http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


Белая птица /Хайбах/ Киносценарий. Журнальный вариант. Продолжение. Начало – №№1-2, 3-4 2013г. Печать Email

Лула Куни

 

69. Нат. В лесу

 

Саид и Хасо верхом. Выезжают с разных сторон на лесную поляну.

Хасо: Говорят, ты хотел меня видеть…

Саид: Ассалам алейкум…

Хасо, выждав паузу: Ва алейкум салам... Что тебе нужно?

 

Саид: Что так?

Хасо: Тебе знать.

Саид, раздраженно: Скажешь – узнаю…

Хасо, усмехнувшись: Я обязан? Звал ты…

Саид: Помощь мне нужна...

Хасо: Без меня.

Поворачивает коня, едет к лесу.

Саид окликает его: Так в чем дело? Не объяснишь?

Хасо придерживает коня. Разворачивается. Приближается к стоящему Саиду почти вплотную. Насмешливо, глядя ему в глаза: Ты СБЕЖАЛ из тюрьмы?

Саид: Да…

Хасо, пришпоривая коня, глядя в пустоту перед собой: Зачем говоришь неправду? Из этой тюрьмы бежали только двое.

Саид: ???

Хасо, холодно, так же не удостаивая Саида взглядом: Харачо Зелимхан… и я.

Саид молчит.

Хасо: Правду... Многого требую? Тебя выпустили... Зачем? Кому служишь? Кого должен сдать?

Саид рассказывает историю своего пленения, о шантаже.

Хасо, после долгой паузы, шумно вздохнув: Из-за брата пошел… Верю… Что теперь хочешь делать?

Саид: Хочу выйти из игры.

Хасо: Получится?

Саид: Поможешь?

Хасо, не отвечая, усмехается в усы.

 

70. Нат. Бой в лесу

 

Хасо, исполняя просьбу Саида, стреляет ему в ногу. Того – раненого – привозят домой.

 

71. Инт. В доме Асхабовых

 

Саид лежит с забинтованной ногой. Неожиданно распахивается дверь и к нему врывается «гость» Хамзата с напарниками.

Небрежно, не обращая внимания на стоны раненого, они бесцеремонно срывают бинты. Крупный план. Рана чистая – не видно следов пороха.

Свистящим шепотом, ненавидяще глядя в глаза Саиду, «гость»: Шутки надумал шутить, поганец? Сгною!..

Саид откидывается на спину, молча глядит в потолок. «Гости» уходят, хлопнув дверью.

 

72. Инт. В доме Асхабовых

 

К Саиду приходит зять (муж Есимат) – проведать его. Говорит, есть слухи о смещениях в высшем эшелоне власти: арестованы Ежов и его команда.

Саид надеется на перемены.

Зять не верит: Оттого, что они поменяют в повозке лошадей, дорогу они не будут менять. Возничий – на месте… Ты в наркомюсте? И до сих пор не приходилось поступаться принципами, идти на сделку с совестью?

Саид: Нет.

Зять: Понимаю. Теперь – пришла пора. Ты созрел для прозрения.

Саид: О чем ты?

Зять: Эта власть – если ты не понял – власть от рогатого. Пока ты щиплешь травку и нагуливаешь жирок, тебе все кажется прекрасным и мир ты видишь в розовом свете. Но наступает пора определиться – или ты снимаешь повязку и выходишь из круга, или ты с ними и по-прежнему, как слепая лошадь, продолжаешь идти по кругу. К Хамзату приставлены люди, чтобы не упустить времени его прозрения. Или он станет опасен – и его придется убрать, или будет идти дальше по кругу. Но он слишком умен, чтобы продолжать идти на поводу у них. Да... Тогда им будет нужно, чтобы поклажа его проступков была слишком велика… Жаль. Такого человека губят...

 

73. Инт. Там же

 

Заходит Салах. Говорит, что в сельсовете передали бумагу для Саида. Это повестка в суд. Саиду нужно ехать в город.

