http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


Дорога Матери Печать Email

Малика Ибаева

 

 

Мужеству и стойкости чеченских женщин посвящается...

1946г. Киргизия. Таласская область. Ранним морозным утром по пустынной улице, утопавшей в снегу, шел мальчик лет десяти-двенадцати, одетый кое-как, несмотря на лютый мороз. В руках он держал совочек, в котором мерцали теплые еще угольки. Мальчик брел, опустив голову, и даже не обернулся на звук приближающихся шагов. Женщина, догнавшая его, спросила: «Мальчик, в этом селе живут чеченцы?» Этот вопрос, а вернее, прозвучавший голос ошеломил его. Мальчик обернулся и…не поверил своим глазам. Совок с драгоценными угольками выпал у него из рук, и мальчик с криком «Бабаш!» бросился к женщине, обнял ее своими тонкими ручонками и громко зарыдал. Женщина, не веря своему счастью, обхватила мальчика и крепко прижала к груди. Слезы застилали ее глаза. Но то были слезы счастья, ведь в поисках этого мальчика, своего любимого сына Канташа, она, рискуя жизнью, прошагала сотни километров по бескрайним заснеженным степям, изнемогая от усталости и голода, ночуя под снегом в открытом поле…

 

 

Х1инццалца моьттура–

Малхо

Латтайо лаьтта т1ехь

Йовхо;

Дахаран бух хилла,

Дог1уш,

Ненан дог хиллера

Догуш!

Тхан наной!

Х1ара дуьне–латта,

Паналлехь хьийзаш

Мел лаьтта, –

Шун декхар д1адела

Цкъа а

Вера вац, вера вац

Цхьа а!

 

Мамакаев Э.

 

 

 

Жизнь в отчем доме

 

Ее звали Чимаева Басаш (в девичестве Масаева), из тейпа битрой, сестра четырех братьев-красавцев, которыми очень гордилась. Бабаш (так ее прозвали братья в детстве) казалось, что за ними она, как за каменной стеной, и никакие беды ей не страшны. Но жизнь порой бывает так непредсказуема и жестока…

Она была любимицей в семье, гордостью всего их маленького селения Майртуп. Красивых, скромных, умных, трудолюбивых девушек здесь было много, но двух из них – Басаш и ее родственницу Жарадат (Жата) – люди все же выделяли особо, и добрая молва об этих девушках распространилась далеко за пределами их родного аула. Жата до сих пор жива, на радость своим родным и близким. Несмотря на солидный возраст, а ей почти сто лет, она сохранила твердый ум и ясную память.

Девушки были не только родственницами, но и близкими подругами. Весь день их проходил в домашних заботах, а вечерами они занимались рукоделием, обшивали своих родных, а себе шили национальные платья – г1абали. Мать Басаш ездила за покупками в Грозный, и даже в Баку, откуда и привозила самые красивые ткани. Басаш была также признанной мастерицей по изготовлению национальных войлочных ковров – истангов. Это была очень  сложная и трудоемкая работа, требующая высокого мастерства, с нею справлялись немногие.

Тяжелые трудовые будни сельчан скрашивали веселые свадьбы, где в зажигательной лезгинке кружилась девушки и парни, звучали песни, шутники состязались в острословии. Также проводились белхи (коллективные общественные работы), в которых односельчане помогали друг другу выполнять различные виды хозяйственных работ.

На таких мероприятиях молодые люди знакомились, а свидания проходили у родника, куда приходили за водой с кувшинами в руках юные красавицы.

На одной из свадеб Басаш познакомилась с красивым парнем, односельчанином. Начались ухаживания, встречи…Свидания проходили у сельского родника, куда Басаш приходила со своими подругами.

