Для восстановления архива, сгоревшего в результате теракта 04.12.2014г., редакция выкупает номера журнала за последние годы.
http://www.nana-journal.ru

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН

Пресс-эстафета "ЧР - ДОМ ДРУЖБЫ"


Тайна имен. Вайнахи, арабы и Ислам. Печать Email

М.Х. Багаев

Светлой памяти матери Барет и отца Харона посвящается

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Занимательна предыстория написания и составления этой книжки. Дело было так: в начале 1991г. мой друг и учитель, крупнейший археолог-кавказовед, отдавший лучшие годы своей научной карьеры (1957-1967гг.) археологическому изучению древних и средневековых памятников Чечено-Ингушетии, Владимир Иванович Марковин прислал мне энциклопедический словарь «Ислам» (7). Это впервые изданный в СССР академический энциклопедический словарь крупнейших советских исламоведов. Они достойны более высокого внимания и уважения, ибо эти ученые в единственном атеистическом государстве мира – Советском Союзе – увлеченно, смело и серьезно занимались Исламом. Вот их имена: О.Ф. Акимушкин, А.С. Боголюбов, К.А. Бойко, О.Г. Большаков, Д.В. Ярмаков, Тауфик Камель Ибрагим, А.И. Колесников, В.В. Кушев, А.Д. Кныш, Г.В. Милославский, Т.П. Милославская, А.Р. Петросян, М.Б. Пиотровский (нынешний директор Эрмитажа в Санкт-Петербурге), С.М. Прозоров, Е.А. Резван, М.А. Родинов, А.В. Сагадеев, Л.Р. Сюкиянин, А.Б. Халидов. Их статьи содержат обстоятельное истолкование исламских терминов или понятий; сведения об идейных течениях, общинах и школах ислама; персоналии (7, С.2). К глубокому сожалению, в составлении энциклопедии не принял участие наш земляк Нурдин Гербертович Ахриев, прекрасный профессиональный арабист, до конца своей жизни (70-е годы XX в.) преподававший арабский язык в МГУ, на факультете востоковедения.

Словарь имел небывалый успех, и его 50-ти тысячный тираж разошелся моментально. Я его прочитал взахлеб и тут же написал отзыв в 19 машинописных страниц, который спешно отнес в редакцию газеты «Грозненский рабочий» – заведующему отделом Арби Сагаипову, широко известному в Чечне писателю и моему другу. В силу большого объема, статья была отклонена, с оговоркой, что сокращенный вариант (4-5 страниц) редакция обязуется напечатать. В тот же день статью я показал своему другу, заведующему кафедрой философии ЧИГУ Сайд-Ахмеду Хусаинову, который и посоветовал мне расширить статью до объема небольшой книжки, что я и сделал. После этого возникла проблема издания – нужны были деньги. За помощью я обратился к следующему своему другу – директору фирмы «Курс» Бадрудину Якубовичу Шайхаеву, известному ученому, кандидату технических наук. Он дал согласие быть моим стажером, перечислил необходимую сумму денег в Грозненское издательство – полиграфическое объединение «Книга», где на то время был директором выпускник МГУ Ваха Дыхаев. 6 января 1994 г. книжка была подписана в печать, но свет она увидела только 26 ноября того же года. Пока я забрал тираж, подошел конец декабря 1994 г. В первый же день начала штурма города Грозного – 31 декабря 1994 г. весь тираж (20 тыс.) этой книги, вместе с нашей квартирой и имуществом, сгорел дотла. Такова трагическая судьба этой крохотной книжонки, за исключением трех пачек (180 экземпляров), которые успел забрать к себе домой, до начала войны, мой брат – известный в республике спортсмен и тренер, незабвенный Салих Харонович Багаев. Эти книги он мне вернул после войны, их-то я и раздариваю своим друзьям по сей день. Ну, а бизнес... Он не состоялся. Но мы с Б.Я. Шайхаевым не в обиде – на все воля Аллаха!

В ключе всех этих коллизий, очень приятно, что главный редактор популярного не только в Чечне, но и во всем мире, женского журнала «Нана» Лула Жумалаева приняла решение опубликовать на страницах «Наны» сокращенный вариант этой книжки, за что я безмерно благодарен ей.

 

 

 

ВВЕДЕНИЕ

 

Перед каждой семьей, где рождается ребенок, встает проблема имянаречения младенца. Эта трудная задача занимала людей и в прошлые века. Как пишет П. Винничук, отыскание подходящего имени для младенца оказывалось труднейшей проблемой и приводило в древней Греции даже к семейным ссорам. Это хорошо показал Аристофан в комедии «Облака». Герой комедии Стрепсиад жалуется зрителям, как трудно было выбрать имя для сына, ведь жена Стрепсиада, мечтавшая видеть свое дитя победителем благородных состязаний на ипподроме, непременно требовала, чтобы в имени содержалось слово «(г)ипп(ос)» – конь. Сам же Стрепсиад, занятый хозяйством, смотрел на дело более практично. Вот как об этом говорит сам Стрепсиад:

Позднее сын вот этот родился у нас,

Ох, у меня и любезной женушки.

Тут начали раздоры из-за имени.

Жене хотелось конно-ипподромное

Придумать имя: Каллиппид, Харипп, Ксантипп.

Я ж Фидонидом звать хотел, в честь дедушки.

Так спорили мы долго; согласясь потом,

Совместно Фидиппидом сына назвали.

Ласкала мать мальчишку и баюкала:

«Вот вырастешь – и на четверке, в пурпуре,

Поедешь в город, как Мегакл, твой дяденька».

Я ж говорил: «Вот вырастешь – и коз в горах

Пасти пойдешь, как твой отец, кожух надев».

