http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


Раскаяние Печать Email

ВАХИД АБУБАКАРОВ

 

 

Уже в преклонные годы мои родители поссорились и, как обнаружилось, серьезно думали о разводе.

Мать подошла ко мне и предупредила, что они с отцом разводятся, все мои братья и сестра остаются с ней, и спросила, с кем, при их с отцом раздельном проживании, останусь я. Я внимательно посмотрел на нее и понял, что она не шутит. Фразой «какие глупости ты говоришь» я попытался сгладить остроту ситуации и предстоящего мне ответа. Мать подтвердила, что ждет от меня прямого ответа. Она всегда воспитывала нас в духе признания неоспоримого авторитета отца, и в доме довольно часто произносились слова, что взглядом или словом отцу может перечить только незаконнорожденный. Детям в семье с младых ногтей внушалось, что отец – это все, а мать – родина, земля, поле, на котором произрастает семя отцовского рода.

Меня возмутило не столько то, что родители поссорились, сколько то, что братья и сестра, выразив согласие остаться с матерью при разводе родителей, тем самым предали отца. Мысленно я представил себе положение брошенного всеми отца, отдавшего нам все, что только он мог, и злорадство недоброжелателей... Я не смог ответить спокойно и с резкостью, за которую мне всю жизнь стыдно, сказал, что останусь в доме с отцом, а она и все, кого она назвала (братья и сестра), вместе с ней могут уехать или уйти к ее брату. Я, демонстрируя решительность, дал понять, что не позволю им позорить отца.

Мать побледнела от сказанного мной, посмотрела на меня растерянно, обреченно, но, отворачиваясь от меня, с характерными ей убедительностью и решительностью, сказала: «Не думай, что это говоришь ты. Это говорит мое воспитание в тебе!» Сделав несколько шагов от меня и обернувшись, она, уже примирительно, сказала: «Я простила тебе за эти слова. Пусть и Бог простит тебя, как я». Позже мать поблагодарила меня за сказанное мной, призналась, что я предотвратил развод. Она не раз сокрушалась: «Что это на меня нашло... Черт попутал. Я чуть было не дала повода недоброжелателям посмеяться над нашей семьей».

Развода родителей не было, и конфликт огласки не получил.  Отец и мать в мире и согласии прожили все отпущенное им Богом оставшееся время.

Однако – при всем положительном исходе – у меня осталось раскаяние в обиде, которую я, в показавшейся тогда мне безвыходной ситуации, нанес матери.

 

Муслим Гайрбеков

 

Известный в республике актер и юрист Хучиев Адам рассказывал интересную историю. Он как-то поселился в одной из гостиниц г. Москвы и утром, в присутствии незаметно занимавшейся своим делом кастелянши, с одним из земляков обменялся несколькими фразами на чеченском языке.

Кастелянша, русская женщина в годах, внимательно посмотрела на них. Они извинились и спросили: «Мы что-то не так сделали?» Женщина ответила: «Нет, нет! – и спросила, – А вы чеченцы?» Хучиев ответил утвердительно. Женщина со слезами на глазах назвала номер гостиницы, в котором бывший председатель Совета Министров Чечено-Ингушской АССР Муслим Гайрбекович Гайрбеков постоянно останавливался и жил. Она свидетельствовала, что Гайрбеков был редкой интеллигентности и аккуратности человек. С ее слов, в комнате, в которой он жил, нельзя было вне мусорного ведра найти соринку, постель в его комнате всегда была аккуратно заправлена и невозможно было понять, спал на ней человек или нет. К обслуживающему персоналу гостиницы Гайрбеков относился уважительно, ко многим из постоянных работников обращался по имени и отчеству, знал дни рождения некоторых из них, отмечал их хотя бы символическими подарками.

Заканчивая свой рассказ, женщина сказала: «Первым чеченцем, которого мы узнали, был М.Г. Гайрбеков. Именно с ним мы связывали образ чеченца». После такой характеристики уважаемому и известному земляку, по словам Хучиева, он почувствовал признательность покойному Гайрбекову за доброе имя чеченца, оставленное им в сердцах людей иных национальностей. Хотелось быть достойным его и в гостинице хотелось вести себя на должном уровне.

