере в 50-ти статьях, опубликованных на ее страницах. Один из советников Ромни, комментируя происходящее, сказал, что история с Симусом – это “чистый негатив”, который пытаются вылить на Митта. При этом он отметил, что “дело сеттера” не наносит особого ущерба предвыборной кампании Ромни, особенно в контексте сложной экономической ситуации в США. “Если на фоне уровня безработицы в 8,3% вас может победить собака, то вы заслуживаете этого поражения”, – подчеркнул он.

 

Театр “гуманистического” абсурда

Со словами советника Ромни трудно не согласиться, но не менее трудно понять другое. Как вообще история с сеттером, все “страдания” которого заключались лишь в том, что он ехал в специально предназначенном для него помещении (пусть и на крыше автомобиля), а не в салоне машины наравне с людьми, может стать примером жестокости, проявленной по отношению к нему со стороны его хозяина? И как этот эпизод может быть задействован в качестве “контраргумента” против одного из участников президентской кампании в США? Неужели действительно в Америке не осталось других проблем?

“Голос Америки” уже писал о том, как американская общественная организация “Люди за этическое отношение к животным” (PETA – People for the Ethical Treatment of Animals) серьезно мешает проведениям биомедицинских экспериментов с участием животных даже в тех случаях, когда эти эксперименты проводятся в интересах не “чистой” науки, а практической медицины. Однако деятельность этой организации и ее сторонников скорее отражает общую тенденцию вбамериканском обществе (хотя РЕТА делает максимум возможного, чтобы эту тенденцию усилить). Речь идет о лавинообразном нарастании выходящей порой за границы здравого смысла борьбы за права “братьев наших меньших”. Ее участники зачастую отдают приоритет жизни и здоровью животных перед жизнью и здоровьем людей. В авангарде этого движения и шагает PETA. Составить представление о данной организации поможет интервью с одной из ее активисток, переданное по американскому телевидению. Женщине, имеющей годовалого ребенка, предложили представить ситуацию: она переходит через дорогу с собакой и коляской, в которой лежит ее ребенок. Неожиданно появившаяся машина бьет коляску и ребенка. Кому она первая окажет помощь?

– Конечно, собаке.

– ?!

– Видите ли, вокруг наверняка будут другие люди, которые первым делом поспешат на помощь моему ребенку. Но я почти убеждена, что никому из них и в голову не придет подумать о собаке. Кто же ей тогда поможет, кроме меня?

 

Траур по Ральфу

Впрочем, сквозь громкий хор защитников животных прорывались иногда и трезвые нотки. Одной из них стала статья с характерным названием: “Собаки – дети. 1:0 в пользу первых”. Она была написана Арианной Хаффингтон, а опубликована в 1997 году в газете The Washington Times. Вот ее содержание.

В конце июня 1997 года Ральф – трехлетняя 30-килограммовая бельгийская овчарка – и женщина-офицер полиции Робин Мэйси преследовали 17-летнего подозреваемого в совершении взлома. Происходило это в городке Норф-Лодердейл, штат Флорида. Подозреваемый прыгнул в канал, Ральф - за ним. Поскольку стремящаяся укусить подозреваемого собака явно не улучшала его мореходные качества, он решил проблему достаточно просто – взял голову Ральфа и держал ее под водой, пока тот не захлебнулся. Интересно, что до этого он попытался утопить пятерых полицейских (хочется верить, что не всех сразу, а все-таки по очереди, иначе придется подумать, что в полиции Флориды служат люди, которых по состоянию здоровья не допускали до школьных уроков физкультуры). Эти стражи порядка пытались спасти Ральфа. Все это время полицейская Мэйси, “будучи не в силах помочь своему питомцу”, стояла на берегу и в отчаянии наблюдала разворачивавшуюся драму (еще бы - пять взрослых мужчин не могут справиться с одним подростком, который к тому же на их глазах губит ее собаку). Прибывшая на место происшествия реанимационная бригада пыталась спасти Ральфа, но было слишком поздно. У данной потери была и весьма ощутимая финансовая сторона: власти Норф-Лодердейла заплатили в 1995 году за эту овчарку 7 500 долларов. Кстати, по флоридскому законодательству виновный в убийстве полицейской собаки может получить до пяти лет тюрьмы.

