http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


ОБЩЕКОРНЕВОЙ ПЛАСТ ЛЕКСИКИ ЧЕЧЕНСКОГО И ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКИХ ЯЗЫКОВ ДРЕВНЕГО, ДОИНДОЕВРОПЕЙСКОГО ПЕРИОДА РАЗВИТИЯ Печать Email

Р.М. ЭСЕНБАЕВА, приват-доцент

 

 

 

Как известно, горы Кавказа – это гряда потухших вулканов, почва земли Кавказа содержит кремнезем и кремний как осадочную горную породу. В силу этих природных условий, чеченцы-пеласги, в отличие от африканских архантропов, еще в палеолите бегавших толпами в поисках пищи и не умевших добывать огонь, уже в неолите добывали огонь, создавая впервые на земле орудия земледельческого труда. С IV тысячелетия до н.э. чеченцы уже имели металлургию меди и бронзы, а с III тысячелетия до н.э. уже использовали гончарный круг. В эпоху ранней бронзы чеченцы, пеласги Кавказа, единственное автохтонное население всего Кавказа, производили жатву кремневыми серпами и имели значительное количество как жатвенных орудий, так и орудий для переработки продуктов земледелия.

Живя в непроходимых лесах предгорий Кавказа и в недоступных ущельях гор, чеченцы жили эндогенно, без внешних влияний, вплоть до середины XIXв., когда русская армия царской России, выжигая и вырубая леса, оголила все пространства предгорий Кавказа, чтобы завоевать чеченцев военной силой и отнять у них плодородные земли. В результате завоевания Кавказа и преследования и шельмования исконных хозяев Кавказа – чеченцев, с организацией их перманентного геноцида войнами и выселениями, во время депортации чеченцев в Казахстан в 1944-1957 гг. все древности Закавказья и Северного Кавказа были приписаны пришлым монголоидным и семитическим народам. Теперь же, в начале XXI в., изучив территорию Чечни, археологи утверждают, что на территории Чечни находятся памятники древней культуры, сходной с т.н. куро-аракской и майкопской культурами, в то время как топоним Майкоп появился всего в 1870 году, население Закавказья – грузины, армяне и азербайджанцы – все – пришлые, захватившие в плен закавказских чеченцев и перенявшие у них одеяние, танцы, домашнюю утварь и языковые элементы.

Согласно Новому Энциклопедическому Словарю 2007 г., Грузия известна с 6 века до н.э. как Колхида, хотя нигде не доказано, что местное население, названное древними греками колхами и упоминаемое в «Илиаде», имело бы какое-то отношение к грузинам.

Приходившие к пеласгам древние греки основали свои колонии на черноморском побережье, в том числе и в Колхиде. К тому же Иберия была пеласгийской провинцией древнего Рима, и это название Грузия, благодаря диктату Сталина в советской науке, тоже присвоила себе во время депортации чеченцев в Казахстан в 1944 г. К сожалению, недооценка для истории человечества и мира на земле истории наций и народов порождает неразрешимые международными организациями вооруженные конфликты, ведь, согласно римскому праву, земля принадлежит не государству /оно появилось в новое время/, а народу, первому освоившему пространства этой земли.

Из науки о влиянии языков иноязычной структуры на развитие языка известно, что из неродственных языков заимствуются в основном единичные лексические элементы, то есть слова. Заимствование категорий фонетических или грамматических – редкое явление, потому что фонетика и грамматика – это определенная, связанная между отдельными элементами система, и потому, как правило, это непроницаемая система. Когда же на одной территории , входящей в состав какого-то государства, вынужденно сосуществуют два языка /явление билингвизма/, то неизбежно проникновение языка государствообразующей нации в язык завоеванного народа, на который государство распространяет свою административную систему. Так, после завоевания Чечни русскими в XIX веке, затем большевиками в 1929 г. и теперь демократами в ходе двух войн конца XX – начала XXI веков в чеченский язык проникали из русского языка лексические заимствования, фонетически оформлявшиеся по законам чеченского языка. Через русский язык шли заимствования западноевропейской технико-строительной, спортивной, эстетической, философской, новогеографической и научной лексики. К тому же в коммунистические времена русский не только миропорядок, но и образ жизни навязывался всем нерусским народам под угрозой применения военной силы в случае несогласия, и потому билингвизм был неизбежен: чеченский и русский язык в советской Чечне сосуществовали и на производстве, и в быту, и в школьном обучении, и в общественно-культурной жизни с тотальным господством русского языка в государственной и административной жизни. Вследствие этого в чеченском языке главный пласт заимствований – из русского языка. Основной же пласт, к тому же огромный пласт лексики чеченского языка, который отражает бытовую, хозяйственную и социо-культурную жизнь чеченского народа с древнейших времен, свидетельствует об изначально оседлом и по-древнему цивилизованном образе жизни древних чеченцев, на заре общечеловеческой цивилизации создавших свод общественных норм и правил, под названием адат, сохраняющих свое значение и сегодня.