Казалось, вот оно – девичье счастье. Но судьба уготовила ей суровые испытания…

 

≪Красный террор≫

 

Беда пришла, как всегда, неожиданно. Описываемые события происходили в начале ХХ века, когда в стране повсеместно устанавливалась Советская власть. С диктатурой коммунистов смириться было трудно, особенно вольнолюбивым чеченцам. Действия новоявленной власти не поддавались логике. Люди, веками занимавшиеся тяжелым крестьянским трудом и сумевшие в результате создать более-менее крепкое хозяйство, теперь объявлялись кулаками и врагами народа. У них отбирали скот и все имущество, после чего выселяли с родных мест. Многие чеченцы, не желая мириться с таким беззаконием, становились на путь борьбы против новой власти и отстаивали свои права и свободу так, как могли и умели – силой оружия.

Одним  из них был Маккал, дядя Жаты по матери, который ушел в абреки и несколько лет вел борьбу против власти, лишившей его семью всего, что было добыто многолетним тяжелым трудом. Его племянники, братья Жаты, не раздумывая, присоединились к своему дяде и  стали ему надежной опорой. Но, к сожалению, они, как и другие  бунтари-одиночки, были обречены…

Рассказывают, что чекисты через своих агентов продали им холостые патроны. Ночью село, в котором Маккал со своими племянниками остановился на ночлег, окружили солдаты. Абреки пытались отстреливаться, но оружие давало осечку за осечкой. Они не могли понять, в чем дело, однако, сдаваться не собирались и бросились врукопашную. Но силы были слишком неравны… Раненные, они попали в плен. Им уготована была жестокая судьба: пленников сбросили в общую яму и залили раствором негашеной извести... Так власть расправлялась с непокорными.

С тех пор Жата слышать не может даже упоминания об извести. Сама девушка была арестована и заточена в Грозненскую тюрьму, откуда мало кто вышел живым. Она до сих пор помнит даже имена и фамилии тех, кто ее допрашивал. Один из следователей, восхищенный ее красотой и грацией, сделал ей комплимент, за что тут же получил от Жаты оплеуху, да такую сильную, что упал со стула. Девушке простили ее дерзкий поступок: даже враги отдали должное ее мужеству.

Милостью Аллаха, девушку отпустили, что было почти чудом: в те годы в застенках этой тюрьмы чеченцев сотнями убивали без суда и следствия. В народе до сих пор жива память о мясорубке, через которую перемалывали тела казненных, а затем сбрасывали в реку Сунжу...  Все последующие годы Жата жила лишь мыслями о мести и этими мыслями делилась со своим близким родственником – младшим братом Басаш, которого звали Шока. Как оказалось, Шока тоже зря времени не терял. Он вел свое тайное расследование, вследствие которого ему удалось узнать имя доносчика, виновного в смерти братьев и дяди Жаты. В один из вечеров он пришел к Жате и сказал: «Мы отомстим предателю. Я купил два пистолета – себе и тебе, на тот случай, если ты захочешь своей рукой покарать подлеца».

Но Жата, к тому времени уже пожилая женщина, не решилась на этот шаг, не пожелав рисковать жизнью еще одного близкого ей человека…

«Красный» террор не обошел стороной и семью Масаевых. За укрывательство одного из абреков были арестованы двое старших братьев Басаш. Их судьба неизвестна до сих пор. Только спустя много лет к Шоке приехал незнакомец, который принес ему две маленькие фотокарточки старших братьев. Это были фотографии из их личных дел, сделанные в тюрьме. Позже на их основе были сделаны портреты. Это была единственная память о них. Они тоже, по всей вероятности, были убиты в застенках Грозненской тюрьмы.

Как говорится, беда не приходит одна: после ареста старших умер средний брат Басаш, через некоторое время умерла и сестра по имени Балала...

Могли ли они тогда представить себе, что на месте той злосчастной тюрьмы, в застенках которой были уничтожены лучшие представители чеченского народа, отстаивавшие свои права на жизнь и вероисповедание, спустя много лет, словно символ торжества справедливости, будет возведена величественная мечеть имени первого Президента, Героя России Ахмат-Хаджи Кадырова и Исламский университет имени Кунта-Хаджи Кишиева…

 

Замужество

 

Как говорят чеченцы, оставшиеся в живых должны жить…

Вышла замуж Жата, подошла очередь и Басаш. Ее младший, а теперь и единственный, брат Шока не одобрял ее выбора. Он был категорически против избранника сестры. Шока был человеком весьма суровым, пользовался непререкаемым авторитетом не только в своей семье, но и среди односельчан.

