http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


Об археологическом аспекте в изучении этногенеза вайнахов /тезисы/ Печать Email

Владимир Иванович Марковин

Ведущий кавказовед-археолог, доктор исторических наук, заслуженный деятель науки РФ. Внес огромный вклад в исследование бронзового века и средневековой истории Северного Кавказа. Автор более 250 статей и 10 монографий.

Долгие годы Владимир Иванович работал в Отделе археологии бронзового века Института археологии Российской Академии Наук.

Его исследования северокавказской археологической культуры, архитектуры и истории дольменов, памятников бронзового века Дагестана получили широкую известность и признание.

Владимир Иванович Марковин – один из тех, чей подвижнический труд способствовал освещению и описанию древнейшей истории Чечни. Почти пятьдесят лет В.И. Марковин занимался исследованиями и описаниями древних архитектурных памятников этого региона.

Интересно, что в юности Владимир Иванович и не собирался быть археологом. Сначала он учился в Художественном училище Харькова, затем окончил на своей родине, в Дагестане, литературный факультет Педагогического института.

Совершенно случайно, в 1954 году, он получил работу в Северо-Кавказской археологической экспедиции, которой руководил тогда выдающийся исследователь Кавказа Евгений Игнатович Крупнов. С тех пор археология стала делом жизни В.И. Марковина. Он окончил аспирантуру по этой специальности, успешно защитил кандидатскую и докторскую диссертации. Пригодились и навыки художника. В.И. Марковин делал зарисовки объектов своих исследований, писал пейзажи местности, где работал. Он всегда с восхищением говорил о красоте чеченской земли, называя ее живописным и прекрасным краем.

Более 200 картин подарил в свое время Владимир Иванович Грозненскому краеведческому музею, с сотрудниками которого у него были очень добрые отношения.

С 1954 по 1992 год В.И. Марковин бывал в Чечне практически ежегодно.

В республике у него всегда было много друзей, среди которых – писатель Халид Ошаев, поэт Магомед Мамакаев, историк и лингвист Якуб Вагапов, фольклорист Сиражди Умаров.

За годы исследовательской работы в регионе у доктора наук В.И. Марковина вышло в свет 14 книг и ряд крупных научных публикаций по Чечено-Ингушетии и Дагестану. Среди них – «Дагестан и горная Чечня в древности», «В ущельях Аргуна и Фортанги», «В стране вайнахов».

Особую известность получил художественный альбом «Каменная летопись страны вайнахов», в котором помещено немало картин и рисунков В.И. Марковина.

23 февраля прошлого года Владимира Ивановича Марковина не стало.

 

 

 

 

 

1. При строго научном изучении этногенеза вайнахов нужно избегать сенсационных версий, наподобие тех, по которым кавказские тюрки объявляются потомками шумеров. Здесь должен иметь место спокойный подход к фактам археологии и истории.

Этого, к сожалению, нет. Известны попытки рассмотрения древности майкопской культуры, как привнесенные семитоязычными арамейскими племенами. Местные культуры конца III и II тыс. до н. э., безо всяких оснований, связывают с населением европейской культур шаровидных амфор, шнуровой керамики и воронковидных кубков.

Все это свидетельствует о нежелании или неумении вдумчиво изучить кавказский археологический материал.

2. Сейчас трудно говорить что-либо конкретное об эпохе камня и неолите на территории Чечено-Ингушетии. Памятники их почти не изучены.

С появлением майкопской и куро-араксской культур появляется возможность проследить определенную непрерывность в развитии того древнего населения, которое жило в горах и на плоскости современного региона страны вайнахов.

Судя по материалам Лугового поселения и курганам Бамута, племена названных культур активно взаимодействовали, причем можно говорить о постепенной нивелировке майкопских особенностей в керамическом комплексе. И наоборот, куро-араксские черты превалируют в нем, находя близкие аналогии в синхронных материалах Дагестана.

3. В эпоху развитой бронзы, которая прекрасно представлена в Чечне такими памятниками, как могильники Гатын-Кале и Бельты, куро-араксские черты не исчезают.

Керамические материалы позволяют заметить их медленное угасание с параллельным преобладанием посуды баночных и почти яйцевидных форм (с устьем раструбом и небольшим дном), покрытых грубой обмазкой.

Для этого времени можно уже говорить об особой культурно-исторической общности, характерной для Северо-Восточного Кавказа.

Внутри нее намечаются локальные варианты (отдельные родственные культуры) – Гинчи, Гатын-Кале, Великент и др.

4. Каякентско-харачоевская культура непосредственно связана с предшествующим временем. В это время локальные-племенные особенности усиливаются. А.П. Круглов вполне закономерно делил памятники культуры на западную и восточную группы. Они могли быть оставлены протовайнахским и протодагестанским населением. Мною намечены более мелкие группировки, которые могут отражать более мелкие племенные отличия внутри данных групп. В эпоху поздней бронзы уже функционируют первые склепы со специальными полками, на которые возлагали умерших (могильник в Эги-кале). Так появляется еще одна черта в материальной и духовной культуре местных племен, непосредственно смыкающаяся с вайнахскими представлениями о загробном мире.

5. Ход исторического развития племен Северо-Восточного Кавказа не был прямолинейным и спокойным. При анализе соответствующих материалов необходимо учитывать перемещения местных племен и их связи с населением степей, горцами Закавказья и Дагестана и с более западными, соседними племенами – носителями культурных традиций северокавказской общности.

6. Среди памятников времени перехода к эпохе железа значительный интерес представляет Зандакский могильник, тем более что он послужил основанием для выделения особой «зандакской культуры» (О.М. Давудов). Его материалы имеют несколько смешанный характер. Среди них выделяются многие исконно местные керамические формы при наличии декоративной имитации обмазки, но имеются и привнесенные кобанские черты в виде отдельных керамических сосудов и металлических изделий. В связи с этим стоит вспомнить памятники восточного варианта кобанской культуры. Они существенно отличаются от классических кобанских памятников Центрального Кавказа, представляя собой своеобразную смесь исконно местных материалов и привнесенных элементов кобанской культуры. Металл более всего имеет здесь кобанский облик. Это дает право утверждать непрерывное развитие местных племен.

Таким образом, племена скифо-сарматского времени, жившие на территории Чечено-Ингушетии, являются прямыми предками современных вайнахов.

Если И.М. Мизиеву приходится заниматься лингвистической эквилибристикой, чтобы доказать мнимое тюркоязычие алан, то работами многих археологов и специалистов смежных дисциплин доказано, что под наименованием «сарматов» и «алан» скрывался значительный вайнахский компонент.

7. Думаю, что перебросить мостик от скифо-сарматского времени к средневековью не так уж трудно. И вполне ясно, что вайнахи, близкие по культуре и строю языка дагестанским народам, имеют право называться аборигенным населением. Им нет нужды искать своих предков в Египте, Индии и в других далеких и близких странах.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.