Сходные природные условия были у фриулов, энгадинов, ладинов и сельвов, составляющих ретороманскую этническую общность. Живя высоко в горах Альп, отрезанные природой от внешнего мира, ретороманцы сохранили свой язык, относящийся к группе романских языков, архаичным. Архаичность и самобытность отдельных языковых форм ретороманского языка определили его место в системе романских языков как маргинального, то есть пограничного для языковой романской зоны языка, благодаря чему с 1938 года он стал четвертым государственным языком Швейцарии, наряду с итальянским, французским и немецким языками.

Подобно ретороманскому языку горной Швейцарии, чеченский язык как восточный пеласгийский язык является пограничным языком зоны исконно европейских языков, так как имеет общее не только в лексике, но и в фонетике и грамматике с древнегреческим, латинским, романскими и германскими языками, что мы продемонстрируем в нашем исследовании и в составленных глоссариях лексических сходств чеченского языка с девятью западноевропейскими языками.

Живя окруженными дремучими непроходимыми лесами и горами вплоть до конца XIXв., когда в результате монгольской тактики выжженной земли оголенная земля Чечни попала под власть России, чеченцы сохранили пеласгийский язык в архаичной форме, в отличие от басков, корсиканцев и ирландцев, которые, в связи с принятием христианства, подчинили свои языки влиянию латинского языка и потому утратили связь с древней формой их языка. В древности пеласги, хозяева Кавказа и северо-запада Малой Азии, жили на протяжении всего Кавказа и Малой Азии; они родственны и троянцам, и западноевропейским народам, так как, спасаясь от древних греков, пеласги бежали в Европу, осваивая там неосвоенные пространства, о чем свидетельствуют топонимика, гидронимика, ономастика и, как теперь выявилось, и обиходная лексика чеченского и западноевропейских языков.

Взаимодействие языков – сложный процесс, охватывающий, прежде всего, речевую деятельность, если речь идет о древности, так как при контактах народа-аборигена с другим, пришлым, народом, последним язык аборигенов воспринимается прежде всего как речь, из которой иностранец вычленяет наиболее повторяющиеся речевые элементы, слова, фразы и словосочетания. Внося в свой язык услышанные языковые элементы – слова, словосочетания или фразы – пришлые вносят их в свой язык, сохраняя значение оригинала, что бывает редко, или заменяя их значение, что бывало в древности чаще. В древности пришельцы использовали языковые элементы речи аборигенов, обогащая свой язык и делая его родственным, так как в древности было принято сближаться и родниться с народами, на земли которых чаще всего бежали или от климатических катастроф, как это бывало с севером Африки /Эретрея, Эфиопия, Египет/, где бывали засухи, длившиеся по сорок пять лет, или в поисках уже освоенных другими народами земель, как это было с африканскими племенами, ставшими впоследствии греками, или гуннами, с которых началось переселение народов. Судя по землям, которые они выбрали, пристраиваясь к пеласгам и изгоняя их, греки скорее всего пришли из Эфиопии, так как они сохранили о ней память, как вспоминают эмигранты о потерянной родине, – как о счастливой стране, блаженной стране, где боги обедают с простыми смертными, согласно древнегреческой мифологии и «Илиаде», и которую посещает древнегреческий царь Спарты Менелай, а имя его брата Агамемнона перекликается с именем союзника греков-эфиопского царя Мемнона. То, что было сказано о заимствованиях пришлыми народами из языка автохтонов из области лексики народов, на землях которых войной или каким-либо другим способом поселились пришлые, касается и грамматики. В грамматику языка воспринимающего народа проникают, как правило, прежде всего наиболее повторяющиеся служебные частицы: приставки, суффиксы, разного рода флексии и послелоги, что опять же хорошо демонстрируется на примере древнегреческого языка, обогащавшегося за счет пеласгийского языка, сохранившегося в своей древней форме в современном чеченском языке – языке нохчий. Окончание имен собственных и существительных в аккузативе в пеласгийском, то есть в чеченском языке – ас –, – с –, /напр. Падам – Падамс/ Исаев – Исаевс / в древнегреческом языке стало окончанием номинатива имен собственных, названий и имен существительных, и прилагательных II склонения – оξ – / напр., Iкαρоξ, φίλοξ /, – оξ в существительных III склонения /напр., μέλαξ / и –αξ– в генитиве сущ. I скл., напр., γέα – γέαξ.