Саид решает, что его собираются снова посадить (вспоминает угрозу «гостя» Хамзата). Говорит о своих опасениях зятю. Тот успокаивает его: Вряд ли они за тебя так скоро возьмутся: сейчас по всей партии – чистки… Им сейчас не до тебя…

 

74. Инт. В суде

 

Саид едет в Грозный. Приехав, обнаруживает, что его вызвали в качестве свидетеля. Его вызывают в зал суда. Прихрамывая, опираясь на костыль, он входит в зал – за решеткой сидят некоторые из его мучителей, допрашивавший его рябой следователь в том числе.

Саид дает свидетельские показания. Оглядевшись, видит в зале – среди публики и в ряду обвинительной комиссии – чинов из прежней тройки, что арестовывала его на пленуме.

 

75. Инт. В доме Асхабовых

 

Женитьба Саида и Седы.

Саид дарит Седе красные бусы.

Сцены короткого семейного счастья.

Рождение сына. (Все остается за кадром, но имеется в виду, когда начнутся эпизоды начала войны.)

 

76. 1941 год. Весна. Инт. В доме Асхабовых

 

Салах заходит к Саиду. Он в приподнятом настроении. Шутит с Седой по-родственному. Подкидывает вверх годовалого племянника: Ого! Крепыш! И высоты не боится!

Седа накрывает им на стол.

Салах: Ты знаешь, все-таки изменения в лучшую сторону наступили…

Саид: О чем ты?

Салах: В верхах произошли кадровые перестановки. Теперь даже в руководстве НКВД республики – вайнахи… На место Рязанцева поставлен Албогачиев…

Саид: Подожди… На место начальника НКВД?

Салах: Да! Вот – читай! – вытаскивает из-за голенища сапога газету, показывает передовицу в «Грозненском рабочем»: «По личной рекомендации Лаврентия Павловича Берия руководителем отдела по борьбе с бандитизмом назначен Г. Алиев. А также командиром 141-го стрелкового полка НКВД назначен Б.А. Холухоев. Алиев, Холухоев… Они-то точно в курсе здешней обстановки. Теперь прекратятся эти бесчинства… Здорово! Правда? – читает дальше: «Данные кадровые перестановки предприняты в целях улучшения обстановки в нашей республике. Лаврентий Павлович возлагает на них большие надежды и уверен, что они четко и в срок выполнят поставленные перед ними задачи»... Вот! Четко и в срок!

Саид: Странно… Если они пошли на это – крупная игра готовится…

Салах, с воодушевлением: Думаю, ты ошибаешься, брат. Партия, наконец, поняла значимость национальных кадров и необходимость решения национального вопроса силами местных кадров! И это здорово…

Саид не слушает, думая о чем-то…

 

77. Инт. Наркомюст

 

Саида вызывают в наркомюст. Начальник отдела, как ни в чем не бывало, словно Саид только что вернулся из командировки, направляет его на очередной участок работы: Вот, Саид Хожаевич, просмотрите и эти бумаги заодно. За Ваше отсутствие их накопилось достаточно.

Саид: За отсутствие?..

Начальник отдела: Да, нам сообщали о Вашей длительной командировке по делам наркомюста. Мы в курсе. Продолжайте работу в том же направлении.

Саид в недоумении, однако, виду не подает.

 

78. Инт. Кабинет Саида Асхабова

 

Саид у сейфа. Разбирает бумаги. В основном – сводки о вылазках «бандгруппировок» в горах. Сводки типа: «В селе Никарой Галанчожского района бандгруппировкой численностью в семь человек…»

Потом берет другую бумагу:

«Грозный. Выписка из протокола № 156 заседания Чечено-Ингушского обкома ВКП(б): «Слушали: О кулацко-бандитском восстании населения некоторых сельсоветов Шатоевского, Галанчожского и Итум-Калинского районов. Постановили: Наркомат внутренних дел (нарком т. Албогачиев) не выполнил постановления бюро Чечено-Ингушского обкома ВКП(б) от 25-го июля 1941 года, борьба с бандитизмом до последнего времени строилась на пассивных методах, в результате бандитизм не только не ликвидирован, а наоборот активизировал свои действия. Агентурно-осведомительные кадры НКВД ЧИАССР засорены предателями и провокаторами».

