http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


Творящая Добро Печать Email

Ислам Эльсанов

В Норвегии, и вообще на Западе, мало кто пишет о нашей ситуации и проблемах. Зоя – одна из этого малого числа. Недавно один журналист, работая в архиве, обнаружил, что у Зои Граннес в Норвегии самое большое количество статей о Чечне. Она ведет огромную разъяснительную работу, ее приглашают для выступлений в разные организации, некоторые слушатели плачут, удивляются: почему об этом не рассказывают СМИ, ведь мы ничего не знаем…

 

В июне 2007 года Зоя Граннес посетила Грозный, где провела семинар по работе с серьезно травмированными людьми. Она прониклась большим уважением к медсестрам, адвокатам, правозащитникам и всем тем, кто в столь трудных условиях пытается помочь людям.

Врожденное чувство справедливости привело ее в ряды правозащитников и борцов за мир. Писала статьи об Афганистане во время советско-афганской войны. В восьмидесятых годах познакомилась с Е. Боннэр и А. Сахаровым.

По словам Зои, разразившаяся в Чеченской Республике в 1994 году война очень больно отозвалась в ее душе. Она стала писать о ней в газетах, выступать на радио и ТВ, участвовать в различных дебатах. Зоя Граннес познакомилась с чеченскими правозащитниками Зайнап Гашаевой, Липхан Базаевой, Майей Шовхаловой. Наладила контакт с коллегами из Швеции, Швейцарии, Польши, Германии и других стран. С З. Гашаевой у нее тогда был совместный проект помощи чеченским детям-сиротам. Хорошо помнит письмо-благодарность от одной матери ребенка: «Мой сынок так обрадовался этим деньгам, на которые я купила ему школьную форму. Он носил ее некоторое  время, но потом во время бомбежки его убило. Благодарю за короткую радость, которую дали ему, за то, что кто-то на Западе позаботился о нем…»

- Мне стыдно: это дети, которых мы не смогли защитить.., - говорит Зоя.

 

Зоя Граннес, в девичестве Боташева, родилась в Карачае и прожила там всего лишь три года. В раннем детстве она стала свидетелем той части отечественной истории, о которой теперь почти никто не знает.

Тысячи карачаевцев, казаков и калмыков, переживших оккупацию немцев, под воздействием слухов о зверствах советских войск, освобождающих территории от немецких войск, стали уходить с семьями на Запад. Слухи были о том, что красные, при малейшем подозрении на сотрудничество местных жителей с немцами, танками крушат дома и бросают детей в огонь... И, к сожалению, многое из этого оказалось правдой. Войска НКВД под руководством Берии, проводя карательные операции в Карачае и Балкарии, после ухода немцев, сжигали не  только отдельные дома, но и целые селения с людьми перед выселением в 1943 и 1944 годах.

Маленькая девочка Зоя с родителями и односельчанами оказалась среди мигрантов на повозках с домашним скарбом позади отступающих немцев. Наиболее сильно в детскую память врезались большие и высокие верблюды, выделявшиеся издалека в разношерстной колонне людей и повозок. Люди уходили от репрессий со стороны  властей и не собирались ехать в Германию. Семья Зои проехала Украину, Польшу, Югославию и оказалась в Северной Италии, рядом с границей Австрии. Несколько месяцев прожили в горном селении провинции Удине. Переехали через Альпы в Австрию, где английские военные власти вызвали всех старейшин беженцев, среди которых был и ее отец. Их вероломно арестовали и выслали в СССР. Потом английские войска окружили самих беженцев и, избивая  в кровь прикладами, посадили на грузовики и отправили, так сказать, к «отцу народов» Сталину. Здесь их в вагонах для скота отправили дальше, в Сибирь, в концлагерь, который они называли «Зоной».  Женщин с детьми держали отдельно от мужчин. В этой «Зоне» пробыли несколько месяцев, большинство детей там умерло. Сейчас в том маленьком австрийском городке, откуда их выслали в Советский Союз, стоит памятник, поставленный на средства тех немногих, кому удалось тогда уехать в Турцию, а оттуда в Америку. Один из них – родственник Зои Граннес – Хамид Боташев.

После окончания школы Зоя училась в Томском университете на биологическом факультете. Через три года перевелась в Ленинградский университет, продолжала учить биологию и физиологию.

Конец хрущевской «оттепели». В университеты еще приезжали иностранные студенты. Среди них был и стипендиат  Альф Граннес из Норвегии… В 1967 году с большим трудом ей удалось уехать из СССР с мужем Граннесом. Муж стал известным профессором-славистом в Бергенском университете, специалистом по постсоветскому пространству. Одна из его книг, «Этническое самосознание на Кавказе и Средней Азии», считается основательным трудом по своей тематике. Зоя тоже имеет научную степень кандидата биологических наук. Позже она закончила факультет психологии в Бергенском университете, специализировалась по клинической нейропсихологии.