Как только известие о смерти Ральфа стало достоянием гласности, вся южная Флорида погрузилась в траур. Местные газеты сообщали, что полицейская Мэйси уединилась и не хочет никого видеть. Потрясенные горем сотрудники городской полиции отслужили поминальную службу рядом со зданием муниципалитета. На службу пришли почти 800 человек. В их числе было порядка 300 сотрудников правоохранительных органов, сопровождаемых сотней их мохнатых питомцев. Они прибыли со всех концов штата, что случается, когда один из их коллег гибнет при исполнении служебных обязанностей. За скобками остался вопрос – эти 300 стражей порядка со своими четвероногими “коллегами” были в тот момент вне службы или ради отдания почестей павшей собаке оголили участки “фронта” борьбы с преступностью? Духовой оркестр исполнил траурный гимн. Работавшие с Ральфом полицейские произнесли над его телом чувственные речи, а почетный караул полиции дал в честь погибшего 21-залповый оружейный салют. Офицеру Мэйси был вручен американский флаг, которым был покрыт гроб Ральфа. Количество потрясенных смертью Ральфа людей, звонивших в полицию Норф-Лодердейла с предложениями пожертвовать деньги, время и даже подарить собак было настолько велико, что Полицейская благотворительная ассоциация была вынуждена учредить специальный счет на имя погибшего пса. Реакция людей на эту трагедию была, по словам заместителя начальника полиции Роя Лиддикотта, “очень бурной”. “Вы думаете, это все равно, что потерять коллегу? – задал он в порыве чувств вопрос окружавшим его репортерам. – Это больше того!”

 

“Что-то глубоко неправильное”

Может, это так же тяжело, как потерять товарища по работе, отметила автор статьи “Собаки - дети. 1:0 в пользу первых”, но почему - больше того? А через четыре дня после насильственной смерти Ральфа, продолжала Арианна Хаффингтон, в водах южной Флориды опять были загублены жизни. Только на этот раз это были человеческие жизни – двое мальчиков, возрастом 3 и 5 лет. Одного звали Курт, другого - Кейт. Похоже, отец решил убить их после того, как поссорился с их матерью. Сделал это он так: посадил на заднее сиденье своего “Шевроле”, пристегнул ремнями, после чего пустил машину в озеро. Произошло это в индейской резервации Миккосукки, расположенной в местечке Эверглэйдс. Разумеется, пишет Хаффингтон, если люди были так глубоко тронуты смертью собаки, как же они должны были быть потрясены смертью двух невинных детей, погибших от руки собственного отца? Ничего подобного! Согласно сообщению местной прессы, ни один человек не позвонил в полицию, средства массовой информации или индейскую резервацию, чтобы поинтересоваться, не требуется ли матери погибших мальчиков какой-либо финансовой помощи или просто человеческого участия.

Таким образом, Ральф ушел в другой мир согретый лучами славы и общественной щедрости, а по двум индейским мальчишкам не горевал никто, кроме их семьи и друзей. В то время как отец, утопивший двух своих сыновей, находился под следствием во Флориде, мать, забывшая свою 11-месячную дочь в машине в полуденный зной, в результате чего девочка погибла от перегрева, предстала перед судом штата Вашингтон по обвинению в убийстве первой степени. Почему эти события не вызвали взрыва общественного волнения и негодования? Точно так же одна из учительниц жаловалась на то, что история о многонациональной операции по спасению трех китов, попавших в ледяную западню в районе Поинт-Барроу, штат Аляска, вызвала у ее соотечественников куда больше сострадания и сочувствия, чем смерть ее трех младших двоюродных сестер, погибших в то же самое время в доме во время пожара. Не потому ли это, задает вопрос автор статьи, что сгоревшие дети не так украсят вечерние новости, как киты подо льдом?

То, что мы заботимся о страдающих животных и отдаем должное их храбрости, говорит о нашей гуманности, отметила Хаффингтон. Но, по ее словам, есть что-то глубоко неправильное в том, когда добрейшие и щедрейшие люди на Земле обезумевают от горя, читая про Ральфа, и спокойно продолжают заниматься своими делами, когда читают про Курта и Кейта.

 

Спасти терьершу Хокгет

Но, пожалуй, эпизод, наиболее полно отражающий перекос ценностей в системе “люди-животные” в американском обществе, произошел весной 2002 года. Ему была посвящена статья в газете TheWashingtonPost под названием “За пределами разумного. Мы знаем, что геноцид и голод – более трагичные явления, чем пропавшая собака. По крайней мере, мы так думаем”.