 

79. Инт. Совещание в кабинете Председателя совнаркома Моллаева

 

В кабинете несколько высоких чинов. Среди них – Албогачиев, представители обкома.

Моллаев: Товарищи, дело срочное, не терпящее отлагательства. Вот, читайте! В Москве пишут, что у нас в горах идет настоящая война, а мы не знаем, что у нас тут под носом происходит! Грош цена нам как руководителям, если мы не можем разобраться в создавшейся ситуации.

Все читают передовицу в «Правде».

Тем временем Моллаев звонит секретарю обкома по кадрам, затем – первому секретарю обкома. Убеждает их ехать в горы и на месте разобраться, что к чему: Что значит – «бесполезно»? Нам партия доверила такой ответственный участок!.. Мы должны знать обстановку на местах!

 

80. Инт. В кабинете наркома внутренних дел

 

Саида приглашают на прием к Албогачиеву.

Албогачиев: Вы ведь работаете в наркомюсте?

Саид: Да… после перерыва…

Албогачиев: Знаю. Слышал о вашем участии в бою. О ранении…

Саид внутренне напрягается. Но по виду Албогачиева не понятно – знает ли он об истинной миссии Саида в стане повстанцев.

Албогачиев: Поступили сводки о вылазках повстанцев в горах, – показывает документ. – Вы нам понадобитесь.

Саид, не сдержавшись: В качестве кого?

Албогачиев, с холодной улыбкой: Вот в качестве юриста и понадобитесь… А что – есть варианты?

Саид: Вариантов нет.

Албогачиев: Вот и хорошо. Оформляйте пропуск.

 

81. Нат. В горах. Последняя встреча Саида с Хамзатом

 

Саид снова встречается с Хамзатом в лесу.

Тот невесело смеется: Кто-то грозился «соскочить с поезда»? Не получилось? Я же предупреждал.

Саид: Я-то всегда успею… А вот тебя подставили... Ты не понял, чего хочет от тебя эта власть?

Хамзат: Власть меня ненавидит. И я использую эту ненависть.

Саид: Это власть тебя использует.

Хамзат: Как она меня может использовать, если до сих пор ее псы не поймали меня?

Саид: Это ты неуловим? С этими людьми? Ты ничего не знаешь о них, кроме их имен. Придет время, и эти шакалы сдадут тебя псам. Просто не было еще команды… Помяни мое слово.

Хамзат: Слишком часто я начал слышать эти слова.

Саид: Пока ты способен слышать только себя.

Хамзат: Надо собирать народ.

Саид: Не надо губить народ.

Хамзат: Но сообща мы победим.

Саид: «Сообща» мы только погубим всех. Если у тебя собственные счеты с этой властью, зачем тянуть за собой других?

Хамзат: Заколдованный круг... Власть множит число недовольных, а я, выходит, собираю их… Получается, я не выявляю врагов советской власти, а множу их на пару с властью?

Саид: Поздно понял… Слышал о недавней операции в горах?

Хамзат: Это когда пустынное ущелье бомбами забросали? Мои всё никак в толк не могли взять, зачем вам это нужно было? В этих местах мы не ходим – там вообще невозможно передвигаться – редкий лес, отвесные скалы, всё на виду... Авиация… Бомбы... Зачем? Это же затратно...

Саид: Да нет. Иногда пушкой по воробьям очень выгодно... Так что ты теперь у нас не отрядом «лесных братьев», а целым «войском» руководишь...

Хамзат: Да... Обложили со всех сторон…

Саид: Должен быть выход...

Хамзат: Это тупик... Мне из этого леса уже не выбраться. Да и смысла нет. Хотя... Я не так глуп, как им кажется... Соперника всегда можно переиграть...

 

82. Нат. В селе. Отец Саида

 

Хожа стоит, сгорбившись, перед сожженным домом соседа. Говорит в тишине: Эх, Элабек… Молоды мы были с тобой. Столько надежд имели… Думали, вот она – коснулась нас крылом птица счастья. А она дохнула огнем на нас… Что же это за власть такая, что собственного народа боится, в каждом врага видит?

