http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


Жизнь, достойная большого романа... Печать Email

Александр Пряжников

Чтобы одаренный Всевышним писатель стал душою своей нации, должно случиться редчайшее сочетание небесных светил. Такому человеку необходимо обрести международную известность, прожить долгую жизнь и на всем ее протяжении, и в горе, и в радости – и даже в изгнании – оставаться со своим народом. Подобных писателей свет видел не много, но их имена навечно вписаны в историю мировой культуры. У ирландцев был Джонатан Свифт, у французов – Вольтер, у русских – Лев Толстой, у индусов – Рабиндранат Тагор, у чилийцев – Пабло Неруда. Не каждой нации повезло, а потому великие многомиллионные народы из поколения в поколение благодарят судьбу, пославшую им единственную и неповторимую личность. Как же тогда должны себя чувствовать в таком случае народы малочисленные, исторически и географически оторванные от общемирового культурного процесса…

Сейчас трудно сказать наверняка, какие именно звезды стояли в небе над сияющей двуглавой вершиной Казбека ровно сто лет назад, когда, согласно официальной биографии, в своем родовом селе 15 июня 1910 года родился Идрис Базоркин. Гордость и слава галгаев, которых, с легкой руки линейных казаков, в России и во всем мире называют ингушами.

Началась жизнь, достойная большого, и невероятно увлекательного, романа. Его самая первая интрига состояла в том, что на самом деле будущий великий писатель родился вовсе не в предгорьях Кавказа, а в Варшаве, и звали его Лютфием. Несколько  позже, в школе-медресе, мулле не понравилось непривычное имя смышленого мальчика и он заменил его на арабское «Идрис», что в переводе означает «обучающийся». Это сыграло роль некоего предопределения. Все последующие годы, вплоть до смерти 31 мая 1993 года, писатель вместе со своим  народом постигал тяжелую (тяжкую?) премудрость выживания в кровавом и смутном двадцатом столетии.

У него были удивительные предки. Его деды по отцу – Мочко и Бонухо Базоркины – первые из ингушей, кому высочайшей милостью пожаловали дворянское звание. Отец, Муртуз, дослужился в царской армии до полковничьего чина.

По материнской линии дело обстояло еще занятнее. Дед – Луи де’Ратце, инженер, потомок древнего патрицианского рода, женился на Катерине Бетихер и, рассорившись со своими родственниками, уехал на Кавказ, где строил электростанцию, стекольный завод, делал работы по изысканию полезных ископаемых. Дочь Грета вышла замуж за Муртуза Базоркина, и кровь четырех европейских народов навсегда соединилась с кровью горцев. Разумеется, это не могло не наложить своего отпечатка на жизненный и творческий путь их сына. Подобная судьба удалась далеко не всем литераторам Российской империи и Советского Союза, поскольку Идрис Базоркин вобрал лучшее из того, что породила европейская цивилизация, сохранив национальное самосознание.

Октябрьская Революция, как бы ее последствия ни критиковали позднейшие исследователи, дала «российским окраинам» шанс на нормальную жизнь. Народы, чьих представителей считали людьми третьего сорта во времена монархии, получили право участвовать в жизни страны, право на собственную науку, культуру, искусство.

Особое воодушевление охватило талантливую и энергичную горскую молодежь, к числу которой принадлежал Идрис Базоркин.

В те годы, казалось, ему благоволит сама судьба. Рано проявившиеся недюжинные литературные способности оказались востребованными: он пишет и публикует статьи, стихи, рассказы, пьесы. К двадцати четырем годам в ингушском национальном издательстве «Сердало» («Свет») выходит его первый сборник стихов и рассказов «Назманч» («Певец»). Перед ним открываются головокружительные перспективы, он счастлив, он ждет от жизни только хорошего, и его ожидания сбываются. В том, благодатном, тридцать четвертом году по инициативе Максима Горького учреждается Союз Советских писателей. Молодого ингушского литератора сразу же принимают в Союз, но этого мало – он становится делегатом памятного I съезда. Попадает в Москву, участвует в заседаниях, а на одном из банкетов преподносит Горькому бокал вина от имени Чечено-Ингушской делегации и, конечно же, приглашает живого классика посетить Кавказ.

