http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


Трудно быть чеченцем Печать Email

Я.В. ЧЕСНОВ, доктор исторических наук

 

 

 

СОЦИАЛЬНЫЕ ИНСТИТУТЫ И ТИП ЛИЧНОСТИ

 

Одним из последствий войны царской России на Кавказе в XIX веке стало вхождение феодальной верхушки местных народов в состав правящей элиты России. Кабардинские, осетинские, дагестанские князья и ханы сохранили свои привилегии и статус, получили высокие воинские чины и хорошее содержание от царского правительства. Этим обществам были предоставлены значительное самоуправление, право исповедовать ислам и пользоваться арабским языком, сохранять традиционные обычаи, в том числе горские суды. Иное случилось в Чечне.прошлом веке: феодальная верхушка местных народов вошла в состав правящей элиты России. Кабардинские, осетинские, дагестанские дворяне и князья сохранили свои привилегии и статус, получили высокие воинские чины и хорошее содержание от царского правительства. Этим обществам были предоставлены значительное самоуправление, горские суды, право исповедовать ислам и пользоваться арабским языком, сохранять традиционные обычаи. Иное случилось в Чечне.

 

На Кавказе в XVI-XVIII веках шел процесс распада обществ на демократические, где победила "крестьянская революция", и на аристократические, где развитие пошло в направлении формирования феодальной верхушки. Сущность крестьянской революции состояла в утверждении уклада семейной собственности на землю самих тружеников. Этому на Кавказе способствовало комплексное земледельческо-скотоводческое хозяйство, которое мало приспособлено к каким-либо формам принудительного труда. Такое хозяйство стабильно развивается в условиях частной собственности и под военной защитой вооруженных собственников.

Отличительные черты горской демократии противоречивы. Она утвердилась благодаря изгнанию своих и иноплеменных аристократов, но повысила у труженика чувство личного достоинства, что и способствовало формированию своеобразного кавказского менталитета: у простых земледельцев и пастухов мы обнаруживаем этикетно-аристократические нормы поведения. Этот "крестьянский аристократизм" лежит в основе широко бытующих понятий "кавказец", "кавказство". Вместе с тем горская демократия без труда нашла механизмы социальной защиты безопасности частного хозяйства и безопасности самой личности. Эти механизмы были предоставлены кровнородственными и брачными объединениями, территориально-земледельческой общиной, военной организацией и религиозной общиной.

В политической жизни окрепло то, что мы условно называем горской демократией. Все это послужило основой для формирования типа личности, в которой главными чертами стали чувство независимости и своеобразный "демократический аристократизм" поведения. Такой тип личности прекрасно соответствует жизни в условиях экономического соперничества, военных столкновений и борьбы за престиж.

Итак, в Чечне восторжествовала демократическая тенденция: князья (как собственные, так и иноплеменные - кабардинские и дагестанские) были изгнаны. У некоторых других кавказских народов установился баланс демократических и аристократических обществ (например, у сванов в Грузии, в некоторых районах Дагестана, у западных адыгов). У кабардинцев победила аристократия. Уже со времен правления Екатерины II феодалы северокавказских обществ стали опираться на силы царизма в борьбе с собственным крестьянством и даже входить в элиту Российской империи. Местное крестьянство ответило на появление царской власти на Кавказе усилением антифеодальной борьбы. Таковым было мощное движение чеченцев под руководством шейха Мансура в конце XVIII века. Захваченный в плен, он погиб в Шлиссельбургской крепости.

Ключевую роль в сплочении чеченцев вокруг шейха Мансура играл уже ислам. Шейх Мансур был сторонником суфийского ислама толка накшбандийя. Замкнутая обстановка

суфийского братства как нельзя лучше соответствовала психологии коллектива равных по правам собственников, как-то организуя их центробежные интересы. К середине прошлого столетия наряду с тарикатом накшбандийя, центр которого находился в Дагестане, стал развиваться, особенно в Чечне, тарикат кадирийя, с более близкими народу формами коллективных обрядов.

