http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


На грани своего предела Печать Email

Зинаида Чумакова

 

* * *

На грани своего предела

Давно я писем не пишу,

смеяться звонко не умею

и против совести грешу,

а против разума не смею.

И в откровеньях до утра

с любимым ночь не коротаю.

Да, эта истина стара:

кого люблю, того терзаю.

Цветные сны не снятся мне –

дурные мучают виденья…

Сама с собой наедине

свой отмечаю день рожденья.

Друзьям открыться не спешу:

пустое дело – разговоры.

Что думаю, в себе ношу –

подальше от ненужной ссоры.

Терпимей становлюсь, мудрей,

мне до других все меньше дела.

Живу в плену своих идей,

на грани своего предела.

 

 

* * *

Весна дорогу уступает лету,

Уходит тихо по тропинке вдаль.

Я узнаю знакомые приметы,

И мне опять чего-то в жизни жаль.

Как будто с ней и я спешу куда-то,

Оставив в прошлом милые мечты.

И смотрят вслед мне годы виновато

С неведомой какой-то высоты.

В который раз улыбкой

грусть развею,

Встряхнусь и лихо поведу плечом.

А может, это просто я мудрею,

А летний вечер вовсе не при чем.

 

 

 

СМЯТЕНИЕ СЕРДЦА

 

триптих

 

1

Разум лжет, глаза и губы тоже.

Но сердце есть,

и лгать оно не может.

Друг солжет, а сердце не обманет,

Доброе – оно жестоким станет.

Щедрое – в скупое превратится,

Слабое – сумеет защититься,

Пожалеет и в беде поможет.

Слава Богу, сердце лгать не может.

 

 

2

Что происходит, я не понимаю.

Снег хлопьями летит на землю в мае…

А в феврале был дождь совсем нежданным…

Отвергнутый становится желанным.

Друг предает, а недруг помогает.

Любовь мосты отчаянно сжигает.

Родителям дают уроки дети

О том, как нужно нынче жить на свете.

Ум прячут, а невежеством кичатся.

Невысказанной нежности стыдятся

И презирают жалость и терпенье,

Зато к богатству проявляют рвенье.

Что происходит, я не понимаю.

Весь мир я по-иному принимаю…

Но врач сказал: все это не смертельно,

Поберегите сердце от смятенья.

 

 

3

От слов врача не деться никуда.

Он говорит, что с сердцем у меня беда,

Что к жизни слаб его иммунитет,

Защитных функций, мол, у сердца нет.

И что тут скажешь доктору в ответ?

Я знаю свое сердце много лет.

Оно всегда страдало оттого,

Что боль людская мучила его,

Что безучастным к горю быть не смело,

Честь друга защищало, как умело,

Всем сострадало и всему дивилось,

Да, видно, все ж однажды износилось.

Такая вот с ним вышла незадача.

Мне б как-нибудь его переиначить,

Быть может, равнодушью обучить,

Но сердце растревоженно стучит,

Ему другим не стать уж никогда.

И в самом деле – с ним одна беда.

 

 

МЕЛАНХОЛИЯ

 

Заварю себе чай густо.

За окном шелестит осень.

На душе у меня пусто.

В волосах у меня проседь.

Разложу, как пасьянс, годы.

Проживу их опять разом.

Потемнели небес своды.

Помутился совсем разум.

Разревусь над своей долей.

По щекам потекут слезы.

Загремят от моей боли

над моей головой грозы.

А потом замолчу напрочь.

Никому не скажу слова.

И окно затворю на ночь…

Завтра жизнь я начну снова.

 

 

ЗЛЫЕ ЯЗЫКИ

 

Ах, злые языки –

Орудие навета!

Вам колкости с руки,

Вы – дуло пистолета.

 

В метанье дерзких фраз –

Вы – острие кинжала.

К тому же про запас

У вас двойное жало.

 

Вы преуспели плесть

Интриги, словно сети.

У вас в ходу и лесть,

И перетолки-плети.

 

И не себе в кураж,

И не другим для веры,

Войдя в азартный раж

Клеймите всех без меры.

 

Давно пора усвоить:

Коль некому вас слушать,

Не стоит и злословить –

Так что прикроем уши.

 

 

ВОЗРАСТ ЖЕНЩИН

 

Возраст женщин выдают глаза,

Если в них померкла бирюза.

Руки в тонкой росписи морщин,

Тайные наперсницы мужчин.