 

83. Нат. Одна из площадей города

 

Молодые Элабек и Хожа на лошадях.

Короткие кадры – видеоряд – Стодневных боев в Грозном.

Митинг с Серго Орджоникидзе. Его выступление: Братья-горцы! Вот и пришла к вам в горы советская власть, власть народа…

Все: Х1урр-роо!

Радость на лицах. Все воодушевлены.

 

84. Нат. В селе

 

Мимо стоящего в раздумьях старика Хожи едут на лошадях Махма и двое сельчан. При виде старика те двое спешиваются. Махма остается в седле.

Махма: Хожа, не стоит сокрушаться перед домом врага…

Хожа: И тебе доброго дня…

Махма: Так я говорю, слышишь? – не стоит так сокрушаться. Он тебе кто?

Хожа: Друг он мне…

Махма: Сегодня – друг. Завтра – враг советской власти… Время сейчас такое, старик. Не знаешь, как все обернется, – смеется, смотрит на спутников, ожидая поддержки.

Те неопределенно улыбаются.

Махма, с еле скрываемой злостью: Надеюсь, ты меня понял, Хожа…

Хожа: А седло – оно ведь и свалиться может… Надеюсь, ты меня тоже понял, Махма.

Махма, злобно сверкнув глазами, понукает лошадь.

Всадники едут дальше.

Отойдя метров двадцать, Махма оборачивается и громко: В селе Никарой два дня назад тринадцать домов бандитов сожгли. Троих стариков твоего возраста к стенке поставили… Не было ли и среди них у тебя друзей?

Хожа молча смотрит в сторону, не удостаивая его взглядом.

 

85. Нат

 

Салах воюет под Сталинградом (1942г.) в 255-м чечено-ингушском кавалерийском полку. Погибает на фронте. Заслонив напарника: он вытаскивает его, раненного, из-под убитого коня. Немецкий снайпер – выстрелом – убивает Салаха.

Напарник доносит тело Салаха до позиций своих.

Теряет сознание.

 

86. Инт. Грозный. 1942 год, осень. Кабинет в обкоме партии

 

За окнами гул и зарево пожаров, дым.

Чин нервно расхаживает по комнате.

Заглядывает секретарь: Москва на проводе!

Чин хватает трубку.

На том конце провода нервный говорок.

Чин: Никак нет, товарищ Берия. Да. Идет интенсивная бомбежка немецкой авиацией нефтезаводов и промыслов Грозного. Объекты не демонтированы. Не успеваем. Людей не хватает… Скважины горят. Днем темно, как ночью. Дым! Сплошной черный дым над всем городом!..

Ор на том конце провода.

Чин: Да, товарищ генеральный комиссар госбезопасности! Взрывчатку готовим. Саперы готовы. Людей собираемся эвакуировать. Заводы минируем…

Слушает. Потом, нерешительно: Товарищ Берия, Лаврентий Павлович… Тут вот какое дело. Есть тут у них один человек… Сын… э-э, так сказать… святого…

В трубке – тот же ор.

Чин вытирает вспотевший лоб: Лаврентий Павлович… Да. Я коммунист. Да. Да. Но тут в кого хочешь поверишь. Честно… Он говорит, ничего не будет. В смысле – немец сюда не войдет… Сумасшедший? Не знаю… Я? Никак нет. Да. Не старый, про него говорят, сын святого. Да, вышлем его в Москву. Да! Время еще есть. Да! Есть быть на проводе!

Нажимает кнопку.

Заглядывает секретарь.

Чин: Готовьте самолет. В Москву. Срочно!

 

87. Кремль. Кабинет Сталина

 

Адъютант: Товарищ Сталин, привели сына того… святого… Прикажете запустить?

Сталин встает. Подходит к окну. Не глядя на адъютанта: Заводите.

Лорсанов заходит. Молча становится у двери.

Сталин стоит у окна, не глядя на вошедшего...

Сталин адъютанту: Оставьте нас.

Тот выходит.