Сама беженка с малых лет и ссыльная, сердобольная Зоя Граннес принялась помогать чеченским беженцам, появившимся в Норвегии в 2000 году. Несмотря на личную трагедию – страшную болезнь мужа, от которой он умер в том же году – Зоя Граннес не прекращала своей благотворительной деятельности. Как психолог она писала для миграционных властей отчеты о состоянии беженцев, чтобы те яснее представляли, что происходит в Чеченской Республике. Что касается психологического состояния эмигранта, достаточно отметить то обстоятельство, что первый стресс беженец получает оттого, что попал в страну, на языке которой он не знает ни единого слова!

 

У Зои Граннес есть даже приемная чеченская внучка Амина. Согласно Дублинской Конвенции, из-за греческой визы, мать с Аминой вернули в Грецию, где посадили в тюрьму. Они оттуда сами смогли приехать в Норвегию, откуда их опять собирались возвращать назад. Жизнь восьмимесячной девочки была спасена  благодаря Зое - девочку с матерью удалость оставить в Норвегии.

 

В 2004 году в семье чеченских беженцев в Швеции произошла трагедия: девочка 11 лет впала в состояние между летаргическим сном и комой. Не ела, не пила, не бодрствовала; врачи вводили искусственное питание через капельницу. Прошло уже 10 месяцев, о девочке писали шведские СМИ, прозвавшие ее «Спящей красавицей», потому что она была удивительно красивой, спрашивали о ее состоянии у ведущих специалистов страны. Врачи, исследовавшие состояние мозга девочки, пришли к выводу, что жить ей осталось недолго. Родители и близкие отчаялись.

Из Норвегии приехала опытный психолог Зоя Граннес, уже не один месяц обдумывавшая, каким методом она сможет вывести девочку из комы.

- В такое состояние она впала из-за пережитого горя и постоянной душевной боли. Мне надо было постараться дать выход этой боли… Дети вобрали в себя столько горя!.. - вспоминает Зоя.

Через пять часов уединенной работы психолога девочка вышла из летаргического состояния и с громким  плачем обхватила руками Зою Граннес, сидевшую рядом с ее постелью. Заплакала от радости и Зоя, и прибежавшие из соседней комнаты родители спасенной девочки, и сестры помладше…

Зоя слышала, что в Ингушетии, в лагере беженцев из Чечни, было несколько таких детей. «Не едят, лежат и смотрят в потолок…»  Она не знает, что стало с ними потом.

Зоя и сама не раз переживала боль утрат близких: еще до смерти мужа в горах сорвался и погиб старший сын 22 лет, студент философского факультета. Он занимался альпинизмом, написал стихи с ясным предчувствием, предсказанием своей смерти, которые она нашла только после его гибели…

 

Недавно Зоя Граннес переехала из Бергена, где много лет жила, в Ставангер. Здесь живет ее сын. Часто прибегают внуки: девочка и мальчик, и лицо бабушки Зои озаряет счастливая улыбка.

В соседнем городке несколько молодых чеченцев  собрались на день рождения своего знакомого. Было тихо, после случившейся дома войны никто не проявляет радости шумно. Напротив был ночной бар. В два часа ночи постучали в дверь. На первом этаже был только один молодой человек. Он открыл дверь. Пришли трое норвежцев в явном подпитии. Они спросили: “ Здесь праздник?” - “Нет”, - ответил парень. “Ну тогда мы его вам устроим”, - с угрозой ответил один из местных норвежцев, и они начали вламываться в дом. Парень их выталкивал, но когда пошла потасовка, одного из них, зачинщика, ударил. Тогда норвежцы тут же вызвали полицию, сказали, что тут девять чеченцев напали на них на улице... Полиция не приняла к сведению показания чеченцев. Как выяснилось потом, зачинщиком оказался сын главного местного полицейского чина - полицмейстера.

Суд приговорил чеченца, ударившего норвежца, к четырем месяцам тюрьмы, и он потерял работу. Материал об этом опубликовала и газета «Ставангер афтенблад».

Но местные молодые люди вкупе с другими иностранцами, среди которых был даже один африканец, продолжали третировать чеченцев.