В литературе суфийский ислам на Кавказе стал известен под именем мюридизма. Последний предполагает существование религиозного братства во главе с шейхом или устазом и его учениками - мюридами. Мюриды сами находят себе своих учителей, но подчиняются им беспрекословно. В социальном плане община мюридов отвечает интересам простых тружеников, будучи фактором социальной солидарности. Это довольно гибкая и прочная организация, укрепившаяся на базе антифеодальных движений, впитавшая демократические черты из ислама и сохранившая особенности крестьянского самоуправления.

Горская демократия, включающая крестьянское самоуправление, сыграла определяющую роль и в социальной, и в военной жизни чеченцев. Дело в том, что область расселения чеченцев уже в средневековье охватывала не только горы, но и "плоскость" - северокавказскую равнину. Обитание на ней было опасным. В любой момент могла нагрянуть беда - сильные соседи или кочевники. Эта опасность приходила к чеченцам со стороны Тамерлана, ногайцев, калмыков.

Горская демократия послужила благоприятной почвой для появления славянских поселений в крае. Речь идет о терских казаках, близких к горцам по своим крестьянским занятиям, по военизированному быту и по менталитету.

Издавна некоторые группы терских казаков стали не только считаться родственниками коренного населения, но и входить на правах ассоциированных членов в местные социально-родственные структуры (тейпы). Например, в таких отношениях с казаками находится равнинный тейп гуной. О горцах варандой в Чечне говорят, что они "русского" происхождения. Объясняется это правилом, согласно которому включение равнины в систему нормального землепользования требовало расширения хозяйственного коллектива (общины). Это делалось, помимо естественного роста, включением в общину иноплеменников. Проверенное столетиями средство получило новую жизнь во время Кавказской войны и после нее. Чеченцы, особенно те, кто расселялся на равнине, приняли в свою среду немало представителей соседних народов: кумыков, аварцев, других дагестанцев, кабардинцев, грузин, а также русских. Русские крестьяне, взятые в солдаты, бежали к чеченцам во время Кавказской войны.

У Шамиля они обслуживали его артиллерию. В Чечне были целые поселки, населенные русскими.

Все это говорит о том, что горскую демократию, которая лежала в основе политической организации тружеников-земледельцев и скотоводов, надо охарактеризовать еще и как стиль жизни с особым привлекательным этикетом.

В последнем было выработано нормированное подчеркивание достоинства личности.

Причем в понимании этого достоинства социальные характеристики в значительной мере заменились "природными": возрастом, личной храбростью для мужчины, хозяйственностью, красотой и умом для женщины.

В конце Кавказской войны XIX века, когда было сломлено военное сопротивление народов Кавказа, этот тип личности породил свое ответвление - абрека. Первоначально он был изгоем (юнак или гайдук на Балканах и в прилегающих районах, "человек вне закона" в западноевропейском естественном праве). Абреком был человек, совершивший преступление против общества, но в силу этических понятий горской демократии решивший защищать по своему разумению социальную справедливость. Ярким примером такого абречества был чеченец Зелимхан Харачоевский, причем примером не единственным: бунтари-одиночки, подобные Зелимхану, десятилетиями сопротивлялись царской и даже советской власти. Для чеченцев описанный психологический тип значим и по сию пору.

Традиции и общественные институты таковы, что требуют от человека решительного проявления своей независимости и личного достоинства. И тогда встает вопрос о допустимой мере самоуважения. Здесь институты традиционной этики незаменимы. Импульсивный, "абреческий" тип личности - молодежный. Обзаводясь семьей, человек резко меняет свое поведение.

Вообще для чеченцев характерна в течение жизни смена своих психотипов, которая венчается положением "мудрого старца". Основная побудительная сила такой эволюции личности - семья, все та же ячейка, которая вызвала к жизни в определенных условиях существование горской демократии.