...Я слушал Хучиева и вспомнил другой рассказ бывшего директора Чечено-Ингушского телевидения Ибрагима Джабирова о другом знаменитом чеченце, своеобразно заботившемся об имени чеченца в жесточайших условиях Великой Отечественной войны. На одной из встреч с Джабировым Герой Советского Союза Мовлид Алероевич Висаитов рассказал ему, что в тяжелые месяцы отступления – в начале войны – каждый раз, готовясь к бою, к атаке, к рейду в тыл врага, он тщательно мылся, брился, утюжил военную форму, до блеска начищал сапоги и душился одеколоном. Об этом знали все в полку. Если даже не сообщали о предстоящей атаке или бое, по тому, как командир прихорашивается, они знали, что готовиться следует и им.

Кто-то из видных полководцев прошедшей войны специально пригласил Висаитова к себе и спросил, почему он так поступает. Ответ раздосадовал его – Висаитов сказал, что он не хочет, чтобы – если его ранят или убьют – молоденькие медсестры видели его на поле боя неопрятным.

Джабирову Висаитов признался, что его ответ командующему был правдой, но не всей... С его слов, он не хотел, чтобы свои и враги видели его – чеченца – даже мертвым в недостойном виде. Многие из его боевых товарищей никого, кроме него, из чеченцев ранее не видели и не было надежды, что увидят в будущем. По нему они вынуждены были бы судить обо всем народе. Он был для личного состава примером для подражания, ежедневно демонстрируя порядочность, мужество, отвагу, исполнительность и организаторские способности. Важно не только то, что у Гайрбекова и Висаитова была воля трудиться ради доброго имени всех чеченцев, важно и то, что Бог дал им возможность исполнить свою волю, в разных условиях достойно представлять свой народ среди других народов. Такой «национализм» с большой буквы, когда представители разных народов соревнуются в проявлении лучших человеческих качеств, никому в многонациональном и многоконфессиональном государстве не помешал бы. В первую мировую войну, в царской армии, пример сформированной из представителей народов Северного Кавказа Дикой дивизии, в которой культивировался высокий дух соперничества в воинской взаимопомощи, удали, отваге и рыцарстве, подтвердил это на практике.

Жаль и обидно, что некоторые люди совершенно не беспокоятся о том, чтобы на их примере об их народе думали и говорили хорошо.

 

 

Исповедь горянки

 

По одному из расследуемых мной уголовных дел, читая характеризующий женщину-фигурантку материал, я заметил, что у нее 8 дочерей и только девятый ребенок – сын. Невольно пришло в голову, что муж этой женщины оказался терпеливым человеком, если, в ожидании рождения наследника-сына, он стойко перенес рождение женой («бракоделкой», как говорят в народе) такого числа девочек.

Я помнил, что многие из его знакомых, и не только чеченцы, очень расстраивались, получив сообщение о рождении и одной девочки. Похоже, женщина заметила на моем лице эту мысль и спросила: «Что-то не так?» Рассмеявшись, я объяснил, на что обратил внимание. Сказал ей, что ее муж достоин всяческих похвал, поскольку у него хватило терпения и он все же дождался рождения ею сына.

«Он этого не дождался», – с грустью в голосе ответила она, и рассказала свою – во многом характерную для чеченцев – историю. Они с мужем рассчитывали иметь четырех детей. Вместе с тем муж хотел сына, и, в ожидании сына, она рожала детей. Когда она родила восьмую дочь, муж в отчаянии сказал, что она оставляет его без наследника, а сестер – без брата, и он вынужден взять вторую жену.

При рождении девочки у чеченцев принято говорить: «Дай Бог, чтобы она была сестрой семи братьев». Когда такие слова произносятся при рождении второй и третьей дочери, они могут восприниматься как издевательства, но восемь раз – это уже садизм.

