Для восстановления архива, сгоревшего в результате теракта 04.12.2014г., редакция выкупает номера журнала за последние годы.
http://www.nana-journal.ru

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН

Пресс-эстафета "ЧР - ДОМ ДРУЖБЫ"


Певец милосердия и добра. Слово о чеченском поэте Ибрагиме Юсупове Печать Email

Абу-Хусайн Шамилев, лит. критик

Если вы натура возвышенная и готовы вместе с автором разделить его творческие чаяния и порывы, прикоснуться к чистому сплаву его дум и стремлений или глубоко вникнуть в романтическое восприятие поэтом окружающего нас мира, то я более чем уверен, что вас заинтересуют стихи Ибрагима Юсупова. Ибрагим Юсупов – представитель поколения чеченских поэтов конца 70-х – начала 80-х годов XX века. Он был членом литературного объединения «Пхьармат» («Прометей»), который стал своеобразной кузницей литературных талантов республики.

 

В те годы литературная жизнь в Чечено-Ингушетии была на подъёме. Ежегодно проводились различные творческие состязания, среди которых наиболее престижным был конкурс имени Саида Бадуева – основоположника чеченской советской литературы. Ибрагим Юсупов несколько раз становился его лауреатом.

Если сегодня в своих стихах Ибрагим предстает перед нами так чисто и образно пишущим на чеченском языке, то в этом, безусловно, заслуга его матери, простой чеченки, привившей ему любовь к родному языку.

Низкий поклон нашим матерям: ведь таким образом, они, возможно, сами того не подозревая, способствовали сохранению ментальной идентичности чеченского народа. Рассказы матери и отца о депортации чеченского народа откладывались в памяти Ибрагима ещё с детских и отроческих лет. Родившийся на чужбине, он силой своего поэтического мироощущения старался представить себе те тяжёлые годы.

Ибрагим словно заново переживал горе своих многострадальных соплеменников, их нищету и бесправие, голод и холод в далёкой ссылке…

 

Баркалла, со нохчи кхолларна, Дела!

Ахь дIа ца дайтарна нохчаллин доь.

Лаьттина, лаьттар ю, лаьтта цундела

Маршонан гIап хилла сан Нохчийчоь!

Спасибо, Всевышний, что Ты сотворил меня чеченцем!

Что Ты не дал чеченскости пропасть без вести.

Стояла, стоит и будет стоять,

Как крепость свободы, моя Чечня!

(Здесь и далее подстрочные переводы

выполнены автором данной статьи – А.-Х. Ш.)

Приведенная выше цитата является, на мой взгляд, лейтмотивом ко всему творчеству Ибрагима Юсупова, ко всей его жизни.

Я помню улыбчивого, любознательного и общительного паренька из села Хаттуни (Хоттане) Веденского района Чечено-Ингушской АССР. Мне посчастливилось близко общаться с ним вплоть до самой его трагической гибели. Он часто приходил ко мне с толстым блокнотом своих стихов и с неподдельным воодушевлением читал их мне. Очень часто я бывал самым первым его слушателем и читателем. Он очень дорожил моим мнением...

Он знал, что я пишу критические статьи по чеченской литературе, и ему как поэту было небезразлично мое мнение. И, конечно, я старался, по мере возможности, сразу же дать объективную оценку его стихам, как говорится, «по горячим следам».

Я в своих статьях о чеченских литераторах несколько раз писал об Ибрагиме Юсупове как об очень интересном молодом поэте и предрекал ему большое будущее. Я ошибся только во времени, отпущенном ему Всевышним. А вот глубинную суть его творчества я ещё в те годы определил в верном направлении. И сегодня со всей ответственностью могу повторить, что без этого юноши, безвременно ушедшего от нас, чеченская литература была бы беднее на одного талантливого поэта.

О чём только ни писал Ибрагим! Но главным образом – о любви к Чечне, родной матери, природе, и это святое чувство росло в его душе.

Писать он начал со школьных лет. А своё первое стихотворение опубликовал в Веденской районной газете «Колхозан дахар» («Колхозная жизнь») в 1972 году, в возрасте 14 лет.

Я до сих пор помню наизусть одно из его первых опубликованных стихотворений:

 

Шуьйрра делладеди бIаьргаш ненан,

Со цIеххьана кхачарх яьлла цец и.

Цу бIаьргаш чохь бац-кха цхьа а кхерам.

Цу бIаьргаш чохь хазахетарш севци.

Ненан б1аьргаш дац-кха хIинца гIийла ...