Минувшее не терпит сослагательного наклонения, но как знать, кем был бы для нас сегодня Идрис Базоркин, если бы жизнь продолжала баловать его. Счастье и благополучие не умаляют таланта, однако, беды и лишения, подчас, возносят его на невероятную высоту. Чтобы стать душою нации, нужно бороться и страдать, с честью выдерживая тяжелые испытания.

Тяжелые испытания пришли на Кавказ с той стороны, откуда их всего меньше ожидали. С трудом отбившись от солдат Вермахта в сорок втором году, не подпустив гитлеровцев к заветным нефтепромыслам, горцы молили Всевышнего об окончании войны и ожидали домой своих близких, служивших в Красной Армии. Но 23 февраля 1944 года началась печально знаменитая операция «Чечевица», в ходе которой чеченцы и ингуши были объявлены «пособниками фашистских оккупантов» и депортированы в Северный Казахстан и Среднюю Азию. Вместе со всеми в изгнание отправился Идрис Базоркин. Интересно, что он испытывал, когда в числе других шельмовали его – человека, заочно приговоренного гитлеровцами к самой страшной казни для мусульманина – к повешению.

Теперь уже удавка советского образца туго затянулась на шее целого народа. Впереди были двенадцать лет голода, унижения, бесправия и постоянной борьбы за жизнь. Душою этой борьбы стала ингушская интеллигенция и ее неформальный лидер – Идрис Базоркин. За двенадцать лет он ни разу не пошел против своей совести, не польстился на подкупы, не испугался угроз. Соплеменники хорошо знали об этом, и с каждым годом его слово обретало все больший вес, пока, наконец, не сыграло свою роль в истории.

Сейчас мало кто знает и помнит, что в 1956 году всерьез обсуждался вопрос о создании ингушской автономии в Киргизии, либо в Северном Казахстане. Для тех, кто двенадцать лет думал лишь о том, как вернуться домой, такая затея была пострашнее сталинских указов. К счастью, в то время Идрису Базоркину удалось сплотить инициативную группу единомышленников, и все вместе, апеллируя к воле народа, они сорвали этот план – и десятки тысяч людей смогли вернуться на Кавказ. Всего этого хватило бы на несколько достойных жизней, но Идрис уверенно шагал в бессмертие. Ему оставалось сделать один-единственный шаг – написать главную книгу своей жизни. И здесь снова сама судьба закручивает невероятную интригу. Роман «Из тьмы веков» – один из лучших реалистических романов XX  века на русском языке – был написан Идрисом Базоркиным на даче в Джейрахском ущелье за 152 дня!

Книга принесла ему заслуженную славу, и уже в статусе писателя с мировым именем он продолжил борьбу за честь и достоинство своего народа, за его будущее. Публицистические произведения семидесятых-восьмидесятых годов, многочисленные письма читаются с не меньшим интересом, чем проза и драматургия, ибо дают понять, как много может сделать Личность, вступившая в единоборство с безликой и антигуманной системой.

 

Я думаю, он мог сделать еще немало, ибо в последние годы своей жизни обладал непререкаемым авторитетом. Но его, физически сильного человека, пережившего войну и депортацию, гонения и несколько покушений, свели в могилу события осени 1992 года – кровавая увертюра к большой гражданской войне на Кавказе.

 

Идрис Базоркин похоронен высоко в горах, в живописнейшем месте Эгикал. На его могиле нет новомодного роскошного памятника – лишь большой камень, с его именем и древним символом галгаев, для которых он стал душой. А душа, как известно, – бессмертна.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.