http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


Нана Печать Email

Ахъяд Садулаев

 

(Быль)

 

 

Далеко-далеко, в бескрайней степи Южного Казахстана, затерялся казахский аул Кзыл-Дала. Аул небольшой, всего дворов тридцать. В Кзыл-Дале нет улиц, глинобитные домики выстроены безо всякого плана и порядка – кто как захотел. И лишь одно строение стоит словно бы особняком – барак, в котором живут ссыльные чеченцы. Хоть и стоит он посреди аула, а кажется – отдельно… И даже тропинки, что, переплетаясь, змеятся по всему аулу, словно бы сторонятся его, боязливо оббегая стороной…

Кругом аула уныло бродят, щипля жесткую траву, ослы, отара коз и небольшой табун верблюдов. Через аул проходит дорога, по которой передвигается – в основном – гужевой транспорт, и лишь редко – автомобильный. Никакого покрытия, даже гравийного, дорога не имеет, а потому при интенсивном (по местным меркам) движении, особенно в ветреную погоду, аул становится невидимым из-за облаков пыли.

Летом дожди в большинстве случаев обходят Кзыл-Далу стороной, и к середине июля степь выгорает. Единственный колодец, который обеспечивает аульчан и животных студеной, чистой, как слеза, водой, находится у самой околицы. Неподалеку, севернее аула, на горбатом холмике, что издалека виден в гладкой, как ладонь, казахской степи, находится кладбище, которое основали ссыльные чеченцы. Только здесь «враги народа» обретали покой, только сюда спецпереселенцы переселялись без разрешения коменданта.

В ауле нет электричества, нет клуба, из культурно-просветительских учреждений – только школа-четырехлетка. Если летом аул страдал от жары, то зимой его терзали лютые морозы, ледяные ветра. Нередко здесь случались снежные бури, и тогда жизнь в Кзыл-Дале замирала, отменялись занятия в школе, люди вообще старались лишний раз не выходить из домов. Порой приходилось ждать две-три недели, пока стихнет ветер, спадут морозы…

Чеченцы, как и многие другие народы, по велению «великого вождя» в одночасье ставшие «врагами народа», оказались лишены не только родины – они были лишены права на жизнь… Холод, голод и болезни косили людей тысячами. Истощенных до предела людей заставляли выполнять самую тяжелую работу, причем работали люди на трудодни, оплата за которые производилась зерном следующего урожая. Многие до этого урожая не доживали… Даже будучи сосланы в далекие степи, «враги народа» постоянно находились под неусыпным оком спецкомендатуры – чеченцам, без специального разрешения коменданта, не разрешалось покидать пределы своего населенного пункта. Нарушителям грозила каторга. Скотина, бродившая в степи, и та имела больше свободы…

Сыновья Хадижат тоже лежали на этом кладбище. В течение трех лет, одного за другим, она схоронила троих сыновей – Озда, Берса и Сайхана. Остался у нее один единственный сын – Ахъяд. Так вот им, Хадижат и Ахъяду, можно сказать, повезло. В  бараке, а точнее, в старом колхозном сарае, где раньше держали скот, в ужасных условиях ютились сотни чеченцев, а Хадишат, когда она совсем ослабла от болезни, вместе с сыном разрешили поселиться в старом саманном домике. Домишко этот, глядевший на свет божий всего одним оконцем, совсем врос в землю, что, наверное, и спасало его, не позволяя стенам совсем развалиться. Во дворе – ни забора, ни сарая, только крохотная землянка для кур. Кур было всего четыре, да еще петух.  Кур берегли, так как яйца, что они несли – ценный приварок к столу. Пятнадцатилетний Ахъяд, сын Хадижат, и за матерью больной ухаживал, и по хозяйству справлялся: воды натаскать, курей покормить, курятник почистить…Летом и ранней осенью он, вместе с теми из обитателей барака, кто в силах был еще двигаться, пропадал на полях – собирали оставшиеся после жатвы колоски. На учебу времени оставалось совсем мало, хоть и любил Ахъяд учиться, и способности были. Хадижат, которая ласково называла Ахъяда Аяди, гордилась сыном, все переживала, что тяжело ему одному со всем справляться, что она ему помочь не может.

– Аяди, а Аяди! – с трудом позвала больная Хадишат однажды вечером. – Как там наши куры, собаки не потаскали?

– Не потаскали, нана, не волнуйся, – ответил Ахъяд, подметая земляной пол в комнатушке.