Приведенный пример говорит о том, что в жизни человека собственное имя имело и имеет огромное значение. И не зря древнеримская поговорка гласила: «Имя – гаданье».

Предмет рассмотрения в скромной книжке, которую Вы, уважаемый читатель, держите в руках, – имя собственное, которое получает каждый человек. Все люди свои имена получили от близких людей, а не выбирали сами.

Каждый из нас хочет узнать историю своего имянаречения, узнать этимологию (основное значение) своего имени. Иногда мы знаем ответы на эти вопросы, а чаще всего не знаем или знаем приблизительно.

В данной брошюре сделана попытка удовлетворить желание многих вайнахов, да и людей других национальностей, исповедующих ислам, узнать смысл их личных имен арабского происхождения. Я не являюсь пионером в этой проблеме. Ею занимались: Н.Г. Ахриев (2), А.С. Куркиев (3), Н.С. Бибулатов (4), А. Гафуров (5-6) и др.

Безусловно, автор предлагаемой вашему вниманию работы не избежал некоторых ошибок. Многие допускаемые мною толкования вызовут у читателя сомнения, за которыми последуют и замечания, и критика, и возражения, что в свою очередь пойдет на пользу автору, особенно если книжка понравится читателям и возникнет необходимость ее переиздания, при котором вся объективная критика будет с благодарностью учтена автором.

 

 

РАЗДЕЛ I. ЛЮДИ И ИХ ИМЕНА

 

§ 1. Как возникли личные имена

 

Выдающийся английский этнограф и историк культуры древнего человеческого общества Эдуард Бернетт Тайлор писал: «Всякий чувствует, каким недостатком в смысле реальности страдает рассказ, в котором нельзя опереться на какое-либо собственное имя». (10. С. 192)

Это затруднение ощущали и древние люди, поэтому и случалось так, что одно из главных лиц, встречаемых в преданиях мира, был на самом деле не кто иной, как «Некто».

Нет того дела, которого не могло бы совершить это чудесное существо, нет того образа, в который оно не могло бы облечься.

Его стесняет одно только ограничение, заключающееся в том, что присвоенное ему имя должно хотя бы немного соответствовать предпринимаемому им делу.

Поэтому, например, в Мексике великий «Некто» принимает имя Монтесумы и строит водопровод в Тецкуко. В Иране каждая древняя развалина считается делом героического Антара, в России – Петра Великого, а в Испании – Боабдила или Карла V. Индейцы Северной Америки полагают, что курганы Огио были в давнее время возведены самим Маниту как обещание изобилия дичи в загробном мире. Новозеландцы рассказывают, что герой Купе отделили северный остров от южного и образовал пролив Кука. Греческий миф поставил у входа в Средиземное море двойные столбы Геркулеса, а в менее отдаленное открытие Гибралтарского пролива явилось одним из многих подвигов Александра Македонского.

«Такое множество однотипных рассказов, – подчеркивает Э. Б. Тайлор, – свидетельствуют о значении преданий о личных именах (выделено нами – М. Б.), которые прямо разрешают вопрос, задаваемый в течение веков человечеством о происхождении его обрядов, законов, обычаев и искусств» (10, С. 192–193).

Кстати, о последнем, т. е. искусстве, очень интересно сказал 160 лет назад знаменитый Виктор Гюго: «Искусство – это я, наука – мы».

Действительно, искусство немыслимо без имени творца. Каждая строка Гомера, Шекспира, Гете и Пушкина несет на себе печать ее гениального создателя. То же в музыке и живописи: практически каждый может отличить творчество Баха, Бетховена, Чайковского, Шостаковича или Микеланджело, Рембрандта, Сурикова, Пикассо (11, С. 8).

Вместе с тем, есть в жизни человеческого общества такие явления, у истоков которых тоже находился конкретный человек, имя которого мы никогда не узнаем: речь идет о людях, которые впервые использовали огонь, оружие, украшения, игры, хлебопашество и другие элементы цивилизации (10, С. 193).

Но прошло немного времени после этого, и во всех цивилизациях люди стали приобретать личные имена. Многие из них отражали культурно-исторические условия, при которых они жили. Тем самым, определенный пласт имен стал носителем отпечатка соответствующей эпохи. (12, С. 4).

 

 

§ 2. Люди умирают – имена и дела их остаются

В имени человека как бы закодированы его поступки, действия, иначе мы не знали бы авторов выдающихся научных открытий (Архимеда, Пифагора, Циолковского и т.д.), авторов выдающихся литературных произведений (Эсхила, Софокла, Еврипида, Аристофана, Плавта, Лукреция, Вергилия, Горация, Овидия, Омара Хайяма, Саади, Байрона, Шекспира, Бальзака, Гюго, Пушкина, Достоевского, Чехова, Л. Толстого, Хемингуэя, Шолохова, Солженицына и т. д., и т. д.). Из сказанного следует, что личное имя – это специальное слово, служащее для выделения отдельного человека из общей людской массы, чтобы иметь возможность обращаться к нему или лично, или через посредника, а также иметь возможность говорить о нем с другими людьми сейчас, а то и через века и тысячелетия. Словом, роль личного имени в жизни человека очень велика. Каждого человека можно назвать не иначе как по имени, поэтому все его хорошие или плохие поступки становятся достоянием гласности благодаря его имени, (12, С. 4). Например, позором на все времена покрыли себя люди, носившие имена: Нерон, Калигула, Гитлер, Берия, Сталин, Муссолини и т.д.; и, наоборот, человечество всегда будет помнить Гомера, Цицерона, Гагарина, Сахарова и многих, многих других.

