http://www.nana-journal.ru

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН

Пресс-эстафета "ЧР - ДОМ ДРУЖБЫ"


Гимны Жизни Печать Email

Эльмира АШУРБЕКОВА

 

Я родилась в селении Заан Ярак Хивского района республики Дагестан. Окончила факультет дагестанской филологии Даггосуниверситета, аспирантуру. Кандидат филологических наук. Живу в самом южном городе России – Дербенте. Работаю преподавателем. Член Союза писателей России. Я представляю одну из малых народностей Дагестана – табасаранов. Табасаранский язык занесён в Книгу рекордов Гиннесса как один из самых сложных языков мира. Отчасти, наверное, из-за сложности языка, отчасти из-за моего невнимания к этой стороне дела, мои произведения начали переводить относительно недавно. Благодарна сайту www.stihi.ru, давшему мне возможность быть прочитанной русскоязычными читателями, среди которых оказалось немало талантливых переводчиков, по зову души решивших переводить мои произведения (по подстрочникам) на русский. На упомянутом сайте публикуюсь под именем Эль-Мира.

 

СЛАБОСТЬ ИЛИ СИЛА?

 

Как же вдохновенно птица песнь выводит

На зелёном древе, восславляя жизнь,

Даже если знает – каждый день приходит

В хищный лес охотник – только и держись!

 

Он под пышной кроной машет тесаками –

Освежует туши, “бравых” дел трофей.

И к стволу приникнув, ружья дул зрачками

Жадно ищет в чаще новую мишень.

 

Но, не понаслышке об охоте зная,

Птица не устанет гимны жизни петь.

Это птицы жалкой слабость роковая?

Или сила редкостная в малой птахе есть?..

 

(Перевод Евы АХТАЕВОЙ)

 

 

ДЕРБЕНТСКАЯ КРЕПОСТЬ

 

Есть множество преданий вековых:

Здесь, в крепости Дербентской, под стеной

Погибло встарь немало часовых,

Заснув – и рухнув с башни крепостной...

Пусть чувства наши прочны, как гранит,

Всё чаще я смотрю на башню ту:

Не крепость ли – любовь, что нас хранит?

Не я ли там, на башне – на посту?

 

(Перевод Валентины ВАРНАВСКОЙ)

 

 

СОВРЕМЕННАЯ КОЛЫБЕЛЬНАЯ

 

Спи, не бойся, мой сынок,

В наши дни не страшен волк.

Потому, что бедный зверь

Сам спасается теперь.

 

Баю-баю, смотрим сны.

Нам драконы не страшны.

Может, где они и есть,

Но давно не бродят здесь.

 

Баю-баюшки… В наш век

Страшен только человек!

Встанет алчный на пути –

И кому тебя спасти?

(Перевод Евгения ЧЕКАНОВА)

 

 

В БРАТСКОЙ МОГИЛЕ

(Рассказ покойного солдата)

 

Война превращает в диких зверей людей,

рожденных, чтобы жить братьями.

Вольтер

 

Над полем брани кровавое марево плыло,

Камни с землёю, тела с обожжённой травой –

Всё вперемешку. И выжившим некогда было

В месиве том разбираться, где свой, где чужой.

Давит усталость, но спешно мелькают лопаты.

Пастью разверзлась могила у леса вдали.

Павших – тела и обрубки – собрали солдаты

И схоронили их в вечном покое земли...

Я, упокоенный там, был сердит и растерян –

Враг головой на моё притулился плечо.

И пусть он мёртв, но с презрением долгое время

Не говорил с ним, соседством таким удручён.

Он – всё вздыхал и молчал. Но однажды могилу

В полдень весеннего дня затопило водой,

Грустно промолвил он: “Вот и тепло наступило.

Ветер засеет поля мои... лишь лебедой...”

“Много ль земель твоих?” – буркнул я ожесточённо.

“Да уж, богатый достался надел от дедов”.

“Так расскажи мне, на смерть шёл какого же чёрта

И захватить наши земли вчера был готов?!”

 

“Кто же о том у обычного пахаря спросит?

Мал человек, я – соломинка в топке войны.

Пушечным мясом в расход меня запросто бросят

В страшное время – “тельца золотого” Чумы”.

Так в разговоре и поняли, что не враги мы,

А по несчастью друзья. Мимо время течёт...

Мирно лежим теперь рядышком в братской могиле –

“Враг” приклонил свою голову мне на плечо...

 

(Перевод Евы АХТАЕВОЙ)

 

 

* * *

На шалаш похожа наша жизнь –

День за днём вдвоём камыш рубили…

Где же та скирда теперь, скажи,

Что мы из стеблей соорудили?