 

И не годы старят их беспечно,

Это просто время быстротечно

В круговерти обнажает даль.

Старит женщину печаль.

 

Ночи, проведенные без сна,

Сердце, что покинула весна.

Позднее раскаянье детей,

Подлое предательство друзей…

 

Возраст женщин – это не беда.

Годы ведь не в поле лебеда.

У любви извечной нет границы,

У счастливых женщин – молодые лица.

 

 

ПРАВО НА ПОСЛЕДНЕЕ ПРОСТИ

 

Да простятся людям гнев и глупость.

Все мы не безгрешны, господа.

Не велик порок и чья-то скупость,

Может, это бедности беда.

 

Леность – просто праздная натура.

Ложью тешит выдумщик себя.

Ревность – на любовь карикатура,

Страсти необузданной дитя.

 

Но спаси, Всевышний, от порока –

До предательства хоть раз дойти.

Чтоб расчетливо иль ненароком

Рану в спину другу нанести.

 

Разувериться боюсь, сломиться,

Растерять доверие друзей.

Каждый волен в жизни оступиться,

Только этот грех всего страшней.

 

Все простится людям в назиданье.

Покаяние у нас всегда в чести.

Но предательству нет оправданья,

Права на последнее «прости!».

 

 

* * *

Напиши мне письмо о любви,

Растревожь мое сердце обманом.

Так надрывно поют соловьи

В этом мире, случайном и странном.

 

Не печалься о том, что прошло.

Все что наше – останется с нами.

Алым заревом солнце взошло,

Мы прошли сквозь огонь и цунами.

 

Ну и что ж, что легла седина

Серебристыми прядями в локон.

Так же яростно кружит весна

Возле наших зашторенных окон.

 

Напиши мне письмо в добрый час.

Я прочту его в тайном смятенье.

В темном небе явился Пегас,

И нисходит ко мне откровенье.

 

 

* * *

Не спрашивай меня, зачем

В твои глаза смотрю доверчиво.

Мир словно соткан из проблем,

А я любуюсь тихим вечером,

 

Твоей улыбкой на устах,

Глазами бархатными, томными,

И лунный отблеск на кустах

Играет жемчугами темными.

 

Какая власть словам дана!

Будь искренним со мной, пожалуйста.

Коль сердцу исповедь нужна,

Ты мне на жизнь свою пожалуйся.

 

Наш разговор вне всяких тем

Окутан сладкой дремой вечера.

Не спрашивай меня, зачем

В твои глаза смотрю доверчиво.

 

 

СВЕТ РЕГУЛА

 

Этот вечер создан для любви,

Он пропитан запахом жасмина.

Ты меня, как прежде, позови

В розовую райскую долину.

Говори, что хочешь, невпопад.

Я всему поверю безоглядно.

Слов твоих стремительный каскад

Зажигал всегда меня изрядно.

 

И хоть я постигла жизнь сполна,

Многое за эти годы сталось.

Сердце, словно чуткая струна,

Музыкой мгновенной отозвалось.

 

Чувствам стало тесно и светло.

Память вдруг откликнулась, как эхо,

Будто птица, распрямив крыло,

Оживала водопадом смеха.

 

И опять струится лунный свет…

Небо черным бархатом искрится.

Предо мною звездный силуэт:

Свет Регула, что в созвездье Львицы.

 

 

РЕНЕССАНС МОЕЙ ДУШИ

 

Я слушаю грустный романс

о нашей любви безвенчальной,

и каждый пленительный час

в душе оживает печальной.

 

Невольно нахлынули враз

от сердца звучавшие речи,

и свет изумительных глаз,

и милые краткие встречи.

 

Я исповедь сердца твою

ни словом теперь не нарушу,

и заново вдруг узнаю

красивую, светлую душу.

 

Меж звезд затерялся твой след,

уплыл в неоглядные дали.

Все тленно, тебя больше нет,

осталась лишь песня печали.

 

А я все грущу и грущу,

плененная старым романсом,

и прошлое счастье ищу,

слагая сонеты и стансы.

 

 

* * *

Ты изменяешь мне с другой

И глаз не прячешь.

Себе лукавишь, милый мой.

Меня дурачишь.

 

Мне б разорвать порочный круг,

Чтоб ложь не длилась.

Судачат все о нас вокруг,

А я смирилась.

 

Ты изменяешь мне с другой,

Живя фривольно.