Изучая имена, мы непременно окунаемся в увлекательный мир биографий замечательных людей, носивших то или иное имя. Крупнейший книговед Е.С. Лихтенштейн пишет, что поворотные вехи в истории науки отмечаются не только открытиями, но и именами их творцов. Историю естествознания украшают имена Коперника и Галилея, Ньютона и Лавуазье, Ломоносова и Менделеева. А Рентген, открывший в 1895 году x-лучи, названные впоследствии его именем? А Беккерель, через год после Рентгена открывший явление радиоактивности, Томсон, который в 1807 году открыл электрон, Планк, в 1900 году заложивший основы квантовой теории, и Эйнштейн, создавший в 1905 г. теорию относительности и т.д.? (11, С. 9). Эти и другие выдающиеся люди умерли, но имена их остались в памяти человечества на века.

 

 

§ 3. Как назвать своего ребенка

 

Сегодня ученые, занимающиеся ономастикой, то есть наукой о собственных именах, отмечают, что собственные имена людей – это часть истории народов. В них отражаются быт, верования, чаяния, фантазия и художественное творчество народов, их исторические контакты с другими народами (12, С. 3). Иными словами, личное имя человека – это уникальное явление, сопутствующее человеческому обществу с древнейших времен.

Для убедительности достаточно сослаться на античную традицию. Скажем, в Греции были одни обычаи, связанные с наречением имени, в Риме – другие. Например, в Греци человек при рождении получал только имя. Фамилий же, в современном значении этого слова, объединяющих весь род и переходящих по наследству от отца к сыну, в Греции не было. Отсутствовал и список имен, из которого родители новорожденного могли бы выбрать одно для наречения им своего младенца. Поэтому имена детям давали произвольно, часто придумывали новые, не встречающиеся ранее, но связанные или с какими-нибудь обстоятельствами рождения ребенка, или с какой-нибудь характерной чертой. Часто мальчиков называли в честь отца или деда, девочку – в честь матери или бабушки. Много имен было образовано от имен олимпийских богов – тем самым передавали ребенка под опеку бессмертного бога-тезки. Так, например, бьли распространены имена: Диодор (дар бога Зевса), Апполодор (дар бога Апполона), Артемидор (дар богини Артемиды) и т.п. Другие имена сулили их обладателям успех и благополучие. Здесь можно встретить такие понятия, как мудрость, доброта, сила, справедливость, благочестие, а также победа и слава. Среди мужских имен этой группы находим: Софокл (славный мудростью), Фемистокл (славный справедливостью), Герокл (славный святостью). Девочек в Греции называли: Елена («Светлая»), Евклия («Доброслава» или «Прекраснослава») и т. п.

В частной жизни древний грек обходился одним именем, в официальных документах полагалось приводить также имя отца: Фемистокл, сын Неокла; Перикл, сын Ксантипа. Интересно отметить, что в эпоху эллинизма (IV-I вв. до н. э.), с ростом бюрократического аппарата управления, человек, обращаясь с письмом к официальному лицу, должен был указать не только свое имя, но и возраст, и даже особые приметы.

В деловой переписке этого периода можно встретить такие характеристики: «Сепфей, 30 лет, рубец на запястье левой руки»; «Аврелий, Пакис, в возрасте 50 лет, шрам на левом колене»; «Фесарион, 24 года, без особых примет» и т. п. (1, С. 184).

 

 

§ 4. Фамилия, имя и честь

В отличие от Греции, в Риме большое значение придавали «фамилиям» – родовым именам, переходящим от поколения к поколению. Личных имен у римлян было немного – десятка три-четыре, среди которых наиболее распространенные – Марк, Публий, Луций, Квинт, Гай, Гней, Тит; остальные встречаются реже. Есть случаи, когда некоторые имена образованы от числительных: Квинт (пятый), Секст (шестой), Децим (десятый) и т. д. Родовых имен было больше. Некоторые личные имена были исключительным достоянием определенных родов: например, имя Апий встречается только в роду Клавдиев. Если кто-либо запятнал свой род каким-нибудь постыдным деянием, то его имя в роду больше не употреблялось. Девочек у римлян называли родовым именем отца в женской форме, например, дочь Марка Тулия Цицерона (знаменитого ритора и оратора) звалась Тулия и т.п.

Когда в римской империи стало распространяться христианство, служители этой религии, стараясь оторваться от языческой традиции имен, решительно вводили в номенклатуру, то есть в роспись имен, необычные, искусственно созданные и подчас довольно причудливые конструкции, восходящие к христианским ритуальным формам, молитвам и т.д. Достаточно привести несколько примеров: Адеодата – «Богом данная», Деограциас – «благодарение Богу» и даже Кводвультдеус – «то, чего хочет Бог».

Завершим этот небольшой экскурс в римскую историю сообщением, что немало иностранцев стремились любой ценой выдать себя за римских граждан и, возможно, поэтому охотно принимали римские имена, особенно родовые. (1, С. 187-190). Не то же ли самое происходило и в вайнахской среде, когда чеченцы и ингуши столкнулись с арабами, распространителями новой монотеистической религии – ислам? Ведь бытует же среди некоторых вайнахов мнение, что они якобы потомки отдельных арабских родов скажем, курейшитов и др.

 

 

§ 5. Обычай наречения имени у вайнахов

Любой народ, независимо от численности людей, составляющих данный этнос, в той или иной форме сохраняет обычаи имянаречения. Этнограф З.И. Хасбулатова пишет, что важным моментом в послеродовой обрядности было наречение именем у чеченцев – «ц1е тиллар», которое сопровождалось пиршеством. С принятием ислама пиршество было заменено на «мовлад дешар». Бытовало мнение, что от выбора того или иного имени зависит многое в жизни ребенка, поскольку «власти имен» придавалось большое значение.