Как мы уже сказали, речь идет о языковых заимствованиях – формантах древности, то есть не о книжных заимствованиях посредством переводов и специальной работы по обогащению языка, как это было с русским языком в XVII–XVIII веках не только в отношении лексики, но и синтаксиса и заимствования из французского языка оборотов вежливо-учтивой формы обращений и разговора, вроде хвостовых вопросов «не так ли?», «не правда ли?» и т.п. Мы рассматриваем не языки новой эры – славянские, тюркские и им подобные, а языки древние  – а именно: пеласгийский – чеченский, древнегреческий, латинский, западноевропейские, носители которых контактировали с древних времен.

Поэтому мы находим общий пласт лексики, наиболее обиходной для древних форм жизни в этих языках. Итак, контакты пеласгов с древними греками / от лат. qreх – толпа/ начались с конца третьего тысячелетия до новой эры, когда будущие греки стали прибывать на земли пеласгов толпами, и пеласги, бежавшие от греков, поднимались и уходили в Европу осваивать новые земли Европы до самого Скандинавского полуострова. Поэтому при древних контактах заимствования из одного языка в другой были преимущественно речевого происхождения.

Свидетельством этого является значение, которое сыграла разговорная, народная латынь – ℓatina vulgaris, которая существовала в обиходе провинций Римской империи вплоть до 9-го века н.э., когда закончилось формирование романских языков на основе народной латыни, хотя книжная латынь, официальный латинский язык, созданный в 3-ем веке н.э., тоже влиял на формирование романских и других (германских, например) языков, но не в такой мере, как разговорная, повседневная латынь. В средние века разговорная латынь, которая по нашей гипотезе является пеласгийским языком, преследовалась, как, впрочем, и пеласги, например, гибеллины, которые в 12-13 веках в Италии выступали за светскую, императорскую, а не церковную, кардинальскую власть. Но разговорная латынь и в средние века сохранялась как профессиональный жаргон медиков. Так, в романе «Собор Парижской богоматери», описывая средневековую жизнь, В. Гюго приводит фразу, звучащую как магическое заклинание врача: «мах, пах, нах», и автор указывает, что это была фраза на вульгарной латыни, что на самом деле является фразой на чеченском языке и буквально переводится на русский язык как «цена, печень, народ». Вульгарная латынь и по сегодня сохраняется и используется в фармакологии для создания названий лекарств. Поэтому несомненно, что для восстановления этимологии многих слов в лексике, ономастике и топонимике европейских стран необходимо использовать чеченский язык как пеласгийский и как древнейший язык на земле, сохранившийся в своей основе неизменным. Так, этимологи, например, не могут объяснить происхождение кельтского слова «vassal», существовавшего задолго до возникновения феодализма в Европе и соответственно понятия «вассал». В древние времена это понятие имело другое значение, объясняемое чеченским словом «васхал», что означает «полка, перекладина, насест». Многие слова возводят к латинским, не соотнося латинские слова с пеласгийским, от которого, как из народной латыни, возникли слова книжного латинского языка.

Так латинское слово jumentum произошло от пеласгийского, то есть чеченского слова х’ума, означающего «вещь», «нечто» в смысле живое существо. В латинском языке jumentum «вьючное животное» обозначает и лошадь, и осла. Соответственно итал. giumento – «вьючное животное», обозначающее и лошадь, и осла, а giumenta – «кобыла», в исп. iumento – «осел», во фран. jument – «кобыла». Подобных примеров можно привести много. В данной статье мы покажем, что пеласгический пласт лексики более древний, чем латинский. Профессор Р.А. Будагов в своем труде «Сравнительные семасиологические исследования» прослеживает, как в отдельных значениях слов из общего латинского источника романские языки расходились и упоминает при этом значение народной латыни, но не приводит примеров из народной, разговорной латыни. Мы приведем лексические соответствия чеченского языка с западноевропейскими языками , но ограничимся только кругом слов, своими значениями очерчивающими основной первоначальный пласт явлений и предметов, свидетельствующий о социальной организации жизни в древнее время:

1. чеч. дрга / ǽrgə / «зеленый», «незрелый /о плодах /» – нем. аrga «дурной», «злой», шведск. дrg «сердитый».