Цу бIаьргаш чохь – ирс ду, доцуш доза.

Цу бIаьргаш чохь – цIена, даккхий, сирла

Iежаш санна, хазахетарш кхозу.

Широко раскрылись глаза матери,

Нежданным моим приездом удивленной.

В этих глазах уже не прячутся опасения,

В этих глазах поселилась радость.

Глаза матери теперь не печалятся.

В этих глазах – счастье безграничное.

В этих глазах теперь зреют радости,

Как большие, чистые и светлые яблоки.

 

Ибрагим Юсупов родился 10 ноября 1958 года в семье депортированных чеченцев Мовсара и Пусы (родом из села Хаттуни Веденского района ЧИ АССР). Семья жила тогда в совхозе им. Кирова Майского района Павлодарской области Казахской ССР.

Осенью 1960 года, двухлетним младенцем, он был привезён родителями на историческую родину. В июне 1977 года с отличием окончил Хаттунинскую среднюю школу Веденского района. Во время учёбы в школе сотрудничал, в качестве внештатного корреспондента, с республиканскими газетами «Ленинан некъ» («Ленинский путь»), «Комсомольское племя». А с «районкой» «Колхозан дахар» у Ибрагима сложилось особо тесное творческое содружество: сразу после окончания Ибрагимом школы, главный редактор газеты пригласил его на работу в качестве штатного литературного сотрудника. Весной 1978 года Ибрагим был призван на действительную военную службу в Советской Армии. Два года служил на острове Сахалин (Сахалинская область, Смирныховский район, с. Победино). Весной 1980 года вернулся домой и продолжил работу в качестве старшего литсотрудника в той же газете «Колхозная жизнь». Готовился поступать в Литературный институт им. М. Горького в Москве, в мае 1982 года успешно прошёл творческий конкурс, в августе должен был сдавать вступительные экзамены. Но 27 июля 1982 года жизнь Ибрагима трагически оборвалась в Казахстане (Актюбинская область, Хобдинский район, пос. Талдысай). Похоронен в родовом селе Хаттуни.

Ибрагим был всегда у всех на виду. Общительный, доброжелательный, он находил общий язык со всеми. Работа в «районке» была для него большим подспорьем в плане близкого знакомства с традициями, обычаями, культурой своего народа; она обогатила его разнообразными впечатлениями и познаниями, которые затем легли в основу его стихов.

 

Iаьно сайна ваIда делча лош а, шаш а дала,

Хьожур вара ломан бохь со айбан генна хьала.

Нагахь санна, сайгахь сийна хIаваъ хилча шортта,

ГIур вара со анайистан доза тIеттIа шордан.

Аса-м, тIулгаш лехьош хи тIехь йинчу массо хьерахь,

Махкахь алсам доккхур дара дедайн бIаьвнийн терахь.

Хьун кхио сайн таро хилча, йоцуш пепнийн къелла,

Цунна уллехь юьллур яра ас цхьа нохчийн эвла.

Хенан иэсехь дIа ца дойтуш йолуш йолчун доь а,

Лаьттахь ас дIахIоттор яра кхин цхьа Нохчийчоь а.

Если б зима обещала дать мне снега и льда,

Я поднял бы ещё выше снежную вершину горы.

Если бы у меня было больше синего воздуха,

Я пошёл бы к горизонту, чтоб расширить границы мира.

Я, собирая камни у всех водяных мельниц,

Умножил бы в родном краю число башен предков.

Если бы я мог вырастить лес из чинар,

Я на его опушке основал бы чеченское село.

Не давая стереться в памяти веков ныне существующей,

Я бы создал на планете ещё одну Чечню.

Удивительная мелодичность его стихов наполняет животворной энергией душу каждого, кто соприкасается с его Поэзией. И в какие бы просторы ни уводили нас они, кажется, что его беспокойная душа все время терпеливо беседует с нами, волнуя, рождая в наших сердцах глубокое сопереживание.

 

Говрашна го, вайна санна, гIенаш:

Сирла Iуьйре, шайн бергаш тIехь тхи,

Шайн баккъаш тIе шийла догIа Iенаш,

Сийна бецаш, дедда доьду хи.

Говрашна го, вайна санна, гIенаш:

Кхесаш шаръеш, хьоькху къоьжа мох,

Хоттах дуьзна боьха, доьхна некъаш,

ТIекIелтоьхна аьхна аре, нох…

Лошадям, как и нам, снятся сны:

Светлое утро, роса на их копытах,

Холодный дождь, стекающий по крупам,

Зелёные травы, прочь бегущая река.

