http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


Таня Печать Email

Александр Пряжников

Должен признаться: не люблю слово «поэтесса». На мой взгляд, оно состоит в близком родстве с такими вульгаризмами, как «докторша», «прокурорша», «профессорша». К тому же, стоит его лишь произнести, как перед глазами возникает бесполое, бледное существо с дымящейся сигаретой в прокуренных пальцах. Когда же встречаешь красивую, обаятельную женщину, успешную в делах, прекрасную хозяйку, наделенную к тому же недюжинным литературным даром, то слово «поэтесса» вылетает из головы. Мне думается, что щедрая природа, раздавая людям таланты и способности, меньше всего задумывается о гендерных различиях.  И настоящий поэт, писатель, художник рождается иногда – мальчиком, иногда – девочкой.

Литературная участь ростовского поэта Татьяны Фоминовой так же нетипична, как нетипично ее творчество. В то время, как пишущие ровесницы предавались бесконечным словопрениям на гуманитарных семинарах, она зубрила фармакокинетику и ставила тончайшие эксперименты по аналитической химии.  Естественные науки беспощадны. Они требуют от человека конкретных знаний и четких формулировок. Им безразлична человеческая эрудиция, сообразительность и прежний багаж знаний. Но зато они помогают однажды и навсегда организовать свое мышление, а затем, и саму жизнь. Наверное, поэтому, каждое стихотворение Татьяны – маленький экзамен на личностную зрелость. Экзамен, во время которого автор отвечает за каждое слово, каждую запятую. Наверное, поэтому, каждая ее строка – невольный вызов любителям ритмически обустроенного словоблудия.

Осознание собственной одаренности приходит в одночасье, но, чтобы поведать об этом миру, требуется, порою, целая жизнь. На этом направлении существует несколько исхоженных и проверенных путей, однако, Татьяна выбирает самый трудный – путь одиночки.

Она никогда не служила обер-фрейлиной при дворах ростовских диссидентствующих гуру, состоявших на прикорме у КГБ. Она не заглядывала в рот местечковым гениям, поскольку для человека ее профессии существует только один авторитет – Их Величество Опыт. Тот самый, который «сын ошибок трудных». Ведь не зря же французский мудрец Мишель Монтень свою главную книгу так и назвал – «Опыты». Наши опыты и наши ошибки рано или поздно материализуются. Счастлив тот, кто может воплотить их в картины, или стихи.

Быть в искусстве одиноким и независимым непросто, особенно, если ты – женщина. Но тем сильнее пьянит ощущение очередной творческой удачи, которой ты не обязан никому, кроме самого себя.

 

Мне так странно – я больше тебя не люблю.

Это так очевидно, хотя и печально:

на термометре столбик стекает к нулю

беспощадною правдою ртути зеркальной.

 

Осознанно, а может быть вслепую, Татьяне удалось обойти две пропасти, в которые во все времена срывались и продолжают срываться поэты-лирики.

Имя первой пропасти – пошлость. Та самая пошлость, от которой тоска и тошнота подкатывают одновременно. Многие бегут от нее сломя голову, пытаясь укрыться в непроходимых чащах «возвышенных» образов и тем.  А Татьяна упрямо и последовательно поэтизирует обыденность – и ей э то удается.  Ей удается играть ноктюрн собственного сочинения «на флейте водосточных труб», а это есть признак огромного таланта.

Другая пропасть именуется отчаяньем, которое по сути своей греховно. Сквозная лирическая героиня Фоминовой – женщина, не избалованная жизнью и судьбой. Она слишком много прочувствовала, передумала, перестрадала, но, несмотря ни на что, она счастлива. Счастлива, потому что сохранила свое достоинство, красоту и вкус к жизни. Счастлива, потому что сильна, как только может быть силен настоящий поэт.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.