Жена почему-то не поняла чувств мужа, хотя любой, кто поставил бы себя на место мужчины, в общем-то, должен был его понять.

Последующее развитие событий показало, что нравы своих родственников мужчина знал лучше жены... Он действительно привел в дом вторую жену. Не прошло и года, вторая жена, к неописуемой радости мужа и к горю и досаде первой жены, родила долгожданного мальчика. Первая жена восприняла это как личную трагедию, подняла скандал и подала на мужа заявление в правоохранительные органы. Мужа, согласно законодательству того времени, осудили за двоеженство к реальному лишению свободы и отправили в колонию, где он заболел туберкулезом и, едва выйдя из тюрьмы, через некоторое умер.

Родственники второй жены забрали ее вместе с сыном домой и, недолго думая, выдали замуж за другого мужчину. Мальчик остался жить у деда по матери.

Как говорится, не успела на могиле покойного вырасти трава, как во двор вдовы бесцеремонно зашли сыновья деверя (брата мужа) и предложили освободить выморочный1, по их мнению, земельный участок их деда, на котором они хотят построить для себя жильё. Доводы бедной женщины о том, что у нее восемь дочерей из них только пятеро замужем, трем незамужним дочерям необходимо где-то жить, внукам необходимо куда-то приходить к бабушке, в счет не брались. Чеченская поговорка «Сестра без брата – птица без крыльев»  воплощалась в жизнь. Двоюродные братья ее дочерей начали хозяйничать во дворе, крушить ограду и делать разметку будущих строений. В довольно жестком советском государстве, где все права, казалось, были на стороне женщин, она столкнулась с абсолютной незащищенностью.

Женщина с плачем побежала к своему отцу – искать защиты. Рассказала ситуацию. Тот внимательно выслушал и объяснил, что у ее дочерей есть брат по отцу и, следовательно, по чеченским обычаям, двоюродные братья не могут претендовать ни на их дом, ни на земельный участок. Он посоветовал ей пойти к отцу бывшей соперницы (второй жены), объяснить положение и попросить, чтобы он отдал ей сына покойного мужа (брата ее дочерей).

Дед мальчика (отец второй жены) тоже внимательно выслушал ее, все понял и спокойно сказал, что понимает, что ей мальчик нужней, чем ему, и знает, что она и его сестры будут заботиться о нем лучше, и отдал своего внука его мачехе.

Женщина пришла домой с обретенным сыном, поставила его рядом с собой и, вооружившись тяпкой, потребовала от сыновей деверя немедленно покинуть ее подворье, поскольку у дома и земельного участка теперь есть мужчина-наследник.

Стоявший рядом с женщиной малыш-«мужчина-наследник» не понимал, что одним своим существованием он придал этой женщине неоспоримые преимущества и силу. Родственники «с претензиями» поняли свою неправоту и бесперспективность затеянного ими мероприятия – и молча покинули двор.

Завершая разговор со мной, женщина виновато промолвила: «Молодой человек, у меня не было большего несчастья, чем известие о рождении соперницей сына моему мужу... У меня нет большего счастья, чем то, что теперь у моих дочерей есть брат, который сохранит им отчий кров и при необходимости – в будущем – защитит их». Задумавшись, она добавила: «Иногда мы бываем не в состоянии сразу разобраться, что нам Бог дал – счастье или несчастье. Рождением этого мальчика ко мне, вопреки моему желанию и против моей воли, Аллах и бывший муж проявили великую милость».

Спорить с Божьей волей и разрушать едва налаживающееся благополучие в этой семье ни я, ни надзирающий прокурор не стали и уголовное дело по незначительному преступлению на «бракоделку» с легкой душой прекратили.

С того времени прошло почти тридцать лет. Я как-то вспомнил об этом случае и через знакомых поинтересовался, как сложилась судьба этой семьи: брат восьми сестер действительно стал достойным защитником и опорой для семьи...

1 - Имущество умершего считается выморочным, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования... ч. 1 ст. 1151 ГК РФ (Ред.).

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.