Право дать новорожденному имя имели родственники, соседи, односельчане. Почти никогда в прошлом ребенку не давали имя сами родители. В основном это было прерогативой особо уважаемых в общине людей. При наречении дающий то или иное имя аргументировал его, что широко практиковалось так же и у многих других народов, – замечает З. И. Хасбулатова со ссылкой на В.М. Жирмунского.

«У чеченцев и ингушей, – продолжает З. И. Хасбулатова, – не существовало какого-то обязательно установленного именослова. Наряду с широко распространенными именами (Ибрагим, Хасан, Хусейн, Саид и др.), сохранялись традиционные имена – Таус (павлин), Лечи (сокол), Борз (волк) и др. С целью обережения новорожденного давались имена Ваха (живи), Дукха-Ваха (долго живи), Висита (пусть остается) и др. В том случае, когда в семье рождалось много девочек, их называли Тоита (хватит), Сацита (прекрати) и даже Ялита (умри), что, впрочем, бывало крайне редко. Если же дочь была единственной среди нескольких мальчиков, ей давали имя Яха (живи), Яхийта (пусть живет), Дукха-Яха (долго живи) и т.п.».

Касаясь вопроса наречения имени у ингушей, З.И. Хасбулатов ссылается на известного русского исследователя горских народов Кавказа Н.Ф. Грабовского, писавшего, что у ингушей нет раз и навсегда установленных имен для наречения новорожденных. Чаще всего в этих случаях даются магометанские имена. Но иногда ингуш любит наречь своего ребенка названием какого-нибудь животного или предмета, например: Берц (волк), Алхазырь (птица), Ножчь (дуб), Топчи (пистолет) и т. д. Затем ингуши охотно дают имена в честь каких-нибудь уважаемых людей, не исключая русских. Кроме того, ингуши поступают и так: несколько молодых людей берут по бараньей лопатке и бросают их на землю, чья лопатка станет ребром, имя того и дается мальчику. Если имя выбирается для девочки, то лопатка бросается девочками/девушками.

Таким образом, – завершает свои рассуждения З.И. Хасбулатова, вайнахи, следуя народным поверьям, старались дать ребенку имя, чтобы отпугнуть «злых духов», но также и чтобы оно принесло счастье его обладателю. При этом, как и у других народов Кавказа, они полагались на «волю Бога, на волю судьбы» (13, С. 77–78; 14, С. 96; 15, С. 64).

 

 

§ 6. Индивидуальные и групповые имена

У вайнахов имена бывают индивидуальные (Дадаш, Мусост, Т1аус и т.д.) и групповые (Шелахой, Гермачигхой, Ширди, Ч1инахой, Варандой и т. д.). Они весьма разнообразны по своему звучанию, происхождению и употреблению, как это наблюдается и у многих других народов (русских, узбеков, алтайцев, хакасов и т. д.) – (12, С. 7).

 

 

§ 7. Время, события, имена

 

Но как бы то ни было, как отмечает Н.С. Бибулатов, вайнахи придавали именам огромное значение. У вайнахов есть поверье, будто бы имя имеет магическую силу. Перед ним открываются двери крепостей и башен. К именам относились бережно. Вайнахи говорят, что «имя – слава сильного, имя – это позор и несчастье слабого».

У вайнахов считается обязательным знание имени отца, деда, прадеда и т.д. – до седьмого колена. Правда, в наше время, с сожалением замечает Н.С. Бибулатов, среди вайнахов мало кто обладает такими знаниями, но все без исключения в разговоре, когда речь заходит о знании своих предков, утверждают, что знают своих предков до седьмого колена. (4, С. 13-14).

К сожалению, духовная деградация вайнахов за годы Советской власти отражается не только на всем этикете чеченцев и ингушей, но и оставляет пагубные следы в именном фонде, в результате чего забываются многие вайнахские имена, а с ними и история. К счастью, сделаны и делаются твердые шаги по спасению их. Таковыми являются научные исследования Н.Г. Ахриева (2), А.С. Куркиева (3), особенно ценна книга Н.С. Бибулатов «Чеченские имена» (4), в которой автор с большой тревогой за судьбу чеченских и ингушских имен пишет, что многие исконно и традиционно нахские имена незаслуженно забываются, уходят в прошлое. (4, С. 17)*. Но, как известно, свято место пусто не бывает – создающийся вакуум в именослове тут же заполняется иными именами. В истории вайнахов это случилось дважды и оба раза связано с активизацией контактов вайнахов с соседними цивилизациями.

Первый всплеск произошел с приходом на Северный Кавказ мощных волн кочевников, которые, сменяя друг друга, как бы накатывались на древних вайнахов и гасли в пучине их жизни, оставляя на поверхности свои имена, которые вольно или невольно подбирали нахи. Так пришли и частично ассимилировались в вайнахской среде киммерийцы, скифы, сарматы, гунны, хазары, аланы, арабы, монголы, татары, половцы и т.д. Это произошло в I тысячелетии до н. э. – II тысячелетии н. э., т. е. на протяжении более 2-х тысяч лет. За это время лексический состав чеченской антропонимики пополнился мощным пластом имен из ирано-тюркских и арабских языков.

Второй период – менее короткий. Его хронологические рамки можно определить следующими датами: XVI-XX века. Его я связываю с проблемой взаимного влияния культур России (а через нее и Европы) и Кавказа.