Осужденный чеченец обратился к Зое Граннес за помощью, так как суд был несправедлив. Вскоре состоялся новый суд, для которого Зоя Граннес нашла адвоката, она сама взяла с молодых людей все необходимые показания и тем облегчила работу адвокату. Виновными оказались те самые норвежцы, которые на первом суде проходили как «пострадавшие». С чеченца, осужденного ранее на четыре месяца тюрьмы, была снята судимость. Суд восстановил его на работе, обязал государство выплатить ему зарплату за те месяцы, которые он не работал. Суд также вынес частное определение, в котором констатировал наличие в регионе проблем расизма и нацизма. Также суд указал властям, что организатором этого дела является сын высокого полицейского чиновника!

 

Чеченцы, не владея в достаточной степени норвежским языком,  проиграли первый суд, хотя и не были виновны, и выиграли второй только при помощи Зои Граннес.

Позже, Зоя Граннес написала статью в газету с изложением всего дела. Что еще важно, как подчеркивает она, в ответ в газете появились отзывы норвежцев, возмущенных несправедливостью властей к беженцам-иностранцам и поведением пьяных норвежцев.

 

…Однажды ночью позвонил молодой человек из лагеря, сообщил, что его жена, закрывшись в ванной комнате, перерезала себе вены и умирает… Зоя знала эту семью, у них был еще малолетний ребенок. Она попросила его поискать щель под дверью, которая бывает в обычных ванных. Мужчина втолкнул в нее мобильный телефон. Зоя-психолог уговорила женщину открыть дверь… «Скорая» увезла женщину в больницу, и она была спасена.

Недавно Зое Граннес позвонила женщина-беженка из Грозного и, расплакавшись, сообщила радостную весть: им со слепым мужем и четырьмя детьми разрешили остаться в Норвегии, хлопоты Зои увенчались успехом...

Этот случай был из тяжелых. У мужчины при пытках были отбиты почки, печень, полная потеря зрения из-за диабета, туберкулез... Глава семьи превратился в того, кому самому больше всех нужна помощь в семье… У них была польская виза, и их должны были отправить обратно в Польшу, где не могло быть никакого лечения и его ожидала верная смерть.

Зоя Граннес ездила к ним в лагерь беженцев, который  находился на расстоянии более полутысячи километров от ее города, доставала необходимые документы, для чего несколько раз ездила в Польшу. Много раз говорила с адвокатом, который был бы совершенно бессилен что-либо сделать без всех тех бумаг, которые она собрала и составила. Но помощь на этом не заканчивается. Супруга этого человека звонит из лагеря беженцев на севере Норвегии, куда их неожиданно увезли, хотя по состоянию здоровья его было бы лучше оставить поближе к столице, для получения лучшего медицинского обслуживания. Это какое-то недоразумение из-за того, что у Департамента по делам иностранцев тысячи дел беженцев. Зоя звонит медицинскому работнику лагеря, объясняя ей состояние главы семьи, в подтверждение тому предоставляется копия справки об этом. Медицинский работник сама удивилась - как они могли привезти человека с таким состоянием сюда. Зоя посоветовала ей немедленно попросить миграционные власти поселить эту семью  на постоянное место с условиями для больного человека. Медперсонал тоже прочитал заключение психолога об этом чеченце и пришел в ужас по поводу его страданий и состояния.

Подобных случаев в практике Зои Граннес немало. Десятки спасенных жизней и измененных судеб, десятки тысяч километров, кипы исписанных страниц, долгие часы разговоров с беженцами на их мобильные телефоны в лагерях, немало судов, чаще - без нее самой, и масса хлопот - во всем она принимала участие бескорыстно, безвозмездно.

Зоя подчеркивает, что она не адвокат, а врач-психолог, но за годы русско-чеченской войны у нее сложился своеобразный стиль работы: обследуя своих пациентов,  описывая то, чему они подверглись, она оказывается на границе между психологией и юридической защитой.

- Думаю о будущем чеченцев, - говорит Зоя. -  Война - большая катастрофа. Она разрушает семьи, потому что погибает муж или жена, или кто-то из детей. Ломается система воспитания. Критическая ситуация с учебой, выросла молодежь, которая не ходила в школу. Безработица. Чеченская молодежь живет в разных странах без веры в будущее. И надо бы предпринять что-то, чтобы помочь этой молодежи. Здесь они окунаются в свои проблемы, главная из которых – поиски работы. Многие боятся за своих родственников, которые остались там, в зоне массового нарушения элементарных прав человека, и не смеют говорить о проблемах, не дают интервью…

Остро стоит проблема здоровья всех чеченцев, потому что отравлена окружающая среда. Рождаются дети с аномалиями. Молодежь умирает от внезапной остановки сердца или приступов, даже в России это называют «чеченским синдромом»…

Работы – непочатый край… Не хватает рук, сил. Должно было быть много людей, которые информировали бы об этом мир…

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.