Свидания у родника для Басаш и ее избранника теперь стали очень редкими. Молодые люди понимали, что Шока не изменит своего мнения ни при каких обстоятельствах. Этой ситуацией кое-кто решил воспользоваться. Шоке донесли, что Басаш в один из ближайших дней тайно выходит замуж за своего избранника. Она была завидной невестой, и очень многие хотели ее видеть снохой в своем доме. Именно поэтому одна из дальних родственниц, зная крутой нрав Шоки, специально пустила слух, дабы осуществить свои далеко идущие планы…

На дворе стояла зима, но стужа и пронизывающий ветер не помешали Шоке провести ночь под летним навесом, куда выходила дверь комнаты Басаш. Всю ночь Шока, укутавшись в тулуп и сжимая в руках ружье, просидел перед дверью комнаты сестры. «Если ее дверь просто даже скрипнет, я выстрелю не раздумывая», – так решил Шока, а бедная Басаш ничего не подозревала, ведь замуж-то она и не собиралась. Она спокойно спала, не зная, какая опасность нависла над ней.

На следующий день к ним  в гости пришла та самая родственница, которая и пустила этот слух. Эта женщина сумела убедить Шоку в том, что мужчина, за которого она предлагала выдать замуж Басаш – лучшая партия для его сестры. Через день в дом Масаевых пожаловали сваты из соседнего села. Шока выслушал гостей и дал свое согласие на брак сестры, несмотря на то, что Басаш категорически не хотела идти замуж за совершенно не знакомого человека. Но, увы, ее согласия никто не спрашивал. Басаш не просто плакала, а рыдала навзрыд, но Шока был непреклонен... В конце концов, так и не сумев ее успокоить, на Бабаш накинули войлочную бурку, которую обычно носят горцы в холодное время, перевязали, положили на санки и увезли в дом мужа. Так она оказалась замужем.

Но замужество ее оказалось недолгим. Мужа Басаш, который был человеком весьма состоятельным, большевики объявили кулаком. Его арестовали, все его имущество, нажитое честным крестьянским трудом, было конфисковано. Больше о нем никто ничего не слышал, по всей вероятности, он разделил судьбу десятков тысяч чеченцев, погибших в застенках НКВД… С маленьким сыном Канташем на руках, Басаш вернулась в родительский дом, где из некогда большого семейства осталась только ее мама.

Спустя несколько лет на семейном совете было принято решение: «Негоже молодой женщине сидеть в родительском доме, лучше быть «пристроенной». Так Басаш выдали замуж второй раз. Канташ остался на попечении бабушки, матери Басаш.

 

Выселение

 

Чимаев Джунайд, супруг Басаш, был образованным человеком, причем имел как светское образование, так и духовное, читал Коран, чему еще в детстве его научил отец. Вообще Джунайд был очень набожным человеком и не скрывал этого, несмотря на то, что это не одобрялось властями. Ему не было и пяти лет, когда погибли два его старших брата – Джамлайла и Джамалди. Они оказались втянутыми в чужую ссору и погибли в перестрелке на окраине села. Даже спустя много лет Джунайд не мог без слез вспоминать, как один из раненных братьев перед смертью завещал ему быть настоящим мужчиной – КЪОНАХОМ, строго следовать адатам и вере и сожалел, что Джунайд слишком мал, чтобы понять его и происходящее. Но время показало - Джунайд оказался достойным братом и сыном.

Супруги переехали жить в небольшое село Илсхан-Юрт (ныне Гудермесский  район), куда Джунайда, по распределению, направили работать директором средней школы. Казалось, что жизнь Басаш наконец-то наладилась: муж работал, она вела домашнее хозяйство, воспитывала двух детей – дочь Тауса и сына Азиза. Но все поменялось в тот страшный день – 23 февраля 1944 года... За несколько месяцев до этого, в Илсхан–Юрте расквартировали военную часть. Вскоре в селе начали ходить слухи о том, что всех чеченцев будут выселять, но люди отказывались верить в это. Басаш, встревоженная этими разговорами, даже предложила мужу зарезать одну из коров, чтобы заготовить мяса в дорогу. Но он и слышать не хотел об этом, говорил, что это все сплетни.