2. чеч. аре «поле», «равнина», «степь», «пространство /снаружи/ – англ. area «площадь», «территория», франц. are “ар“ /100м2 /, шведск. areбl «земельная площадь».

3. чеч. ас /as’/ – личное мест. «я» в винит пад.; англ. us /as/ косвенный пад. от мест. we – «нас», «нам»; шведск. oss – нам, нас.

4. чеч. бер /вer/ «ребенок», кельт. bercieu «колыбель», старофранц. berz – «колыбель», совр. франц. bercer «качать», «убаюкивать», шведск. barn «ребенок», др. англ. beran «рождать», англ. bear – рождать.

5. чеч. вай / wei / «мы» / все, целое/, н. англ. we «мы», нем. wir, швед. vi «мы».

6. чеч. вар /war/ прош.вр. 3л. ед. ч. от глагола хила «быть»; англ. was «был(а)», нем. war «был/а/», шведск. var «был /а/».

7. чеч. г’арол [g’а:rol] – «охрана», англ. guard – «стража», франц. guard – «стража», исп. aguardar – «охранять».

8. чеч. де [de] – «день», англ. day [dei] «день», нем. Таg «день», шведск. dag «день».

9. чеч. дийца /di:tsә/ «говорить», «рассказать», франц. dire «говорить», «рассказывать», итал. dire – «сказать», dichiarare «декларировать» исп. decir «говорить»; чеч. мотт /mot/ «язык», франц. le mot «слово» итал. motto «острое словцо», др.англ. mūр «рот», н. англ. mouth.

10. чеч. дяне /dьnй/ «мир», франц. dune «дюна», нем. Dьne «дюна», др.англ. dūn – «холм», «гора», Lindūn-Лондон.

11. чеч. маре /’ma:re/ «замужество», англ. marry «жениться», франц. mariage – «брак», «замужество», «женитьба».

12. чеч. мохк / mohk / «земля», «страна», нем. Mark «пограничная область», шведск. mark «почва».

13. чеч. рицкъ /ritsk”/ «достаток», «богатство», англ. rich «богатый», франц. riche «богатый», нем. reich «богатый», итал. ricco «богатый», шведск. rik «богатый».

14. чеч. хьакха [ha:kh] I. «свинья»; 2. «скосить», «сжать /серпом/», англ hack «кляча», «упряжная лошадь», франц. hache – «топор», «секира», нем. Hacke «кирка», «мотыга», швед. hбcka «кирка».

15. чеч. х’ усам /h’usam/ «жилище», «дом», древнеангл. hus совр. house  «дом» древненем. Husam, совр. Haus «дом», Hьtte «хижина», «шалаш», франц. hutte «хижина», «шалаш», шведск. hus «дом».

16. чеч. ’эдал /’edal/ «власть» «закон», «привычка», «манера», древнеангл. ēрel «владение», «наследство», ср. англ. ethel/.

Как показало исследование Р.А. Будагова, для германских и романских языков имели большое значение заимствования из книжного латинского языка. Это демонстрируется на примере появления новых слов, означающих понятие «дом». Так, латинское слово domus в значении «дом» вытеснило во французском языке слово hutte, но в средние века слово maison вытеснило слово dфme /от латинского domus /, оно сохранилось лишь в значении «собор». Иное дело в германских языках. Как мы видели, др. англ. hus – «дом» превратилось в ср. англ. hous в новоанглийский период в house. Древненемецкое Husam в немецком превратилось в Haus, в шведском языке сохранилось в древней форме hus, но наряду с hus – «дом» появилось слово hem, означающее «домашний очаг». И в чеченском языке появилось новое слово, означающее «дом» – ц’а, но сохранилось и древнее слово х’усам в значении «дом», «жилище».

Проведенное сопоставительное исследование общего древнейшего пласта лексики чеченского и западноевропейских языков свидетельствует о наличии элементов цивилизации и общественной организации жизни в древних европейских обществах и кавказском пеласгийском обществе, развивавшемся эндогенно, без внешних влияний с глубокой древности до конца XIX в. н.э. Кроме заимствований нового времени с русским языком у чеченского языка нет ничего общего. Поэтому следует констатировать, что наличие общей корневой основы в таких ключевых словах, отражающих общинную жизнь древних чеченцев и западноевропейских народов, как «дом», «ребенок», «богатство», «кирка», «мотыга», «территория», «пространство», «мир» /в смысле пространство/ «дюна», «холм», глаголов «быть» / в прошедшем времени/, «рассказывать», «говорить», свидетельствует об общей генетической основе у чеченцев пеласгов и у коренных западноевропейских народов, о древности и общности форм общинной жизни у чеченцев-пеласгов и западноевропейских народов. О древности и общности форм общинной жизни у чеченцев-пеласгов и западноевропейских народов свидетельствуют такие общекорневые слова, как «охрана», «стража», «богатство», «власть» и сходное с ними «владение», «наследство».