Повисла радуга дугой,

А сердцу больно.

 

Вот косы рыжие в пруду

Полощет осень.

А та, другая, на беду

Красива очень.

 

Ты изменяешь сам себе.

Ты изменяешь ей и мне.

А сердце мечется в огне,

И меркнет свет в моем окне.

 

Ты изменяешь ей и мне.

 

 

НЕ ГУБИ СЕБЯ

 

Не суди меня, не суди.

Мне уже не гореть ответно.

Уходи, прошу, уходи!

Ветки гулко гнутся от ветра.

 

Не люби меня, не люби.

Ничего в душе не осталось.

Не губи себя, не губи.

Знай, что все тебе показалось.

 

Просто сыпал дождь

Серебром с небес.

И плыла луна нарастая.

Просто нас с тобой

 

Одурманил лес

И поверить в чудо заставил.

Не губи себя.

Не люби меня.

 

Оседлай коня

И скачи три дня.

Лучше ноги в кровь,

Чем моя любовь.

 

 

***

Не говори мне о любви.

Я ни во что уже не верю.

Не заклинай и не моли,

Отчаянно не хлопай дверью.

 

Не растопить в душе прохлады,

Как ни старайся, все равно.

И сладкозвучные рулады

Меня не трогают давно.

 

В другую сторону свой взгляд

Направь навстречу новой дали.

Поверь, никто не виноват,

Что чувства прежние увяли.

 

Все это прожито давно.

Из сердца изгнано, истлело

И, точно терпкое вино,

Перебродило, отболело.

 

 

ПРОХОДИТ ВСЕ

 

Я боль свою превозмогу.

И не такое в жизни было.

Сказала ведь: я все смогу.

И словно узел разрубила.

 

Не обольщайся! Клином свет

Так на тебе и не сошелся.

И в сердце не остался след,

Лишь путь по жизни разошелся.

 

За все приходится платить.

Жизнь предъявляет счет сурово.

Ну, значит, так тому и быть –

Ты за собой оставил слово.

 

Я не жалею ни о чем.

Весну всегда сменяет лето.

«Просел фундамент, рухнул дом…»

Проходит все. Пройдет и это.

 

 

ОДИНОЧЕСТВО

 

Ты постучал от одиночества,

и я тебе открыла дверь.

Здесь твой причал, и мне не хочется

о большем размышлять теперь.

 

Что за мораль – какие малости!

Ты одинок в своем пути.

Ни дома, ни семьи, ни жалости.

Фортуна, все ему прости!..

 

А что ты жил с безмолвной нежностью,

свою не усмиряя плоть,

что распылял себя с небрежностью,

тебя помилует Господь.

 

 

ОКРЫЛЕННАЯ ЖЕНЩИНА

 

А я однажды все смогу,

Всю жизнь свою переиначу

И неприятности в дугу

Согну – и даже не заплачу.

 

Расправлю крылья и взлечу,

Свободная в своем полете.

Любое дело по плечу

Душе, которая на взлете.

 

Фортуна улыбнется мне,

Дивясь отрадной перемене.

Гори, все прошлое, в огне

И не кори меня в измене.

 

А я однажды напрягусь,

Себя и время одолею,

Такое выкинуть решусь

И ни о чем не пожалею!

 

 

СЛУЧАЙНОЕ СЧАСТЬЕ

 

Свернуло счастье в дом ко мне,

Крылом задело.

Свернуло радугой в окне –

Душа запела.

В каминном зареве огня

Сгорали прутья.

Настигло счастье вдруг меня

На перепутье.

Я понимаю: невпопад

Такая милость.

Спешило, видно, наугад,

Да заблудилось.

Я над собой теряю власть

И мудрость слова.

Учила жизнь меня не красть,

Не брать чужого.

Но как прекрасна пелена

Такого плена.

Купаюсь в счастье, как волна

В пучине пенной.

 

 

ТЫ – КАК УТРЕННЕЙ ЗАРИ СВЕЖЕСТЬ

 

Здравствуй, поздняя любовь,

здравствуй.

Ты ко мне вернулась вновь, властвуй.

Я тебя всегда ждала, право.

Вновь звонят колокола, браво!

 

Все безумства повторю снова,

Каждый жест боготворю, слово.

Не суди меня, прости, разум.

В омут сердца опусти разом.

 

Ты – как утренней зари свежесть,

Снова счастье подари, нежность.