Лорсанов молча смотрит на Сталина. Держится просто и с достоинством. В фигуре Сталина чувствуется легкое напряжение. Пауза. Потом Сталин демонстративно садится. Молча начинает читать какие-то бумаги. Лорсанов ждет спокойно, уверенно глядя на него.

Сталин, прервав затянувшуюся паузу: Так Вы – говорят – утверждаете, что немецкие войска не войдут в Грозный?

Лорсанов: Да. Утверждаю не я – наш святой.

Сталин: И не надо взрывать промышленные объекты на территории города?

Лорсанов: Да.

Сталин: А Вы отдаете себе отчет, какому риску мы подвергаем себя, послушав вас? Если немцы войдут в Грозный, они получат доступ к нашей нефти…

Лорсанов: Но если будет отдан приказ о взрыве, вы потеряете этот доступ.

Сталин: Садитесь. Пишите расписку. Если немцы войдут в Грозный – Вас расстреляют…

Лорсанов пишет расписку. Подвигает Сталину.

Сталин: Можете идти… пока…

Лорсанов идет к дверям.

Сталин, вслед, оценивающе: Выходит, у вас сын за отца отвечает?..

Лорсанов, обернувшись к нему – от порога: Да. И отец за сына – тоже… Разве может быть иначе?

Сухо кивает. Уходит.

Сталин. Один. Задумчиво глядя перед собой в невидимую точку: А разве может быть иначе?..

 

88. Нат. Двор Асхабовых

 

Во двор входит юноша лет 16: Есть кто в доме?

Выходит Седа.

Юноша: Сестра, позови старших мужчин.

Седа, в тревоге, входит в дом.

Выходит Хожа. За ним – Саид.

Юноша, смешавшись: Здравствуй, Ваши… Вот… в сельсовете дали…

Хожа: Что это?

Юноша, срывающимся голосом Саиду: Вот…

Протягивает бумагу.

Саид читает: Извещение… Ваш сын, Асхабов Салах Хожаевич…

Из коридора женский голос: Ва, Дели-и!

 

 

89. Инт. В доме Асхабовых. Несколько дней спустя

 

Седа, в трауре. Спрашивает Саида, сказал ли он о гибели Салаха его девушке? Саид говорит, что и не знал, была ли у брата девушка.

Седа: Да, дочь Гайсултана… Может, как-нибудь поговоришь с ней?

Саид: Неудобно… Она девушка видная, мало ли у нее ухажеров…

Седа: Любили они друг друга… Вот… колечко ее – Хаза К1ант попросил меня, когда уходил на фронт, сберечь его… Пожениться они собирались…

 

90. Нат. В селе у родника

 

Саид встречается с Хавой у родника.

После вежливых приветствий, переждав неловкую паузу, глухим голосом, Саид передает весть о гибели Салмана.

Она подавляет горестный вздох.

Овладев собой, говорит, что слышала об их горе… Приносит соболезнования. Видно, что еле сдерживается от рыданий.

Саид, помедлив, неловко протягивает ей ее колечко: Я только недавно узнал, что ты должна была стать нашей невесткой…

Она вспыхивает от боли и стыда. Молча протягивает ладошку.

Саид: Подожди, сестренка…

Протягивает Хаве тетрадку брата: Это твое… О тебе… Прости… Постарайся быть счастливой.

Саид, не в состоянии сдержаться, резко разворачивается и уходит…

Хава стоит, сгорбившись, держась за дерево.

 

91. Нат. В селе на площади

 

По наговору Махмы, сжигают дом фронтовика. Якобы за связь с бандитами – мать семейства накормила голодных беженцев из сожженного соседнего села Никарой.

 

Женщина – хозяйка сожженного дома – говорит, что накануне видела мелькавшего рядом с ее домом (у забора) прихвостня Махмы – из правления. Прилюдно кричит об этом: что уверена – карателей навел он...

 

92. Нат. У родника

 

Махма увивается за Хавой.

Она берет горсть земли и клянется, что если бы он был первым мужчиной на земле, а она последней женщиной – то и тогда бы она не приняла его ухаживаний.

«Будь ты проклята!» – кричит он, сорвавшись.

 

93. Инт. В доме Асхабовых

 

Махму узнает один из гостей Саида – пастух из дальнего села.