Абреческий тип личности вызвал к жизни обычай кровной мести. Несоциализованность этой личности - юношеская. Герой-юноша в чеченских песнях - илли - имеет возраст в 15 лет. Этим подчеркивается, что он находится еще вне социальных институтов. Примечательно, что у этого героя песен нет никаких родственников. Этот же возраст имеют герои-мстители в дошедших до нас легендарных преданиях.

Особенности юношеской психики в абреческом типе личности объясняются, на мой взгляд, институтами возрастной инициации. В виде обрядов и особенностей молодежной культуры подобные обычаи известны повсюду. До завершения инициации юноша считается неполноправным, даже неполноценным человеком. В таком состоянии молодой человек отрывается от семьи, от родителей, приобретая новых "отца" и "мать". Повсюду в мире известна отдача ребенка на воспитание в чужую семью (аталычество у народов Кавказа).

Кровная месть - это как бы акт возвращения юноши в мир и обретения родственников заново. Это деяние имеет, таким образом, архетипическую подоснову. Имея все это в виду, следует отказаться от взгляда на кровную месть как на что-то уникальное и связанное с дурными наклонностями определенных народов. Фольклорный "добрый молодец" знаком многим народам, и он отличается отнюдь не всегда добродетельным поведением.

Факты, относящиеся к случаям кровной мести в Чечне и мне известные, говорят о том, что такое действие должно быть совершено с максимальной быстротой. Вот почему в современных эпизодах такой мести действующими лицами стали выступать иногда женщины, что ранее, скажем, в конце прошлого и начале текущего столетия, было не характерно. Но народная память хранит представления о воинственных девушках-мехкарий в глубокой древности, предводительствовавших отрядами. Социально они были именно мстительницами, которым после убийства врага дозволялось выйти замуж, т.е. обрести родственников. Напомню, что месть прекращалась, если убийца, за жизнью которого охотятся мстители, сумеет коснуться губами груди матери убитого - тогда он считался усыновленным. Это тоже акт обретения родственников.

Как известно, кровная месть распространяется на очень ограниченный круг родственников: прежде всего, на братьев убийцы. Отомстивший и в свою очередь преследуемый через усыновление имеет шансы стать их названным братом, сыном их матери. В ритуально-глубинном смысле, идет борьба за мать. В смысле социальном происходит самоидентификация личности, трагически лишенной элементарной родственной связи. В психологическом смысле, речь идет о драме сознания, строящего сценарий жизни. А строит этот сценарий сознание с нуля, о чем говорит обычай, по которому преследуемый мстителями человек, если он забежит на кладбище, оказывается в безопасности. В таком месте человек еще как бы не рожден, он эмбрион, хотя его сознание активно функционирует. Эдиповская психодрама сознания чеченца ориентирована на полюс матери, а не на полюс отца. Поэтому тейповая организация, построенная по отцовскому принципу, уравновешивает его психику, порождая неповторимый менталитет народа. Горская демократия всегда умела легко переводить ранения или даже убийство, случайное или по мести, в компенсации соответствующим количеством денег и скота. Абреческая личность, побуждаемая мощными архетипами и дисциплинированная отцовской властью, находит свое полное выражение в поведении воина.

В реальной жизни акт кровной мести крайне редок. Но он всегда порождает захватывающие воображение повествования о вспышках или скрыто длящейся вендетте. Уголовное право в годы советской власти практически ликвидировало подобные эксцессы. Примечательно, что, по словам Абдулбаки Джамо, иорданского министра и знатока старины, с которым мне довелось побеседовать, за все время пребывания чеченцев в Иордании со времени переселения их туда, там не было ни одного случая кровной мести.

Считается невероятным, чтобы чеченец убил чеченца.

Еще одна черта, связанная с абреческим типом личности - ее максимализм и страстная тяга к справедливости. А понимание того, что справедливо и несправедливо, зависит от общего кругозора и жизненного опыта. Чеченец склонен до конца исполнять свой долг, как он его понимает.

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.