22-го февраля в гости к дочери приехала мать Басаш – Хьеса-Бика . Она рассчитывала в тот же день вернуться домой, но не успела выехать до наступления темноты и осталась ночевать у Басаш. На следующее утро, едва лишь рассвело, в дом ворвались солдаты и приказали немедленно собраться и выйти на улицу. Времени на то, чтобы собрать припасы в дорогу, не было, Басаш едва успела одеть потеплее детей. Ей не давала покоя мысль о сыне Канташе. Что с ним? Где он? С кем он? Тепло ли он одет? «На все воля Бога, а Он милостив», – успокаивала она себя.

Их повели под конвоем на окраину села, где они, вместе с остальными жителями Илсхан-Юрта, простояли до следующего утра. Всю ночь, не переставая, крупными хлопьями падал снег, было очень холодно. Маленькая Таус не понимала, почему они вынуждены стоять ночью на улице. Она спросила отца: «Ваша, почему они (солдаты) нас не пускают домой, ведь здесь холодно? Что мы им плохого сделали?» Отец не знал, что ответить дочери. И все же надо сказать, что охранявшие их солдаты оказались немного «добрее» тех, что вывели на окраину жителей высокогорного села Хайбах и сожгли в колхозной конюшне. Утром следующего дня всех жителей села на грузовиках повезли на железнодорожную станцию, где их погрузили в товарные вагоны и повезли в неизвестность…

Они ехали много дней и ночей. Люди умирали от голода и болезней, умерших выбрасывали в снег по пути следования, не позволяя родным даже похоронить их. Наконец поезд остановился и им приказали выходить. Так, по злой воле сталинского режима, семья Чимаевых обрела «новое место жительства» – Фрунзенскую область Казахской СССР.

Словами невозможно передать весь ужас тех лет, те горести и лишения, что выпали на судьбу чеченцев. Но трудности их не сломили. Трудолюбие помогло выжить чеченскому народу, тем более что выселение было не первым суровым испытанием в их истории. Наверно, на генетическом уровне, в чеченском народе заложено умение выживать в наитруднейших условиях, оставаясь при этом верными своей вере и законам предков.

 

Дорога к сыну

 

Прошло почти два года, прежде чем Басаш удалось узнать, где находятся ее родственники по отцовской линии, с которыми должен был быть и ее сын Канташ. Правда, узнать удалось не точное место пребывания, а лишь район. Мать Басаш, с большим трудом добившись разрешения на переезд, тут же отправилась в дорогу, в стремлении увидеть своего любимого внука. Она пообещала сразу же по прибытии прислать весточку.

Время шло. Никаких вестей от матери не было. Басаш не находила себе места от тревоги, ведь она ничего не знала и о судьбе сына, Канташа. Не в силах больше выносить эту неизвестность, Басаш собралась в дорогу…

Шел 1946 год. На дворе стояла лютая зима, с трескучими морозами и снежными буранами. Басаш даже не знала точно, в каком населенном пункте находятся ее мать и сын, ей предстояли долгие и трудные поиски, но это ее не пугало. К счастью, нашлась и попутчица, которая тоже искала своих родственников.