Из разговора с гостем Саид узнает, от каких кровников бежал Махма – на нем была кровь десяти сданных им властям безвинных людей, расстрелянных как бандитов.

 

94. Нат. Лес

 

По лесной тропинке едут два всадника. Зритель в одном узнает Хасо. Другой – совсем молодой паренек.

В тишине слышен звук передергиваемого затвора.

Из-за ствола дерева медленно выходит с ружьем наизготовку молоденькая девушка.

Всадники переглядываются и останавливаются.

Спешиваются.

Хасо: Кто ты? Что тебе надо?

Девушка, держа ружье в том же положении: Кто вы?

Хасо: Свои…

Девушка: Своих я уже похоронила вчера… Вы кто?

Хасо: Мы свои, сестренка. Опусти ружье…

Девушка опускает ружье.

Мужчины выходят на опушку леса.

Пасека.

Небольшой дом сожжен полностью.

Обгоревшие руины.

На свету девушка оказывается почти подростком.

Хасо жалостливо хочет погладить девчушку по голове – она резко отскакивает. Смотрит недоверчиво.

Хасо, смешавшись: Сестренка, даю слово – Бог свидетель – я с сегодняшнего дня – брат тебе старший. Есть у вас родные?

Девушка: Уже нет… Мы из села Гули. Там прошлым летом всех наших перебили. Отец был тогда с нами на пасеке… Полгода мы здесь прятались… А два дня назад…

Она заходится в рыданиях.

Молодой спутник передает Хасо фляжку с водой: Может, воды…

Та мотает головой: Я… У меня одна просьба…

Хасо участливо: Что такое?

Девушка: Я хочу отомстить…

Хасо: Вот это не дело, сестра… Ты посмотри на себя… Какой из тебя мститель?

Она срывается на крик: У меня нет братьев, чтобы отомстить этим зверям! И это мой долг! Мой!!!

Рыдает.

Потом резко приводит себя в порядок и неожиданно – покровительственно-спокойным тоном – говорит, обращаясь куда-то в сторону: Выходи, Тоита… Не прячься… Эти дяди – свои…

Всадники видят, как из-за заснеженного ствола дерева выходит махонькая девочка лет трех, закутанная в шаль.

Старшая обращается к ней: Ты почему вышла из шалаша? Я же велела тебе там сидеть…

Малышка прислоняется к ноге сестры и хнычет: Там стра-ашно…

 

95. Нат. В горах

 

Трое всадников (в них зритель узнает Хасо с его напарником и девушку) на перевале.

У Хасо впереди сидит, привязанный к нему, ребенок.

Хасо своему напарнику: Здесь простимся. Нельзя привлекать внимание. Жди меня на нашем месте через два дня… Прощай.

Напарник: Прощай, Хасо. Да хранит вас Бог.

Всадники расходятся.

Хасо с девушкой продолжает путь.

 

96. Нат. Грузинская сторона

 

Дом в урочище.

На склоне холма стоит, глядя на приближающихся всадников из-под ладони, грузин средних лет в характерной пастушьей накидке.

Хасо спешивается.

Чабан спускается по склону.

Порывисто, как старые, давно не видевшие друг друга друзья, обнимаются.

 

97. Инт. В доме грузинского кунака

 

Хасо со спутницей в доме грузинского чабана.

Пока взрослые разговаривают, сестры прощаются.

Малышка: Ты придешь?

Старшая: Обещаю. Я приду за тобой.

Говорит сестренке на прощание: Помни – ты дочь Ганиба из села Гули...

Они с Хасо оставляют ее у грузинских друзей.

Друг предлагает оставить у них и старшую. «Она же совсем ребенок!» – восклицает его жена. «Она не останется… Не сможет…» Те понимающе замолкают. Пауза.

 

98. Нат. В горах

 

Дорога обратно.

Переход через перевал.

Девушка срывается в пропасть. Хасо протягивает ей руку. Она с расширившимися глазами смотрит на него, но руки не берет. Хасо неожиданно понимает. Резко оборачивает руку башлыком – она хватается за его руку – он вытягивает ее.