 

Разнесли всё буйные ветра,

По листу шалаш наш разобрали…

Тыщу лет, возлюбленный, пора

Нам признаться в том, что не вчера

Мы себя бездумно растеряли!

 

(Перевод Марины АХМЕДОВОЙ-КОЛЮБАКИНОЙ)

 

 

* * *

О, это торжество совсем не в твою честь.

Здесь свой хозяин, гости – важные фигуры;

Есть музыканты, тамада, танцоры здесь,

Кто счёт подаст и сигарету всем прикурит.

 

Бармен жонглирует, швейцар стряхнёт пальто...

А кто же ты средь них, наивное созданье?

Ты даже не посудомойка, ты – никто.

Не держат ли тебя овцою на закланье?

 

(Перевод Евы АХТАЕВОЙ)

 

 

НА ПЕРЕПУТЬЕ

 

Два властных мира. Между ними – третий.

А попросту – домишко средь Домов –

Зов муэдзина слышит из мечети

И ресторана распалённый рёв.

 

А в том домишке – женщина-тревога

Одним виденьем огненным горит:

Мерещится не Бог у Дома Бога,

А будто там в тени Иблис стоит!

 

Ещё страшней в пространстве заоконном

Отчаяться видением таким:

Не змий зелёный – головы дракона

Из ресторана кажут языки.

Как уберечь от них детей и мужа,

Когда, прозреньям женским вопреки,

Над страхами её смеются дружно

Наивные слепые простаки?

 

Куда ни глянь – оскаленные пасти.

Меж чудищами не сыскать пути…

Как отвести грядущие напасти?

Как ей с ума сегодня не сойти?

 

(Перевод Юрия ЩЕРБАКОВА)

 

* * *

Мне повторяла бабушка не раз

Слова покойной матери своей,

Что нет проклятья горше, тяжелей,

Чем пожелать бессонницу врагу.

Теперь сама я утро стерегу,

Теряя сон и не смыкая глаз.

Ее слова тогда казались шуткой.

А нынче – спать ложусь –

Минута длится час, час превращая в сутки,

И тяжесть мыслей, неподъемный груз,

В движение приходит, как состав,

Как поезда, оглохшие от хрипа,

Пугая шумом, гулом, тайным вскриком.

Приходят и уходят, то отстав,

То обгоняя всех – груженые, пустые…

И если сон в одном, то в множестве из ста –

Отрава прошлого

И дни полуживые….

Да, бабушка, ты сотни раз права…

Страшней проклятий – только пожеланье

Потери сна.

Что мне докучный мир и что молва,

Когда объемлет ночь, и на закланье

Идет по звездной ниточке луна …

 

(Перевод Мариян ШЕЙХОВОЙ)

 

 

ДЕРБЕНТСКИЕ УЗОРЫ

 

От предков мне достался этот дар –

Венки плести из гюльбахских1 цветов:

Так выткала я множество фурар2 –

Ещё один ковёр уже готов.

О Гюльбах – легендарный город-сад! –

Он вновь расцвёл в орнаментах ковров,

Их ткали сотни лет тому назад –

Кто помнит тех безвестных мастеров?

 

На ярмарке ковёр был продан мой –

А был он удивительно красив!

Дербентцы унесли его домой –

Ушли, о мастерице не спросив.

 

Узор ушедших в прошлое времён...

В историю Дербента он вплетён.

 

(Перевод Валентины ВАРНАВСКОЙ)

 

 

* * *

Ах, женщина, не счесть твоих забот!

В дому, размером с сито, их – что дырок.

И если вдруг душа к стихам зовет,

Рукам в то время вовсе не до Лиры.

 

И сколько же стихов на языке,

Как слив на ветках, высохло впустую!

И мысли растворились вдалеке,

Как рои пчел, заброшенные всуе…

 

(Перевод Лилии ВЕРЕИНОЙ)

 

 

ВЕРНУСЬ

Возродясь, словно феникс, из пепла,

Я опять в твоё сердце вернусь.

Жаль, что наша любовь не окрепла,

А на зерна рассыпалась.

Пусть

Для посева почти не осталось –

Всё быстрей время зёрна клюёт.

Переполнено, места мне мало –

Но вернусь снова в сердце твоё.

На минуту ль, на вечность, за счастьем

Не хочу ни друзьям, ни врагу

Пожелать в нелюбовь возвращаться.

Не вернуться сама не могу.

 

(Перевод Ларисы БЕККЕР)

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.