http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


МИССИЯ МИРА Печать Email

 

Л.К.: Мы решили просто еще раз напечатать вещи Наташи, опубликованные нами ранее - небольшую заметку о Неделе Мира, проходившей в Бельгии, и трогательную сказку о наивной маленькой Вишенке, обретшей, через познание смерти, удивительную истину о бесконечности Жизни...

Наталья могла бы стать прекрасным писателем...

Но судьба распорядилась иначе.

 

Наталья Эстемирова

 

(путевые заметки)

 

На берегу Шхельды  было холодно. Ветер вырывал из рук зонтики, но флаги всех цветов радуги отчаянно спорили с серыми тучами, нависшими над Антверпеном. Русоволосая фламандка, загадочно улыбаясь, пела песни средневековых менестрелей. Звуки взлетали к островерхим крышам, смешивались с дождем и падали, струясь между камнями мостовых.

Погода нас все-таки сильно подвела, открытие Недели  мира было малолюдным, большинство -  женщины. В этом году Неделя проходила под девизом «Женщины как сила мира». Проводила Неделю  организация  «Пакс Кристи Фландрия» («Католики Фландрии за мир»). Фландрия - это одна из двух крупных частей Бельгии, люди здесь говорят на фламандском языке, диалекте нидерландского. «Пакс Кристи Фландрия» - это часть большой европейской организации «Пакс Кристи».  Родилась эта организация через несколько лет после войны, но теперь ее члены живут не только в Европе и являются не только католиками по вероисповеданию, в ее рядах есть даже мусульмане и атеисты... Потому  что главное слово в названии не «католики», а «мир». В Антверпене офис организации располагается в мужском монастыре, некоторые монахи являются ее активными членами и даже входят в руководство. Одна из руководителей - Аннемари Гелен - является также переводчицей. Она свободно говорит на нескольких языках, но название Недели переводит на русский забавно: «Сильные женщины мира». Нас, сильных женщин, смогло приехать пятеро: Николь из Северной Ирландии, Мари-Жан из Бурунди, Клодин из Конго, Бахья из Палестины и я из Чечни. Мы представляем страны, где знают цену миру. Николь всего двадцать два. Она не помнит дней, когда из Ольстера каждый день приходили сообщения о новых взрывах, там удалось решить главные противоречия между католиками и протестантами. Теперь к каждому сообщению о взрывах прислушиваемся мы с Бахьей. Она не похожа на тех палестинок, которых мы видим на траурных митингах после очередного обстрела израильской артиллерии. Вместо длинного платья – брюки, голова, с короткой, почти мальчишеской, стрижкой, не покрыта платком. Но в глазах ее горечь, перед которой блекнут самые темные одежды. Своих двоих детей она растит одна, муж погиб. А  ее мучает постоянная тревога за их судьбу.

Самая веселая из нас, Клодин, признается, что ей было страшно ехать в Бельгию. Несколько десятилетий прошло с тех пор, как ее родина Конго стала независимой, но страх перед европейцами-колонизаторами не покинул многих до сих пор. Но вот когда она выступала перед сенаторами Бельгии, никакого страха уже не чувствовалось. Они с Мари-Жан очень убедительно говорили об ответственности метрополии перед бывшими колониями. Оттуда вывезены немалые богатства. Магазины квартала Де Бирсов в Антверпене искрятся алмазами, вывезенными из Африки. А сколько африканцев погублено захватнической политикой европейцев! Теперь они гибнут в межэтнических конфликтах, наладить жизнь нелегко. Женщины передают пожелание своих правительств, чтобы офицеры полиции из их стран проходили обучение в Бельгии. Клодин говорит горячо, Мари-Жан - спокойно и убедительно. Она монахиня, у себя в Бурунди она занимается помощью самым обездоленным. Неожиданно оказывается, что слово «Чечня» ей знакомо. Так называется один из районов столицы ее страны, Бужумбуры. Ничего приятного для нас в этом нет, район этот - бандитский, название свое он получил в 1995 году. Да, клеймо бандитов и террористов чеченцы носят не только в России. Вся поездка для меня проходила под знаком Беслана. Наши бывшие соотечественники жаловались, что некоторые соседи-бельгийцы изменили к ним отношение после теракта. Сколько раз мне приходилось слышать вопрос:

- А что вы чувствовали, когда террористы захватили школу?

Что мы чувствовали?! Да то же самое, что все люди в мире, только гораздо острее! Ведь мы сами сидели с детьми под бомбежками, нигде в мире нет столько малолетних инвалидов, сколько у нас, а сколько жизней маленьких жителей Чечни унесено двумя войнами, никто и не подсчитывал.  Мир содрогнулся, услышав о трагедии Беслана. Чудовищная гибель школьников стала личным горем для многих людей, и не слышавших до этого об Осетии. Это правильно. Но почему тот же мир так и не услышал о гибели пятерых малышей, накрытых авиабомбой в горах Чечни?! Неужели великое, самое человеческое изо всех чувств -  чувство жалости - тоже зависит от политиков?! Почему мы, испытавшие боль и страх за невинных жертв нелюдей, должны были испытать и страх за то, что обвинят в этом нас?

Я говорила об этом в Европарламенте и Сенате Бельгии, в школах, на маленьких собраниях бельгийцев, которые, в отличие от россиян, интересуются тем, что происходит в мире, даже дожив до глубокой старости.

Не могу себе представить, чтоб я говорила о чеченской беде в российской школе. А там, в Бельгии, я вновь, впервые с тех пор, как в 1998 году покинула школу, почувствовала высокую ответственность учителя за слово, произнесенное перед детьми.  Разные это были дети: учащиеся профтехучилищ, ученики сельских и элитных городских школ. Они по-разному вели себя во дворе школы, по-разному входили в класс, но как только я начинала говорить, эта разница исчезала. Я говорила о жизни их сверстников в Чечне, о том, как много у наших ребят общих интересов с ними и как много разного в образе жизни. Ребята слушали очень внимательно, несмотря на то, что говорить я могла только через переводчика, а моя русская речь звучала для них странно и поначалу смешно. Они входили по-разному, но выходили одинаково -  задумавшись. Я видела - будь перед ними их ровесник, им было бы о чем поговорить.

Неделя Мира завершилась гигантским шествием. Люди, приехавшие в Брюссель из разных городов и сел Бельгии, прошли маршем от Северного к Южному вокзалу. Великолепное это было шествие: все расцвеченное радужными флагами мира, шариками, яркими транспарантами и наклейками с веселыми рожицами на одежде, на щеках, на лбу. Потому что в основном это были подростки. Но были и сенаторы, и чиновники из миграционной службы. Потому что там, в Европе, не стыдно желать мира. Там стыдно призывать к войне.

Цветы, подаренные мне в Брюсселе, я привезла в Грозный. И они еще неделю стояли на окне, с удивлением глядя на бедный мой город, для которого Мир - пока - только мечта.

 

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.