Итак, 13 марта 2002 года в машинном отделении нефтяного танкера “Инсико”, находившегося в океане в 800 милях к югу от Гавайских островов, произошел пожар. 11 тайваньских моряков вместе с капитаном и его собакой - терьершей по кличке Хокгет спаслись в носовой части судна, где вместе с запасами воды и пищи стали дожидаться помощи. Через какое-то время обездвиженный корабль заметили с круизного лайнера, который и спас экипаж “Инсико”. Но когда лайнер уже удалялся от потерпевшего бедствия судна, несколько пассажиров услышали доносившийся с танкера лай. Хокгет забыли на “Инсико”. Пассажир, который слышал собачьи “позывные”, позвонил в гавайское отделение Общества гуманизма (The Humane Society) - аналог РЕТА. Данное общество приютило в 2001 году 675 бездомных собак, но опыта в спасении “друзей человека” на брошенном танкере у него не было. Береговая охрана США заявила, что не может тратить деньги налогоплательщиков на выручку собаки, а владелец “Инсико” просто отказался от вышедшего из строя судна. Тогда Общество гуманизма обратилось с просьбой о помощи к рыболовецким траулерам, действующим в районе, где находился танкер. Газеты стали заполняться статьями о Хокгет. Что-то в истории этой собаки “потрясло воображение людей”, пишет автор статьи Шанкар Ведантам. В Общество гуманизма рекой полились деньги. Один чек был выписан на сумму 5 тысяч (!) долларов, а всего пожертвования на спасение собаки поступили из 39 штатов, Федерального округа Колумбия и четырех зарубежных стран. Главная проблема, связанная со спасением Хокгет, состояла в том, что никто не знал точного местонахождения танкера. Береговая охрана США определила площадь предполагаемого района поиска в 360 000 квадратных миль. Общество гуманизма заплатило 48 тысяч (!) долларов частной компании American Marine, чтобы та отыскала “Инсико”. В Тихий океан вышел спасательный буксир American Quest, в состав экипажа которого вошли два члена общества. Постепенно в поисках задействовали авиацию и высокотехнологичное электронное оборудование. С каждым днем в обществе раздавалось все больше звонков со всех частей света с одним вопросом: “Нашли ли Хокгет?” Через какое-то время к поискам терьера подключилась и Береговая охрана США, замаскировав эту операцию под “учения”. Командование охраны объявило, что отработает с использованием этого танкера действия по обнаружению и ремонту обездвиженных судов. Поиски эти ни к чему не привели, однако поток сочувственных писем и банковских чеков не иссякал.

Вот строки из некоторых посланий: “Этот чек выписан в память о маленькой собаке, погибшей в море”, “Спасибо, что затронули струны в моем сердце и напомнили мне, что надежда - единственное, что осталось в этом мире”, “Это также отличная история для детей. Они учатся уважать жизнь”.

 

Бороться и искать

Наконец, 9 апреля, почти через месяц после пожара на “Инсико”, в конце “туннеля” появился свет. Японский траулер заметил судно, напоминавшее брошенный танкер. Оно дрейфовало в районе, совсем не совпадавшим с тем, который указала Береговая охрана США. Испытывая неимоверное общественное давление, эта охрана решила предпринять хоть какие-то действия, чтобы спасти Хокгет. На поиски вылетел четырехмоторный самолет “Геркулес”, который после обследования площади океана в 50 000 квадратных миль наконец-то обнаружил “Инсико”. На снимках с воздуха была отчетливо видна собака, бегавшая по палубе. Самолет, естественно, не мог сесть на воду, чтобы забрать собаку, а потому пилоты ограничились тем, что сбросили на палубу танкера свои бортпайки - пиццу, зерновые “энергетические” плитки и апельсины (последнее, конечно, пришлось терьерше особенно по вкусу).Через какое-то время к “Инсико” подошли два траулера, но, когда поднявшиеся на судно рыбаки попытались забрать собаку, та убежала от них и спряталась где-то внизу. Люди не последовали за ней, ибо это было просто небезопасно – внутренние помещения серьезно пострадали от пожара. В конце концов рыбаки махнули рукой и покинули танкер.

Если бы в ситуации, разворачивавшейся вокруг Хокгет, разумное превалировало бы над иррациональным, то в этой истории можно было бы поставить точку. Люди сделали все, что могли, чтобы спасти собаку, которая оказалась настолько глупой, что не смогла понять - человек в данной ситуации ее единственный шанс на выживание. Ее последующая гибель, таким образом, стала бы следствием действия естественного отбора. Но разве члены Общества гуманизма могли это допустить?

 

...Найти и не сдаваться

Когда Расти Нэлл – вице-президент вышеупомянутой American Marine, постоянно интересовавшийся у Береговой охраны ходом спасения терьера, – узнал о том, что Хокгет спряталась где-то под палубой, его сердце сжалось – а вдруг она упала там, серьезно поранилась или вообще погибла? Эти вопросы не давали ему покоя, а когда он пришел домой и его 9-летняя дочка спросила его: “Папочка, а ты нашел собачку?”, Нэлл не выдержал и, придя на следующий день на работу, стал настаивать на продолжении поисков.