– Вот бы, Аяди, петуха зарезать завтра, а? – тихо сказала Хадишат. – Попроси соседа, пусть он петуха зарежет. Что же ты целую неделю сидишь почти без еды, последнюю корку и ту мне отдаешь?!

- Хорошо, нана… Завтра к обеду будет вкусный куриный бульон, и ты обязательно поправишься, сан нана (моя мама).

Хадишат ничего не ответила, лишь только тяжело вздохнула. Глядя на ее изможденное лицо, испещренное глубокими морщинами, вряд ли кто-нибудь поверил бы, что ей всего 40 лет. Двадцатый день лежала она на соломенном матраце, и сил в ее тщедушном теле оставалось все меньше. Первый раз надорвалось ее сердце в день, когда похоронила она первого сына. С тех пор боль в левой груди не давала ей покоя, порой схватывало так, что в глазах темнело. Местный лекарь-казах дал ей отвар из трав, вроде помогало немного, но ненадолго. Однако держалась она, молила Аллаха, чтобы дал ей сил – не для себя просила, боялась, что Ахъяд пропадет без нее.  А вот двадцать дней назад как слегла, так и не смогла подняться. Ахъяд каждый кусок хлеба, который удавалось достать, нес матери, но она почти ничего не ела – так, пожует корочку черного ячменного хлеба, попьет воды – и все. Исхудавшие руки ее напоминали тонкие сухие веточки, на бледном заострившемся лице лихорадочным блеском горели глаза. Ахъяд видел, что мать угасает на глазах, и от сознания того, что он бессилен ей помочь, сердце его разрывалось. Он готовил ей травяные отвары, часами сидел рядом с ней, гладя ее лоб, щеки, все подбадривал ее…

…Стояли последние дни второй декады августа. Несмотря на то, что солнце палило нещадно, все трудоспособные жители аула целый день пропадали в полях, собирая оставшиеся  после жатвы колоски. Дома оставались только немощные старики да малые дети.

…Хадишат угасала. Уже третий день она не притрагивалась к еде, даже глоток воды давался ей с трудом. Ахъяд, в отчаянии обхватив голову руками, сидел у постели матери.

– Нана, поправляйся, пожалуйста, прошу тебя, – ласково обращался он к ней. – Нана, я сейчас сбегаю к знахарю, приведу его сюда, он посмотрит тебя и сделает новый отвар, еще лучше прежнего. Он тебе обязательно поможет. Я попрошу тетю Айшат, она посидит с тобой, пока я не вернусь…

- Думаешь, поможет он мне? – тихо спросила Хадишат.

- Конечно, поможет, обязательно, вот увидишь!

- Ну, хорошо, сынок, я буду ждать тебя…Аяди, будь осторожен, береги себя, а за меня не переживай, тетя Айшат посмотрит за мной, – постаралась улыбнуться Хадижат

– Я мигом, нана! – рванулся с места Ахъяд.

Знахарь жил на другом конце аулу. Ахъяд бежал изо всех сил, молясь о том, чтобы знахарь был дома. Но когда он, запыхавшийся, подошел к дому, сердце его упало – на двери висел замок. «Видимо, отправился лечить кого-то из аульчан», – подумал Ахъяд и побежал по соседям…

Солнце клонилось к закату. Ахъяд долго бегал по аулу в поисках знахаря, пока кто-то из соседей не сказал ему, что за знахарем прислали подводу из соседнего аула и он отправился туда, навестить больного. От отчаяния Ахъяд готов был заплакать.

Подходя к своему дому, Ахъяд увидел, что во дворе толпятся люди. Ахъяд вглядывался в их лица, пытаясь понять, что происходит.

– Ахъяд, почему тебя так долго не было? – встретил его вопросом Хасан, дальний родственник по отцу.

– Я искал знахаря, Хасан, но его нет в ауле, – опустив голову, тихо ответил Ахъяд.

– Не нужен больше знахарь. Будь сильным, Ахъяд, – перестало биться сердце твоей матери. Дала гечдойла цунна, – проговорил Хасан.

– Что ты говоришь, Хасан, не может быть. Она же обещала мне, что будет ждать, не может этого быть, – глотая слезы, повторял Ахъяд...

С тех пор минуло более полувека. Сегодня Ахъяд – семидесятилетний старик, но по прежнему свежа в его памяти та траурная дата – 18 августа 1954 года, день, когда не стало его наны… С годами зарастают ковылем могильные холмы в далеких казахских степях, но не затягиваются раны в сердцах людей, по злой воле зверя в человеческом обличье потерявших самое дорогое…

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.