Лошадям, как и нам, снятся сны:

Седой ветер, расчёсывающий гривы,

Заполненные грязью, разбитые дороги,

Взгорбленное пахотой поле, плуг…

 

Все-таки, подлинный поэт – личность, по большому счёту, неординарная. Аллах дает ему определенный дар, а он, в свою очередь, ободряет разочаровавшихся, укрепляя их надломленный дух, призывая их продолжать жить во имя любви и счастья, даже если для этого необходимо пройти через определенные муки и страдания.

Стихи Ибрагима Юсупова читаются «запоем», и если вы ещё не знакомы с ними, то я вас поздравляю с тем, что у вас теперь появилась возможность припасть к чистому роднику его Поэзии. Если читателю для выражения своих чувств иногда не хватает слов, он всегда ищет в стихах понравившегося ему поэта именно те слова, которые помогают ему в его мировосприятии, любви, жизни. И, когда он находит их, то его душу охватывает ни с чем несравнимый восторг, потому что душевные, как будто обласканные весенним ветром, слова очаровывают его воображение, открывая в нем самые заветные и скрытые ресурсы.

Данное мое высказывание с полным основанием можно отнести и к творчеству Ибрагима Юсупова. Ибрагиму, можно сказать, повезло в самом начале его творческого пути. Он тесно общался с известными чеченскими писателями и поэтами, советы которых ему очень помогали.

В конце 70-х – начале 80-х годов в Веденском районе ЧИ АССР сложилась целая плеяда талантливых поэтов: Мусбек Кибиев, Юсуп Сулейманов, Юсуп Яралиев, Шаарани Хасаров, Саид Гацаев, Ильман Юсупов, Султан Яшуркаев. Первые четверо работали вместе с Ибрагимом в газете «Колхозан дахар», а остальные были частыми гостями редакции.

Замечательный поэт Шайхи Арсанукаев, уроженец села Дишни-Ведено, который тогда жил в Грозном и работал редактором литературно-художественного альманаха «Орга» («Аргун»), всегда находил время для визита в редакцию газеты «Колхозан дахар», где когда-то сам работал.

Желанными гостями редакции были и другие известные писатели – выходцы из Веденского района: Зайнди Муталибов (Хаттуни), Билал Саидов (Махкеты), Хамзат Саракаев (Ведено).

При районной газете «Колхозная жизнь» в то время действовало литературное объединение для начинающих литераторов, которое возглавлял поэт Юсуп Сулейманов, и поэты-земляки помогали ему в воспитании новых дарований.

Каждый месяц выпускалась «Литературная страница» («Литературни агIо») газеты. Не удивительно, что своими литературными наставниками Ибрагим считал Шайхи Арсанукаева и своего старшего брата Ильмана.

Ибрагим Юсупов был очень порывистым и непосредственным человеком. Односельчане любили его за прямодушие, честность... Он никогда не проходил мимо чужой беды. К нему отовсюду шли люди со своими радостями и бедами, несмотря на его молодость. Его беспокойная деятельная натура не позволяла ему засиживаться в четырех стенах, и журналистские пути-дороги постоянно обогащали его жизненным опытом.

...И, конечно, он самозабвенно продолжал писать стихи.

 

Сан иллеш, даим а Нохчийчохь дисалаш,

Махкана тешаме олхазарш хилий.

Оьздачу жатташна юккъера кхиссалаш

Къомана петоха мел гIерта илли.

Песни мои, всегда оставайтесь в Чечне,

Словно Родине верные птицы.

Не допустите в гущу своих благородных стай

Песен, которые пренебрегают моим народом.

Ибрагим был беззаветно влюблён в Чечню:

 

Сахалин гIайренах хьаьрчича дохк,

Нохчийчоь, хьо даим го суна гIенах.

Тарло хьо суна сайн хьомечу ненах.

Хьо марша богIийла, сан хьоме мохк!

Ас хьуна гIуллакхдеш баийна гош.

Доьху хьоь, беш суна, дас санна, хьехам,

Аттачу баккха сан ойланийн лехам.

Со цкъа а виц ца ван луо суна дош.

Ас байтийн дилханах огур ду и,

Хаийта сайн кхоллам буй хьуна муьтIахь…

Мох-дарцаш хьекхарх кху гIайренан уьйтIахь,

ГIорор дац хьоь болчу безаман хи.

Когда туман обнимает остров Сахалин,

Чечня, ты всегда приходишь ко мне во сне.