Эти контакты оставили заметный след в топонимии (географические названия) Чечни и Ингушетии (41) и ономастике. Поскольку в данной книге речь идет о собственных именах, то уместно отметить, что вайнахи заимствовали имена у всех народов, с кем им пришлось жить то ли вместе, то ли по соседству. Так, например, общие имена встречаются чаще всего у ингушей и осетин; у чеченцев-аккинцев и дагестанцев; у горцев Чечни и Грузии; у вайнахов, живущих на равнине и соседствующих с ними народов (особенно тюркоязычных). Последнее связано с тем, что равнинная зона Вайнахии служила местом наиболее оживленных связей с народами, ведшими кочевой и полукочевой образ жизни. Поскольку последними из таковых здесь были монголо-татары и черкесы (исключая арабов, о которых речь пойдет ниже особо), то больше сохранились их имена типа: Байбатыр, Ханггирей, Ахьмад-Паша, Бетир-Солта (Батыр-Солта), Хасанбек, Туг1ан, Эльмурза, Чингиз, Байбулат и др.

 

 

§ 8. Запад, Восток и буферный Кавказ

Трудно не согласиться с крупнейшим ученым нашего времени Ю.А. Ждановым, констатировавшим тот факт, что всемирная история долгие тысячелетия развивалась в условиях противостояния Запада и Востока, их цивилизаций и общественных устройств. Идеологи реакционного направления утверждали и повторяют, что преодоление этого раскола мировой цивилизации невозможно. Но передовые мыслители издавна не мирились с этим расколом: упорно искали пути его преодоления, стремились к синтезу, взаимному обогащению, проникновению, слиянию Востока и Запада. Авиценна и Руставели, Гердер и Гете, десятки других мыслителей-гуманистов искали пути синтеза опыта и идей, традиций и достижений Запада и Востока (16, С. 39-40).

В эти гигантские переплетения культур Запада и Востока был втянут и Кавказ со своими многочисленными народами, среди которых были и вайнахи. Следы взаимных культурных влияний прослеживаются по антропологическим (18), археологическим (19; 20; 22; 23; 24), этнографическим (25), историческим (26) и другим источникам. Хорошо этот процесс виден и при изучении иноязычной лексики в чеченском и ингушском языках (27; 28).

 

 

§ 9. Христианство и Ислам в судьбах людей

И как бы продолжая эту мысль Ю.А. Жданова, но уже на основе двух религий – христианства и ислама, английский исламовед У. Монтгомери Уотт пишет, что если внимательно рассмотреть различные стороны средневекового противопоставления христианства исламу, становится ясно, что влияние ислама на западное христианство было гораздо большим, чем это обычно представляют себе.

Ислам не просто поделился с Западной Европой многими достижениями своей материальной культуры и техническими открытиями, он не только стимулировал развитие науки и философии в Европе, он подвел Европу к созданию нового представления о самой себе. (17, С. 110).

Более того, примечательно, что У.М. Уотт в предисловии к русскому изданию пишет, что одно из основных положений этой книги исходит из того, что европейцы в целом не желали признавать зависимости своей культуры от арабов.

В период с 1100г. почти до1350г. европейцы в культурном и интеллектуальном отношении уступали арабам, но не переставали учиться у них, переводя арабские сочинения на латынь. Особенно примечательно влияние арабов в области философии и медицины, но весьма возможно, что и само европейское научное мировоззрение больше в долгу у арабов, чем мы предполагаем (17, С. 17).

 

 

§ 10. Вайнахские интернациональные имена

Особое место занимают собственные имена, заимствованные вайнахами у других народов. Например, хорошо известно, что чеченцы и ингуши активно участвовали, защищая интересы Российской империи, в XIX – начале XX вв. в русско-турецких, крымской, русско-японской и в первой мировой войнах. Факт своего участия в этих войнах вайнахи отразили в своей антропонимии в очень простой форме: общие названия народов, с которыми воевали их солдаты (турки, японцы, германцы), они превратили в имена собственные и нарекли ими своих детей, внуков. Так появились у чеченцев и ингушей личные имена Турко, Япон, Герман и др.

Другой пример этого же порядка. Вайнахи активно участвовали во всех русских революциях и последующих коммунистических преобразованиях в СССР, и как следствие этого решения – нахская ономастика зафиксировала такие личные имена как Октябрь, Январ, Райком, Обком, Партсъезд и др. Это вайнахи делали добровольно, но параллельно шел и другой процесс, в котором советская коммунистическая идеология свела почти на нет развитие традиционной духовной и материальной культуры чеченцев и ингушей.

Результаты этого коммунистического воспитания мы пожинаем и сегодня – в среде вайнахов встречаются наркоманы, алкоголики, по принципу геометрической прогрессии растут «деловые люди», которым нет никакого дела до национальной культуры. Они с каждым днем «модернизируют» ее в извращенной форме. Забываются традиционные свадебные обряды, обычаи, вечеринки. Их заменяют бешеные гонки свадебных эскортов, стрельбища из автоматов и пистолетов, застольные пьянки, которые часто заканчиваются драками.

Дети таких молодоженов, столь пышно отпраздновавших свое бракосочетание (раньше это называлось «комсомольская свадьба»), нарекаются далеко не исконно вайнахскими (они, видите ли, неблагозвучны!), а инородными, «модными» именами, как-то: Илона, Диана, Раиса, Лиза, Луиза, Руслан, Мурат, Олег и т.д. Я не противник заимствований, но я за разумные заимствования, без слепого следования моде.

Посмотрите на русских. В настоящее время 95% русских людей носят старые традиционные календарные русские имена (12, С. 9). Календарными они называются потому, что в прошлом их включали в календари, гражданские и церковные (12, С. 9).

