http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


Другое измерение Печать Email

Марем Нохчиева /Лена Астра/

 

Когда создатели имен

Знаменья миру даровали,

Совсем другие открывали

Мы измерения времен.

 

И узнавали мы подчас

Неведомое нам доселе:

Что расстояние до цели –

Мерило времени, не час!

 

Мерило времени – не год

И не столетье для усушки,

Оно сегодня – разворот

На вас пикирующей «Сушки».

 

Она выходит на вираж,

Но летчик медлит почему-то…

Уже минута – не минута,

А роковой хронометраж!

 

Одно мгновение… И два…

Цель… наведение…

центровка…

А под ногами – стометровка!

Мерило времени – подвал!!!

 

И как в раскрытое окно,

Грядет внезапно озаренье –

Что ЕСТЬ другое измеренье.

Только прицельное оно.

 

Январь, зима…

 

Опять зима и холод лютый,

И свет мерцающих огней…

Ко мне во сне приходят люди

Под мрак потерянных теней.

 

И между вымерших развалин

Идут, как призраки, они…

Здесь улиц нет и нет названий,

Одни неясные огни.

 

То в полутьме проходят мимо,

То возвращаются сюда,

Все закопченные от дома,

Как жертвы Страшного Суда.

 

Их век бесцелен и недолог.

Был Новый год… Позавчера…

А на дворе январский холод.

Вот только больше нет двора.

 

Как нет ни улиц, ни названий,

Одни неясные огни…

Кто там бредет среди развалин?

Да все они, они, они…

 

Их взгляд рассеян,

вид их странен.

Идут не люди, муляжи,

Туда, где теплится кострами

В подвалы загнанная жизнь.

 

Вторую ночь мне снятся люди.

Вторую ночь идут сюда…

Январь, зима. И холод лютый,

И пламень Страшного Суда.

 

Земля чеченская

 

Как больно мне за землю эту,

Войной истерзанную в прах.

И я кричу, но нет ответа,

Лишь эхо долгое в горах.

 

Лишь дождь заплачет

чуть потише,

Совсем как малое дитя.

А вдруг да кто-нибудь услышит?

Но нет, не слышат, не хотят.

 

Ведут убийственные споры,

Не зная истины одной:

Когда дрожат и стонут горы,

Неважно, кто тому виной.

 

И чья рука наносит рану,

Взрывая спрятанный фугас,

Неважно – поздно или рано

Воздастся каждому из нас.

 

Чечня, Чечня! С какою болью

Все эти годы ты жила.

Я твою землю бы собою

Закрыла, если бы могла.

 

Зов земли

 

О, сколько раз такое было,

Когда неистово и зло

Судьба тебя нещадно била,

Испытывая на излом.

 

Давила силою гранита,

Сжигала пламенем огня,

Но притяжением магнита

Звучал твой голос для меня.

 

То зов твоих далеких башен,

Застывших в грозной тишине;

Твоих лесов, лугов и пашен,

Орла, который в вышине

 

Парит свободно и беспечно;

И виноватых без вины

Людей, что сгинули навечно

В кровавом Молохе войны.

 

То голос памяти народной,

Переживающей года.

То – зов земли,

что быть свободной

Не перестанет никогда.

 

И я живу, ему внимая,

Через проклятия и тьму

Свой слабый голос поднимая

Навстречу зову твоему.

 

*   *   *

Над Грозным – небо голубое,

Застыло солнце в вышине.

Пусть много здесь еще собою

Напоминает о войне.

 

Но вижу я другие лица,

Другое время на часах.

На главной улице столицы –

Дома в строительных лесах.

 

А где вчера еще гремели

Бои снаружи и внутри –

Там снова высажены ели,

Стоят,

красуясь, фонари…

 

И, позади оставив беды,

Даря нам яркие огни,

Опять живет проспект Победы –

Частица будущей Чечни.

 

Пусть это мелочь, скажет некто,

Но, может быть,

для всей страны

Прошла по этому проспекту

Граница мира и войны.

 

Верь, Чечня!

 

Трав твоих весенних колыханье,

Быстрых рек прозрачная вода,

Гор высоких чистое дыханье

Знаю, не прервется никогда.