Торжествуй моя любовь, властвуй.

Ты ко мне вернулась вновь,

здравствуй!

 

НЕВЕДОМАЯ НОВЬ

 

Пришла к поэту поздняя любовь,

безбрежная, безгрешная любовь,

буранный возраст обращая в лето.

Пришла так поздно вечная любовь,

вся в снах и в звездах млечная любовь,

последняя любовь поэта.

 

Она ему – неведомая новь.

Она ему, седому, греет кровь.

И я сама твержу, как заклинанье:

«Продли ему, продли очарованье,

Моя ответная любовь!»

 

 

ГРАНАТОВЫЙ БРАСЛЕТ

 

Нас свел гранатовый браслет.

Был зимний вечер, лунный свет,

и Блок незримый за столом

взирал на даму в голубом.

 

Свеча горела еле-еле,

и в тусклом мареве огня

с каким-то таинством глядели

Вы неотрывно на меня.

 

Ни одного за вечер слова –

и только музыка сердец,

что из тумана голубого

сплетала нам любви венец.

 

Рукой своей мне руку грея,

губами прикасаясь к ней,

Вы под созвездьем Водолея

судьбу свою сплели с моей.

 

Что это – рок или случайность?

А может быть, Венеры знак,

Или другая жизни крайность,

Сей тайный знак постичь мне как?

 

Но всякий раз при лунном свете,

иль нежном взгляде чьих-то глаз

вдруг предстают мгновенья эти

напоминанием о Вас.

 

Вы мой гранатовый браслет,

мой незабытый лунный свет,

И сердца грусть, и красота –

Моя манящая мечта.

 

 

МОИ ПРИОРИТЕТЫ

 

По натуре совсем не завистлива,

Восхищаюсь успехам других.

От высоких чинов не зависима

И от чьих-то карманов тугих.

 

Ни богатство меня не прельщает,

Не тревожит людская молва.

И обидчиков сердце прощает:

Меньше злости – светлей голова.

 

Но каким-то чутьем обостренным,

Не в укор отлюбившим, седым,

Я завидую в жизни влюбленным,

И всем сердцем тянусь к молодым.

 

 

ПРИТЯЖЕНЬЕ СЕРДЕЦ

 

У всех прохожих на виду,

К себе взывая восхищенье,

Счастливой парою бредут

Влюбленные, тая смущенье.

 

В их притяжении сердец

Такая чистота искрится,

Что, растревоженный вконец,

Седой старик готов влюбиться.

 

Старушка смотрит им вослед,

В морщинах спряталась улыбка.

Ей тоже было двадцать лет.

Как все на этом свете зыбко!

 

Мы чувства хрупкие свои

Нелепым пыткам подвергаем.

Все ищем формулу любви,

А жизнь короткая такая.

 

И все когда-нибудь пройдет,

Едва успевши зародиться.

Уж годы курсом на излет,

Еще виток, еще страница.

 

Остановись, прекрасный миг,

В своем безудержном стремленье.

К девчонке юноша приник,

И все застыли в изумленье!

 

 

СВЕТ ЛЮБВИ

 

Храни, как юность, первую любовь,

Звездой желанной в жизни почитая.

Она была, как сказочная новь,

как нежность неподкупная, святая.

 

Случайно повстречавшись с ней в пути,

не отвергай ее холодным взглядом.

Сумей, не расплескавши, пронести

в себе, что было в сердце

вешним садом.

 

Ты помни, помни каждый дивный миг,

когда душа парила, осиянна,

любви неиссякаемый родник

Тебя поил блаженством первозданно.

 

С невинностью сливалась чистота,

окутывала ласкою венчальной.

Любви неистребимая мечта

была твоею сутью изначальной.

 

Пусть повторится розовый закат

дурманностью сиреневого утра,

и сердце, словно много лет назад,

проснется в переливах перламутра!

 

Боготвори ту первую любовь,

утраченную в жизни быстротечной.

Она в тебе, как юной неги ночь,

несбыточной мечтой мерцает вечной…

 

 

НЕ СМЕЙ ТРЕВОЖИТЬ МОЮ ДУШУ

 

Ты поздним появлением своим

Покой души моей тревожишь.

Нежданной нежностью томим,

Что в сердце разбудить ты можешь?

 

Ни пылкий ум, ни ясный взгляд,

Ни сердца юного смятенье

Высоких чувств не возродят.

Все стало тенью предосенней.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.