Ты мне кажешься моей родной матерью.

Здравствуй, моя родная страна!

Служа тебе, я истёр свои колени.

Прошу тебя, одаривая меня, словно отец, советом,

Сделай безболезненными мои искания.

Дай слово, что не предашь меня забвению.

Я выгравирую его на плоти своих песен,

Чтоб доказать, что моя судьба тебе покорна...

Как бы ни мели метели на просторах этого острова,

Они не покроют льдом родник моей любви к тебе.

Через судьбу поэта проходят все страдания и беды родного народа. Конечно, страданий чеченцам хватило через край, их хватит и на все грядущие времена... Может быть, и хорошо, что Ибрагиму не было суждено узнать о той беде, которая постигла его любимую Родину в 90-е... Аллах оградил от созерцания тотального геноцида родного народа…

Чеченцы, разумеется, никогда не сидели сложа руки. В мирные годы, которые, скорее всего, были больше похожи на временные антракты между войнами, они созидали, не предаваясь трагическим воспоминаниям. А когда враг шёл на них войной, отвечали адекватными действиями.

Короткая жизнь Ибрагима уложилась как раз в одну из таких «мирных передышек» в бесконечных испытаниях его народа... И он писал стихи, воспевающие созидательную жизнь.

 

Боллан дитт ду даккха гIерташ заза.

Ловсарбоьлла хьуьнчу боьду некъ.

Керла бIаьсте йогIуш ю цхьа хаза,

Зезагашлахь йоьлуш, суна тIе.

Метта буьххьехь дешнаш меттах дуьйлу,

Хьалхе къовса бIаьсте хастаеш.

ТIуьнчу лаьтто маьлхан зIаьнарш муьйлу.

Човкарчий а хьийза, баннаш деш.

Юьртахой бу аха бохкуш кханнехь,

Уьш керташкахь нахарш хьедеш го.

Тийналлино шен гуш йоцчу канахь

Сатийсамна хIаваъ мийладо.

Вишнёвое дерево собирается зацвести.

Чуть подсохла тропинка, ведущая в лес.

Новая весна наступает так красиво,

Смеясь, в цветах, она приходит ко мне.

На кончике моего языка вовсю резвятся слова,

Чтоб оспорить первенство в восхвалении весны.

Влажная земля впитывает в себя солнечные лучи.

Грачи день-деньской заняты строительством гнёзд.

Сельчане готовятся завтра выйти на пахоту,

В своих подворьях они достают свои плуги.

Тишина из своей невидимой горсти

Мечту ароматным воздухом поит.

 

В данной статье я, в основном, цитирую стихи Ибрагима Юсупова, опубликованные в коллективном сборнике «Даймехкан мукъамаш» («Напевы Родины»), а также в посмертных авторских сборниках «ГIаргIулийн назма» («Журавлиная песня») и «Седарчийн абат» («Звёздная азбука»).

Ибрагим при жизни не издал отдельного авторского сборника, но много публиковался в периодической республиканской печати и альманахе «Орга», не говоря уже о родной «районке».

В 1980 году Ибрагим сдал в Чечено-Ингушское книжное издательство рукопись своих ранних стихов с условным названием «ГIаргIулийн назма», чтобы издать их в популярной в то время серии «Къоначу поэтан библиотечка» («Библиотечка молодого поэта»), но книга так и не вышла.

Видимо, роковую роль сыграл тот факт, что Ибрагим никогда не писал стихи о партии, комсомоле, Ленине, Октябре. А без этих дежурных стихов (поэты в шутку называли их «паровозами») в то время выпустить книгу для поэта было практически невозможно.

После смерти Ибрагима часть стихов из той его злополучной рукописи была включена в коллективный сборник молодых чеченских поэтов «Даймехкан мукъамаш», изданный в 1985 году в том же издательстве под редакцией Мусы Ахмадова. Несколько стихотворений вошли и в сборник чеченских поэтов «Нана-Нохчийчоь» («Мать-Чечня»), выпущенный Дагестанским книжным издательством в 1997 году (составители – Ваха Дыхаев и Алвади Шайхиев).