Надо сказать, что “Инсико”, на борту которого находились тысячи галлонов горючего, представлял опасность для окружающей среды, особенно в случае крушения где-нибудь у обитаемых берегов, поэтому рассматривался вопрос об отправке к судну американского военного корабля, чтоб тот потопил танкер в каком-нибудь пустынном районе Тихого океана. Но это неизбежно повлекло бы за собой гибель собаки, а подобное можно было допустить? Уступая сильнейшему общественному давлению спасти терьершу, власти США решили, что потопление танкера, находящегося в 1 200 км от Гавайских островов и в 4 000 км от основной территории США, представляет собой: “неприемлемый риск для окружающей среды”. Береговая охрана США в конце концов согласилась выделить 250 000 (!) долларов для того, чтобы отбуксировать “Инсико” в порт. Правда, официально это не было названо операцией по спасению собаки. Озвученная причина была сформулирована так: если танкер отнесет на запад еще на 250 миль, он может разбиться об атолл Джонстона, что нанесет его флоре и фауне непоправимый ущерб. Забота об атолле в особенности трогает сердце, с иронией замечает автор статьи, если учесть, что США в течение десятилетий использовали Джонстон в качестве полигона для ядерных испытаний и свалки химического оружия, оставшегося после разных войн. К спасательной операции был повторно привлечен American Quest, только теперь уже за деньги американских налогоплательщиков. 26 апреля, почти через полтора месяца после начала “вакханалии гуманизма” вокруг Хокгет, экипаж буксира вновь обнаружил “Инсико” и высадился на него. Один из членов команды нашел прятавшееся животное, схватил его за шкирку и оттащил на буксир. Собаку накормили, помыли и даже помазали лосьоном ее обожженный солнцем нос. В порту Гонолулу буксир, тянувший за собой “Инсико”, встречали толпы людей. Они несли транспаранты, приветствовавшие Хокгет на американской земле (можно представить себе, как расчувствовалась собака, читая эти надписи). На терьершу надели традиционный гавайский венок. После прохождения курса реабилитации Хокгет отдали в семью друга капитана “Инсико”. Она довольно скоро восстановила потерянный за полтора месяца вынужденного голодания вес, а новые владельцы даже стали водить ее в специальную собачью “школу”.

 

А если серьезно?

Автор данной статьи нашел, по его словам, весьма “тревожащую” причину феномена под названием “спасти терьершу Хокгет”. По его мнению, геноцид в Руанде, произошедший в 1994 году, в ходе которого погибли сотни тысяч человек, тронул сердца людей меньше, чем история данной собаки, отнюдь не потому, что люди озабочены больше судьбами собак, чем себе подобных. Просто, как полагает Шанкар Ведантам, человеческий мозг не в состоянии достаточно глубоко и полно воспринять и оценить массовые страдания. А тут все намного проще – одинокая маленькая собака на заброшенном танкере где-то посередине мирового океана.

Это куда понятнее и уму, и сердцу, чем гибель множества людей. По этой причине, считает автор, американцы намного вероятнее прониклись бы страданиями нескольких человек, чем целого народа.

 

“Гуманизм” за пределами Америки

В заключение хочу отметить, что подобным очеловечиванием животных и параноидальной одержимостью в борьбе за их права страдают многие представители не только Нового света, но и Старого. Так, в начале 2006 года Маргарет Бекетт (британский министр охраны окружающей среды) разработала 18-страничный “кодекс поведения” для владельцев домашних животных, именуемый также “Закон о благополучии животных” (Animal Welfare Act). Если у кого-нибудь данное “животное законодательство” вызовет улыбку или того больше – гомерический хохот, то Соединенное Королевство знает, как отбить у подобных весельчаков желание смеяться: за соблюдением вышеупомянутых правил будет следить специальная “полиция по контролю над домашними животными”. Нарушитель положений “Закона о благополучии животных” может сесть в тюрьму или заплатить штраф в объеме до 5 000 фунтов стерлингов.

Права “братьев наших меньших” на достойную жизнь и на гуманное отношение к ним можно и нужно защищать. Но при этом все-таки не стоит поднимать данные права на уровень соответствующих прав людей, ибо следствием этого может стать не столько рост ценности жизни животных, сколько обесценивание жизни человеческой.

* Бюллетень выпускается Союзом “За химическую безопасность”. Редактор и издатель Лев А. Федоров.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.