Полисемантическое слово ’эдал – «власть», «закон», «привычка», «манера» – помогает понять, как исторически возникло понятие «власть», а потом и «закон». В древности, живя общинной жизнью, общество выделяло каких-то людей в возрасте, которые имели обыкновение решать общие вопросы или вопросы межличностных отношений. Эта привычка отдельных людей решать спорные или новые вопросы и побудила племена, жившие общинной жизнью, наделять определенных лиц правом решать вопросы, касающиеся жизни всей общины, что является примитивной формой власти. Об этом свидетельствует и другое слово в чеченском языке – бакъо, бакъонаш /право, правила/. Все эти слова говорят о наличии патриархальных форм закона у чеченцев. У чеченцев не было наследственной власти, свод правил под названием адат был и остается общим и одинаковым для всех членов племенной общности. В западноевропейских обществах уже в первом тысячелетии до новой эры возникла форма наследственной власти, и потому слово edel – «благородный» предполагает социальную значимость лица, так как другим значением этого слова является «владение». В чеченском же языке понятие «благородный» передается словами дика – «правильный», «хороший», а от слова бакъо /«право»/ слово «бакъхьара» передает значение «воспитанный». Таким образом, слово «благородный» в чеченском языке, в отличие от западных языков, не несет в себе оттенок социальной значимости, а означает правильного, соблюдающего общественные нормы поведения человека.

Не случайно и корневое совпадение в чеченском и западных языках слова «день», так как в древности из времен суток день играл решающую роль в жизни людей. С заходом солнца прекращались битвы и враги могли пообщаться у костра, залечивая раны, чтобы с восходом солнца продолжить битву, и бывало, что у костра узнавали отец с сыном друг друга из разговоров, уже покалеченные, как в немецкой средневековой «Песне о Хильдебранде». О значении светового дня в жизни древних людей говорит и такое явление. В связи с особенностями строительства башен в горах и каналов в древней Пеласгии-Ичкерии и полной зависимости от светового времени суток в чеченском языке более двадцати слов и оборотов речи, выражающих разные периоды суточного времени, почти почасовое разделение суточного времени в наречиях времени и оборотах речи.

Итак, подводя итоги, можно сказать, что проводимое сопоставительное исследование пеласгийского и западных языков относится к доиндоевропейскому периоду истории человечества и позволяет обеспечить сравнительно-историческое языкознание совершенно новым фактическим материалом из древнего и в то же время живого пеласгийского, то есть чеченского языка. Таким образом сопоставительное исследование чеченского языка с родственными европейскими языками, имеющими в своей основе пеласгический пласт, относит современное языкознание к доиндоевропейскому лингвистическому материалу, что позволит провести синхронно-диахронический сопоставительный анализ европейских языков, лишив санскрит права праязыка западноевропейских языков, в частности, немецкого языка, который до сих пор находится в плену индоевропейского языкознания.

 

ЛИТЕРАТУРА

 

1. Головин Б.Н. Введение в языкознание. Москва, 2007. Глава 16. Развитие языкознания.

2. Бородина М.А. Современный литературный ретороманский язык Швейцарии. М., изд-во «Наука», 1969.

3. Будагов Р.А. Сравнительно-семасиологические исследования. Романские языки. Изд-во МГУ, 1963.

4. Древнеанглийский словарь и среднеанглийский словарь, в кн.: Линский С.С. Сборник упражнений по истории английского языка, Л., Ленингр. Отдел изд. «Просвещение», 1963.

5. Марковин В.И. и Мунчаев Р.М., Наследие. Население Чечено-Ингушетии при первобытнообщинном строе, в кн.: Очерки истории Чечено-Ингушской АССР с древнейших времен до наших дней, в двух томах т.1, Грозный, Чеч.-Инг. кн. изд-во, 1967, с. 6-29.

 

Комментарии  

 
0 #1 Мелхазни 18.07.2017 08:00
Статья очень интересная, почерпнула для себя много нового...... Добавьте к Share Одноклассники,...
Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.