Многие стихи Ибрагима ещё предстоит собрать, так как они в разное время публиковались в местной периодической печати. Большая часть архива поэта была утрачена в период последних войн на территории нашей республики. До сих пор находятся в стадии поиска его крупные посмертные публикации в литературно-художественном журнале «Орга» (90-е годы XX века) и республиканской газете «Даймохк» (правопреемница «Ленинан некъ») того же периода. Неизвестна судьба и многих сатирических рассказов из серии «НеI-Солтин дийцарш» («Притчи о НеI-Солте»), которую Ибрагим вёл на страницах газет «Ленинан некъ» и «Колхозан дахар», а также переводов стихов Сергея Есенина и Кайсына Кулиева на чеченский язык, сделанных им в разные годы и опубликованных в местной печати советского периода.

А о других газетных и журнальных публикациях (стихи, заметки, статьи, очерки, репортажи, кроссворды) периода 1972-1982-х годов пока говорить не приходится. Вся надежда на энтузиастов-любителей поэзии, которые могли сохранить подшивки газетных и журнальных номеров тех лет. В своих лучших стихотворениях: «Сан некъ» («Моя дорога»), «Поэтан кхоллам» («Судьба поэта»), «Дахаран кеп» («Образ жизни»), «ХIорда йистехь» («У моря»), «Адамашка» («К людям»), «Нене» («Матери»), «Нохчийчоьне» («Чечне») и других, Ибрагим Юсупов выступает как выразитель мыслей и чаяний своего многострадального народа.

 

Ас дагчохь маьждиг деш, аш йора клуб.

Со цIаре кхийдаш, аш лоьхура гIура.

Олура: «Дин ду – хьан ойланийн туп,

Ткъа цул а коьрта ю къоман культура».

ДоIанан метта аш йоьшура стих.

Ас ламаз дечохь аш «зарядка» йора.

Гечо а кароле, воккхуш со хих,

Сан шира «Iадат» аш доккхура Iора.

Сийсазбан гIертара сан деган малх,

Олуш: «Ахь лелориг! ЦIена эхь дац и!

Йитахьа юккъерчу бIешерийн чалх,

ТIеверза стоьмашна цивилизацин!»

Вайн динан серлоне гIертачу сох

Аш вора «ширачу боданийн молла».

ХIун дийр ду аш, багIахь маршонан мох?

Цо хьошур ма ду и шун дегнийн лолла…

Когда я в сердце возводил мечеть, вы строили клуб.

Когда я тянулся к огню, вы искали мерзлоту.

Говорили: «Религия – основа твоих мыслей,

Но национальная культура выше ее».

Вместо молитвы вы читали стихи.

Когда я делал намаз, вы делали физзарядку.

До поиска брода, переводя меня через реку,

Вы выводили на чистую воду мои «старые адаты».

Вы стремились опорочить солнце моего сердца,

Говоря: «Что ты делаешь? Это же явный позор!

Оставь этот средневековый хлам,

Повернись лицом к плодам цивилизации!»

Меня, стремящегося к свету нашей религии,

Вы превращали в муллу из «вековой тьмы».

Что вы противопоставите грядущему ветру Свободы?

Он ведь растопчет рабство ваших сердец...

 

Тематика стихов Ибрагима разнообразна: о жизни в горах, о прошлом и настоящем своего народа, о судьбах земли, о времени, о себе, о любви…

 

БIарлагIийн тобано веш хилла вох,

Езачун сурт хIотто и хилча оьшуш…

ТулгIенийн агIонаш хоьрцуш Iа мох,

ГIамарш тIехь ас язъен байташ а йоьшуш…

Толпа призраков, оказывается, согревает,

Когда она нужна для создания образа любимой...

Ветер переворачивает страницы волн,

Читая стихи, которые я пишу на песке…

 

Трудно быть поэтом в сложные для твоего народа времена, когда разрушаются вековые традиции, когда люди вынужденно отдаляются друг от друга, теряют свои исконные корни:

 

Къиношна дуьхьал со даима деш ву сайн тоба.

ЙоI-бIаьрган са санна, лардо ас сайн къоман сий.

Ас шалха дош аьлча, гIелло сан доттагIийн тоба.

Ас иллехь Бакъ ийдеш, озало сан мостагIий.

Я всегда делаю обет не совершать греховного.

Как зеницу ока, я оберегаю честь своего народа.

Когда я потакаю двуличности, редеет круг моих друзей.

Когда восхваляю Истину, меня остерегаются мои враги.

В стихотворении «Нана-аьрзу» («Мать-орлица») Ибрагим, обращаясь к орлице, потерявшей своего орлёнка, утешая её, пишет:

 

«ХIай Нана, со вай и-м – хьан вайна кIант!»

(«О Мать, это же я – твой потерянный сын!»).

 

Воистину, милосердие поэта не знает границ!

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.