 

 

§ 11. Имена животных, птиц, насекомых в вайнахском именослове

Надо полагать, в самых древних именах чеченцев и ингушей отразились религиозные представления и влияния различных культово-исторических факторов, особенно – связанных с определенными тотемами. Поэтому и не удивительно, что в основе многих личных имен чеченцев лежат названия животных, птиц, рыб и даже растений.

«Наличие имен, связанных с названиями животных, – пишет профессор И.Ю. Алироев, – объясняется, вероятно, тем, что в обществе, дающем эти имена, имеется особое представление о каждом из животных» (29, С. 309).

Так «борз» – «смелый, решительный». С волком связаны такие вайнахские антропонимы, как: «Борз», «Барзанакъа», «Барза», «Борзиг», «Берзан Чо» (Волчий волос), «Берзан К1еза» (Волчонок) (29, С. 311). В ингушском именослове удается восстановить имя «Пхьу» – кобель и т.д.

Мир животных отражен в антропонимах: «Лоьма» – лев; «Ц1оькъа» – барс; «Ширткъа» – ласка; «Цхьогал» – лиса; «Масар» – лань; «Пхьагал» – заяц; «Дахка» – мышь; «Чаборз» – медведь, волк; «Маймал» – обезьяна; «Суосакх» – козел-рогач (29, С. 312). Домашние животные представлены в именах: «Борш» – бычок; «Эса» – теленок; «Цициг» – кот; «Божаг1а» – козлище; «Боьхьиг» – козленок. (29, С. 312) В именослове вайнахов есть и такие имена как «Нала» – кабан; «Нальги» – от «Нал» – кабан, вепрь; «Хьакко» – от «Хьакха» – свинья; «Харси» – от «Херси» – поросенок. В селении Шикъарой, что в Чечне, была обнаружена надпись на фасадной части старинной жилой башни. Надпись, сделанная по-арабски, гласит: «Это работа Хьакха» (29, С. 312). Кроме того, при археологических раскопках на территории Чечни и Ингушетии найдено много фигурок кабанов, свиней, сделанных из бронзы и керамики, которые датируются II тысячелетием до н.э. – I тысячелетием н. э. (19-23; 30; 31). Лошадь представляют антропонимы «Говр», «Бекъа» – жеребец, жеребенок; «Порг1а» – иноходец; «1ансар» – кляча (29, С. 313). Название овцы и козы вошли в вайнахский антропонимикон именами: «Уьстаг1», «Газа», «Чуха» – ягненок до первой стрижки; «Ц1инто» – кочарь; «Буьхьиг» – козленок; «Бошто» – годовалый козленок; «Бажаг1а» – козлище (29, С. 314). Мир амфибий представлен именами «Пхьидиг» – лягушонок; именами ихтионимов: в бабцийском диалекте «Ирг1ай» (Ирг1а) – «Осетр», «Чабакх» – «лещ» в плоскостном чеченском диалекте (29, С. 314).

Определенный пласт вайнахских антропонимов представлен именами-инсектонимами: «Полла» – бабочка; «Сагал» – блоха; «З1уга» – оса; «Сеса» – головастик; «Зингат» – муравей; «Чхьаьвриг» – таракан; «Бумбари» – жук-летун; «Ц1аьпцалг» (цаьпцалг) – кузнечик; «Гоьжа» – кокон; «Чилла» – цикада; «Дедо» – божья коровка (20, С. 314).

«Особо следует сказать о птичьих именах, – говорит доктор филологических наук И.Ю. Алироев. С птицей у вайнахов связано много поверий. В народном фольклоре птица является воплощением чистоты и доброты. Не исключено, что у вайнахов птица была в древности самым почитаемым божеством и культом» (40, С. 84). Птичьи имена даются в семье, где дети умирают. Бытует поверье, что имя птицы оберегает ребенка от злого духа, от смерти. Наиболее часто встречаются такие имена как: «Ч1ег1ардиг» – ласточка; «Олхазар» – птица, «Куьйра» (Куьра) – ястреб; «Маккхал» – коршун; «Леча» – сокол; «Аьрзу» – орел; «Миг1а» – ястреб; «Борг1ул» – петух; «Г1еза» – гусь; «Таус» – павлин (м. им.); «Т1аус» – павлин (ж. им.), «Ч1иба» – позыв к индюку; «Хьоза» – воробей; «Кхокха» – голубь; «Меа» – курочка; «Моша» – куропатка; «Бух1а» – сова; «Къезг» – сорока и т. д. (29, С. 314-315).

Вывод чл.-кор. АН России И.Ю. Алироева о том, что птица, являясь древнейшим культом и тотемом человека, прочно вошла в именослов вайнахов, в котором хищники и самцы отражены мужскими именами, а самки и домашние птицы – женскими (29, С. 315), очень убедительно подтверждает факт нахождения при археологических раскопках изображений птиц, сделанных из бронзы, железа, серебра. Датируются эти находки с древнейших времен до настоящего времени (19–24; 31, 32).

 

 

РАЗДЕЛ II. ВАЙНАХИ, АРАБЫ И ИСЛАМ

 

 

§ 1. Арабский халифат, язычество, Кавказ и Вайнахия

Благодаря разветвленной торговле стран Древнего Востока с Юго-Восточной Европой, арабский мир хорошо знал Кавказ с глубокой древности. По территории Северо-Восточного Кавказа проходил путь, соединявший Восточную Европу со странами Передней и Средней Азии. Эти контакты расширились с VII века, когда возник арабский халифат. Ислам, зародившийся как национальная религия арабов, быстро начал превращаться в наднациональную, «мировую» религию.