 

Ты войны пожар переносила

Много раз, но в пламени его

Не иссякли мужество и сила

Гордого народа твоего.

 

Вступит в жизнь

другое поколенье.

Но, какой бы ни была она,

Никогда не встанет на колени,

Не уронит честь твою вайнах.

 

Верь, Чечня!

Возвыситься ты сможешь,

Боль своих утрат преодолев.

Но сейчас нужнее и дороже

Мир твоей израненной  земле.

 

Берегите землю эту, люди,

Гор ее отраду и покой.

Потому что нет, да и не будет,

У чеченцев родины другой.

 

*   *   *

Земля моя.

Здесь пиков горных

Не достигают облака.

Лишь родовые башни гордо

Застыли, глядя свысока.

 

Как неприступные твердыни

На грани неба и земли,

Они от века и доныне

Народ свободный берегли.

 

И день, и ночь они молчали.

Но, если грянула беда,

Те башни первыми встречали

Врага коварного всегда.

 

Давно костры сторожевые

Не освещают их глазниц.

Но смотрят башни, как живые,

На нас сквозь прорези бойниц.

 

Стоять их стены не устали,

Крепки, как прежде.

Но они

Увы, бессильны против стали

И огнедышащей брони…

 

Безмолвны стражи родовые.

На стенах, видевших века,

Застыли капли дождевые,

Как будто слезы на щеках.

 

*   *   *

И тело, и душа –

сплошная рана.

В глазах застыла

грозненская ночь…

Ты смотришь на меня

с телеэкрана,

А я не знаю, чем тебе помочь.

 

Белеющая в сумраке накидка

И пляшущие тени на стене…

Преступница ты

или же шахидка –

Судить о том, наверное, не мне.

 

Ты, пламенем последним

догорая,

Похожа на угасшую свечу.

А я, бессильно слезы утирая,

Слова тебе прощальные шепчу.

 

Ну, вот и все…

Пугающе спокойны

Твои глаза.

В полночной тишине

Я проклинаю

все на свете войны.

Чеченские –

будь прокляты вдвойне.

 

Разделяя тишину

 

Уже который час,

как с Грозным связи нету.

И надо бы уснуть,

да где же этот сон!

Я в поисках сети,

как в поисках ответа,

Наверно, в сотый раз

терзаю телефон.

 

Там, на другом краю

застывшего эфира,

Я чувствую тебя,

тепло твоей руки,

Но слышу лишь одно:

как из другого мира,

Идут из пустоты

короткие гудки.

 

А с Грозным связи нет.

И заменить мне нечем

Умолкнувшую вдруг

эфирную волну.

Не можем разделить с тобой

мы этот вечер,

Ну что ж, давай тогда

разделим тишину.

 

*   *   *

Не знаю, как это случилось, -

Во сне, а может, наяву,

Я словно в море очутилась,

Я в море глаз твоих плыву.

 

Они изменчивы так часто,

Глядят порой не на меня…

А в них – то ожиданье счастья,

То скука сумрачного дня.

 

В них то вопросы, то советы,

То равнодушье,

то любовь.

Мне их безмолвные ответы

Красноречивей всяких слов.

 

Ни боль, ни радость –

нет, не скроешь,

Все по глазам твоим пойму.

А если у меня ты спросишь,

Тебе отвечу – почему.

 

Я не грешила ворожбою,

К чему заклятия творить.

Моя душа с твоей душою

Без слов умеет говорить.

 

*    *   *

Где спят скалистые утесы,

Где даже птицы не живут,

Есть одинокая береза,

Что люди каменной зовут.

 

Не могут северные ветры

Ее согнуть и сокрушить.

Хоть сломано немало веток,

Она все продолжает жить.

 

И я березу ту спросила:

- Откуда, дерево, в тебе

Взялась невиданная сила

Сопротивления судьбе?

 

Когда не видно света боле,

Когда поломана душа,

А от невыразимой боли

Уже не можешь ты дышать,

 

Не лучше ли покончить разом,

Пусть вырвет с корнем, унесет

Из мира подлости и грязи,

Одно мгновение – и все.

 

Но мне береза отвечала:

- Как я держусь,

так ты держись.

Здесь, на холодных этих скалах

Я утверждаю веру в жизнь.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.