 

99. Нат. В горах

 

Встреча Марьям (девушки-абречки) с немецким десантником.

Хасо с Марьям едут к условленному месту (на встречу с напарником Хасо).

У развилки Хасо оставляет Марьям.

Наказывает ей не выходить на открытое пространство, дождаться его, пока он не найдет напарника (они разминулись).

Марьям ждет Хасо, спешившись с лошади.

Лошадь привязана к дереву.

Марьям проверяет ствол ружья.

В ветвях скачет белка. Сбивает снег с ветки.

Снег осыпает девушку. Она с улыбкой глядит вверх, снимает платок, сбивает с нее снег.

По плечам распускаются русые косы.

Слышится треск ломаемых веток.

Марьям отпрыгивает в сторону, вскидывает ружье, прячась среди деревьев.

На опушке приземляется немецкий парашютист.

Они встречаются взглядами.

Немец, глядя на белокурую девушку:

– Русиш паг1тизан?! – вскидывает автомат.

Марьям быстро соображает, стреляет.

Оба стреляют почти одновременно.

Немец падает замертво.

 

На выстрел мчится Хасо. Видит: на снегу лежит мертвый десантник и мертвая Марьям – ее ружье отброшено в сторону.

Хасо в отчаянии.

 

100. Инт. Кабинет Албогачиева.

 

/После встречи с Хамзатом Саид уходит с работы, рвет с партией./

В кабинете Албогачиева.

Саид передает записку Хамзата для Албогачиева.

В записке Хамзат просит: «Товарищ Албогачиев, передай мне лучшее лекарство от туберкулеза...»

Албогачиев: Что это?

Саид: Это мой отчет о проделанной работе…

Албогачиев, поспешно: Партия доверила мне….

Саид: Я ухожу. И мне это уже не интересно.

Албогачиев: С работы?

Саид: И из партии тоже…

Албогачиев: Ты ставишь себя вне закона.

Саид: Это вы стоите вне всех человеческих законов.

Саид, в дверях: Он умирает. Передайте ему лекарство. Сочтите это моей последней просьбой на этом посту.

 

101. Инт. Кабинет Албогачиева

 

Албогачиев стоит у стола, вытянувшись во фрунт. Говорит по телефону: Лаврентий Павлович, сводки я отправил. Да. В разы... В разы больше. Понял. Так точно! Работа идет... Нет, он пока не мешает. Я приставил к нему надежных людей. Не беспокойтесь. С воздуха? Да... Пришлось... Тут много сомневающихся. Все время под ногами путаются, вынюхивают. Нет, летчиков я отправил на базу. Они предупреждены – наши люди.

 

102. Инт. В доме Асхабовых

 

Саид с отцом. Хожа явно постарел после гибели Салмана. Делает намаз. Перебирает четки. Саид сидит в стороне, задумавшись.

Хожа, перебирая четки, не глядя на сына: Ты ушел оттуда?

Саид: Откуда, отец?

Хожа: Ты знаешь, о чем я…

Саид: Да… Ушел…

Хожа: Что думаешь делать теперь?

Саид: Не знаю… Я теперь свободен ото всего... – грустно улыбается.

Хожа: А ты действительно свободен теперь…

Саид непонимающе смотрит на него.

Отец, по-прежнему прикрыв глаза и перебирая четки: Ты действительно свободен… Если дорога ведет не туда, никогда не поздно вернуться к началу и выбрать новую дорогу.

Саид: Я пока не вижу дороги… Кому верить?

Хожа: Сердце подскажет. Если в нем – Бог.

 

103. Инт. В правлении

 

Махма приглашает Саида работать в правление.

Саид: С тобой? – Никогда. Пойду пасти овец.

Махма, откинувшись на спинку стула, смерив его взглядом: Смотри, Саид... Ты сейчас – никто... Тебе и овец доверить опасно…

Саид, насмешливо: Ну, зато ты теперь у нас стал «всем»...

Махма: Партия обязывает быть бдительным... Я буду следить за тобой…

Саид: Не сомневался!..

/Продолжение следует/

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.