Уже в VIII-IX вв. ислам сделался господствующей и почти единственной религией в странах халифата – от Испании до Средней Азии и границ Индии. В XI-XVIII вв. он широко распространился в Северной Индии. В Индонезии ислам получил распространение в XIV-XVI вв., главным образом через арабских и индийских купцов, и почти начисто вытеснил индуизм и буддизм (кроме острова Бали). В XIV в. ислам проник также к кыпчакам в Золотую Орду, к булгарам и народам Причерноморья (33, С. 528). С VII века халифат стремится закрепиться в прикаспийских просторах и на всем Кавказе, пытается овладеть торговым путем, проходившим вдоль западных берегов Каспийского моря (34, С. 81). Вследствие этих обстоятельств исламизации были подвергнуты в первую очередь Дагестан и Закавказье. Начиная с середины VII в., совершенно новая для Кавказского региона религия медленно, но основательно расширяла ареал своего влияния.

Дагестанский ученый А. Р. Шихсаидов отмечает, что процесс этот прошел два этапа. Первый этап – VIII в. – первая половина X в. Он связан в основном с арабскими завоевателями и с самими арабами, сыгравшими значительную роль в исламизации. Второй этап – вторая половина X-XV вв. Это время сравнительно быстрой исламизации районов Дагестана, когда ислам стал здесь официальной идеологией (34, С. 216-217). В эти хронологические рамки исламизации Дагестана, по данным некоторых ученых (35, С. 152-156), не вписываются Чечня и Ингушетия. Процесс исламизации этих уголков Кавказа, по словам М.Б. Мужухоева, падает на XVI-XIX вв. «В целом же, – констатирует ученый, – утверждение религии во многих горных районах следует датировать временем не ранее XIX в. (35, С. 184)

Думается, быть категоричным в исследовании этой сложнейшей проблемы нельзя, ибо любая новая религия, как запретная идеология, в то или иное общество проникает тайно, нелегально, в течение длительного времени, исчисляемого порой веками. (36-37). Протяженность этого так называемого переходного времени зависела от готовности общества к восприятию новой культуры, новой идеологии, новой религии, ибо любая цивилизация воспринимает элементы чужой культуры в том случае, если этих элементов ей недостает и если она готова к их восприятию (35, С. 16). М.Б. Мужухоев отмечает, что при выяснении экономической и социальной жизни горных обществ средневековья всегда следует тщательно изучить язычество, его состояние. Развитое язычество в условиях высокогорного Кавказа может соответствовать также достаточно развитым обществам. Более того, подобный характер древней религии, то есть язычества, предполагает сравнительно высокий уровень социально-экономической жизни населения гор, где в средневековье идет активный процесс классообразования» (35, С. 189).

Безусловно, в такой обстановке политеизм, т.е. язычество, оказался не в состоянии удовлетворить запросы общества, вступившего на путь государственных образований, где шел процесс единения многих родоплеменных групп, который был несовместим с так называемым племенным генотеизмом или этнотеизмом, когда каждое племя поклоняется своему определенному племенному божеству. Если, при такой же кризисной ситуации, на Аравийском полуострове ушло довольно много времени на «рождение новой религии» – ислама, то Кавказ, как и многие другие регионы, получил ислам в готовом виде, благодаря распространителю – арабскому халифату.

Известный арабский исламовед У.М. Уотт пишет: «В странах за пределами Аравии, куда арбы вторглись впервые, большинство населения принималось за монотеистов. Целью джихада. т.е. распространения ислама, в этом случае становилось не обращение жителей в ислам, а подчинение их мусульманским порядкам при статусе покровительствованных» (17, С. 25).

Но как бы то ни было, удовлетворяя запросы зарождающихся новых социальных слоев общества, ислам медленно, но твердо «завоевывал и покорил» вайнахов.

 

 

§ 2. Вайнахи и арабский язык

Приняв ислам, чеченцы и ингуши в то же время никогда не общались меж собой на арабском языке.

Проблема, а точнее факт проникновения арабского языка, арабской речи, арабских слов в вайнахский язык еще не разрешена, она ждет своего исследователя. Наши лингвисты полностью обошли арабские заимствования в вайнахском языке. На мой взгляд, этой проблеме следовало уделить пристальное внимание. В данной же работе автор затрагивает лишь имена, пришедшие в вайнахский лексикон из арабского мира через мировую религию ислам, возникшую на Аравийском полуострове в 622 году (8).

 

 

§ 3. Арабские имена, географические названия и некоторые понятия в вайнахском именослове

Все географические названия, различные понятия, а также личные имена арабского происхождения, о которых пойдет ниже речь, и комментарии к ним полностью взяты из книги: Ислам. Энциклопедический словарь (7).

Без статей, опубликованных в этой книге и написанных такими известными учеными как: О.Ф. Акимушкин, А.С. Боголюбов, К.А. Бойко, О.Г. Большаков, Д.В. Ермаков, Тауфик Камель Ибрагим, А.И. Колесников, В.В. Кушев, А.Д. Кныш, Г.В. Милославский, М.Б. Пиотровский, С.М. Прозоров, Е.А. Резван, А.В. Сагадеев и др., эта брошюра не была бы написана.

В отдельных случаях статьи сокращены в силу задач, стоящих перед автором. Тем не менее, в используемых статьях сохранен тот объем информации, из которого читатель узнает, что вайнахи из арабского языка одновременно с конкретными собственными именами заимствовали географические названия, различные понятия, которыми, как именами собственными, нарекали новорожденных, тем самым, по-своему, приобщая своих детей-наследников к арабам, арабскому языку, к истинному исламу, ибо не сомневались и не сомневаются по сей день в том, что Коран – речь самого Бога Аллаха, с которой Он обратился к Мухаммаду (САС) на чистейшем арабском языке. Мухаммад (САС) лишь повторил эту речь в своих проповедях (8, С. 31; 9, С. 7-85).