И вот эти две мужественные женщины, укутавшись в обноски, чтобы хоть как-то защитится от пронизывающего ледяного ветра, взяв с собой лишь немного хлеба, отправились в дорогу… Путь их пролегал через бескрайние снежные поля, где расстояние между ближайшими населенными пунктами составляло сотни километров. Весь световой день они шли, утопая в сугробах, а с наступлением ночи выкапывали яму в снегу, расстилали мешочек и так, сидя на коленях, ночевали. Эти ночи не прошли без следа: всю жизнь у Басаш болели колени, а последние 10 лет своей жизни она провела в постели. Ориентироваться в незнакомой местности было очень трудно, казалось, что весь мир – это сплошное белое снежное поле. Случалось так, что Басаш и ее спутница, потеряв направление, плутали по кругу… Так они шли больше двух недель. В одном из населенных пунктов их пути разошлись, и Басаш продолжила свои поиски в одиночку…

Она шла по пустынной улице небольшого села. Увидев мальчика, одиноко бредущего с совком в руке, она догнала его и спросила: «Мальчик, ты не знаешь, в этом селе есть чеченцы?»…

… Даже спустя много лет Басаш не могла без слез вспоминать этот день, когда она нашла своего сына, своего Канташа. Оказалось, что Канташ уже несколько месяцев жил один. Бабушка, мама Басаш, умерла, ближайшие родственники тоже.

Басаш накормила сына, достала ему теплой одежды, и скоро они отправились в обратный путь. Но радостного возвращения не получилось, дома ее ждали ужасные новости: после ее отъезда тяжело заболел и вскоре умер ее сын Азиз. Через некоторое время, упав в чан с горячей водой, умерла дочка Таус. Но Басаш не роптала, она стойко переносила удары судьбы. Единственным ее утешением стал Канташ. Он рос очень трудолюбивым мальчиком, во всем помогал матери. Они работали от зари до зари. В 1958 году он приехал домой, в Чечню, на автомобиле «Волга», который купил на свои заработанные деньги.

Но судьба продолжала испытывать Басаш на прочность: по заведомо ложному обвинению арестовали и осудили на длительный срок ее брата Шоку. Несмотря на все препоны, создаваемы властями, Басаш, толком не знавшая русского языка, сумела узнать, где отбывает срок ее брат, добилась разрешения ездить к нему на свидания. Она нашла ему красивую невесту по имени Хадижат, и после освобождения Шоки они сыграли свадьбу.

 

В кругу семьи

 

В 1957 году, после тринадцати долгих лет ссылки, чеченцы вновь обрели свою родину... Вернулась домой и семья Чимаевых. У Басаш к тому времени, помимо Канташа, было уже двое детей – дочка Малкан восьми лет и сын Заур шести лет. В родительском доме поселился ее брат Шока со своей женой и детьми. Канташ приехал домой чуть позже, в 1958-м, с молодой женой Хазан, построил дом и поселился недалеко от своей матери. Так началась новая жизнь, жизнь, полная семейного счастья…

Годы страданий и лишений не ожесточили сердце Басаш, напротив, до конца дней своих она оставалась очень доброй, мудрой, заботливой сестрой, матерью, снохой, свекровью, бабушкой… Она нашла свое счастье в кругу большой и дружной семьи: трое детей, шестеро племянников, пятнадцать внуков. Она их любила безгранично, и они отвечали ей тем же. Она гордилась своим братом, детьми, внуками. Никогда не держала зла на брата за прошлое, потому что понимала, что он, выдавая ее замуж, считал, что делает лучше для нее. Для нее было таким большим счастьем, собираясь в гости к брату, даже на склоне лет, говорить: «Сайн ц1а йоьду со» («Я иду к себе домой»), имея в виду родительский дом. Шока очень любил свою сестру и часто ее навещал, она была для него самым родным и близким человеком. Совсем недавно Канташ, уже зрелый мужчина, совершил хадж. Поистине, Бог милостив и пути Его неисповедимы. Мог ли даже мечтать тот мальчишка, который с трудом брел по пустынной заснеженной улице затерявшегося в казахской степи села, шатаясь от голода и порывов ледяного ветра, что он вернется домой и спустя много лет сможет посетить священные для каждого мусульманина места…

Доля чеченской женщины во все времена была нелегкой, и судьба Басаш – одна из тысяч и тысяч схожих с ней судеб. И во все времена истинная чеченка достойно проходила через все испытания, уготованные ей Всевышним…

 

Вот уже 20 лет, как Басаш покинула этот мир, но добрая память об этой мужественной женщине до сих пор живет в сердцах ее родных и близких…

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.