Поэтому для вайнахов, наравне с самим исламом, очень важным фактором был и арабский язык, т.е. он был синонимом непосредственно ислама.

Вследствие такого обстоятельства вайнахи так трепетно и ревниво относились и относятся к арабскому языку – языку Корана, следовательно, к языку Аллаха.

К счастью, рухнула советская власть, а с ней и коммунистические ограничения. Вайнахи, как и все народы, составляющие общую цепь «советский народ», стали восстанавливать свои духовные богатства, которые в дальнейшем будут пополняться тем больше, чем больше мы будем черпать из них.

 

 

§ 4. Чеченские и ингушские имена арабского происхождения

 

Абди (абди), Абдулла (абдулла) – от арабского абд (м. ч. ибад) – общее понятие «раб». Аллах заботится о людях, а последние должны заботиться о своих рабах. В переносном значении эти имена означают «раб Аллаха» (раб Божий) – (Большаков О.Г. 7, С. 6–7).

Аббас (аббас) – от араб. Абдаллах б. Аббас (или ал Аббас) Абу-л-Аббас (619-686 гг.) – двоюродный брат основателя ислама Муххамада (САС) (Бойко К. А. 7, С. 7-8).

Абу-Бакар – от араб. Абу Бакр ас-Сиддик – первый из четырех праведных халифов. Богатый мекканский купец, якобы первым из мужчин принявший ислам, друг Мухаммада (САС), оказывавший постоянную финансовую поддержку мусульманской общине до переселения в Медину.

В Медине Абу-Бакр еще больше сблизился с Мухаммадом (САС), выдав за него свою дочь Аишу (Айшат) – (Большаков О.Г. 7, С. 8–9).

Абу-Муслим – от араб. Абу Муслим – глава абасидского движения в Харасане (8в. н.э.) – (Большаков О.Г. 7, С. 10).

Ада – от араб. Ада (адат) – обычай, пережиточные нормы доисламских правовых комплексов, а также реалии правовой жизни, не отраженные шариатом (Боголюбов А.С. 7, С. 13).

Адам – от библейского Адам – имя первого человека, сотворенного Аллахом, согласно Корану, из праха и «звучащей глины» в качестве своего «заместителя» (Халифа) на земле. Адама называют также Абу-л-бошар («отец человечества») – (Пиотровский М.Б. 7, С. 13).

Аюб – от араб. Аййуб – коранический персонаж, один из праведных «слуг Аллаха», пророк, соответствующий библейскому Иову, чью историю Коран упоминает в назидание неверующим среди примеров того, что Аллах в конце концов помогает тем, кто на Него полагается и предан Ему.

Аййуб в беде, насланной на него шайтаном, воззвал к Аллаху, и Тот возвратил ему потерянную семью и даровал источник (омыть раны). Коран особо подчеркивает терпеливость Аййуба. (Пиотровский М.Б. 7, С. 16)

Алви (аьлви) от араб. ал-Алавийла (или ал-Алавийун) – Алиды, потомки Али б. Аби Талиба, Али б. Аби Талиб, Аду-л-Хасан-ал-Муртада (умер. 21 января 661 г.) – четвертый «праведный» халиф, двоюродный брат и зять Пророка Мухаммада (САС).

С именем Али бану Аби Талиба связано зарождение в исламе шиитского движения (Прозоров С.М. 7, С. 18).

Ансар – от араб. ал. Ансар. Ансары – жители Йасриба (Медина) из племен аус и хизрадж, которые в 622 г. заключили договор с Мухаммадом (САС), признав его своим верховным вождем и вероучителем, предоставив ему и мухаджирам право поселиться в городе и оказав материальную поддержку. (Большаков О.Г. Т., С. 21).

Асхьаб (Асхаб) – от араб. ал-Асхаб – «сторонник». Асхабы – сподвижники Мухаммада (САС), люди, тесно общавшиеся с ним или принимавшие участие в его походах; позже так стали называть всех, кто видел Мухаммада (САС) хоть раз, даже будучи ребенком.

Особое значение ал-Асхабов в истории ислама определялось тем, что после смерти Мухаммада (САС) они оказались коллективными хранителями его учения, их рассказы о его словах и делах (хадисы) вместе с их личным примером и мнением составили сунну – важнейшую составную часть этикоправного учения ислама (Большаков О.Г. 7, С. 23-24).

Али (али) – от араб. Али б. Аби Талиб – четвертый «праведный» халиф. В историю ислама Али вошел как человек, преданный делу ислама, чрезвычайно набожный и честный. Мусульмане-сунниты почитали и почитают его как образец набожности и благородства (Прозоров С.М. 7, С. 18).

Ахьмад (Ахмад) – от араб. Ахмад б. Ханбал, Абу Абдаллах (780–855) – основатель религиозно-политического движения и догматико-правовой школы (мазхаб).

К настоящему времени общепризнанными являются четыре мазхаба: ханифитский, маликитский, шафинитский и ханбалитский. Названия свои они получили по именам своих создателей (39, С. 249).

В частности, ханбалитское движение получило свое название от Ахмада б. Ханбала, который признан в мусульманском мире одним из главных систематизаторов традиционалистского вероучения (Ермаков Д. В. 7, С. 30-31).

 

 

*В 2004-2005гг. журнал «Нана» публиковал книгу Н.С. Бибулатова «Чеченские имена». – Ред.

 

/Продолжение следует/

 

 

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.