http://www.nana-journal.ru

Мы в соц.сетях

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН


Наболело! Печать Email

 

Яхита Овхадова, член Союза журналистов ЧР, заслуженный работник культуры ЧР.

Б и з н е с м е н ы   в   б е л ы х   х а л а т а х . . .

Сколько стоит человеческая жизнь? Вопрос, на который никто не сможет ответить, хотя… цену ей мы знаем. Знаем: дороже всего в жизни – сама жизнь. С первой минуты рождения и до самого конца мы дрожим за нее, боясь потерять. И даже будучи обречены, надеемся… А надежда, наверное, не умирает даже и после смерти нашей.

 

Бесценны люди – врачи, – что стоят на страже нашего здоровья, пусть за деньги, но профессионально выполняя свой долг. Низкий поклон им!

Наш сегодняшний разговор не о них. Наш разговор – о тех врачах, которые делают бизнес на человеческой жизни. О тех, кто порой (не побоюсь этого слова!)  становятся нашими врагами.

Гнилую картошку подсунуть или просроченные конфеты – не смертельно страшно, правда? Но некачественные анализы, поддельные лекарства, неточные  диагнозы… Но обманутая жизнь. Единственная. Стрелки которой не повернуть вспять?!..

Есть ли прощение?

Впрочем, немного о реалиях жизни нашей.

…Женщина с жалобами в области сердца обратилась к кардиологу одного из платных диагностических центров Грозного. Та срочно направила к знакомому ей маммологу, которая, в свою очередь, с диагнозом «мастопатия» – в 7-ю аптеку Грозного за кучей БАДов (биологически активные добавки). После трехмесячного лечения опять очередь к маммологу и опять – БАДы (довольно дорогие) на 3 месяца и обязательно из 7-й аптеки. Так продолжается довольно долго, пока мастопатия нет «перескакивает» (после стольких месяцев лечения!) и на вторую молочную железу. В отчаянии женщина бросает все и едет в Ростов. И что же? Диагноз не подтверждается.

А переживания женщины за все это время?! А потраченные нервы, время, деньги, наконец?! А вред организму от ненужных добавок?! А совесть врача, которая не лечила – мучила женщину?!

Есть ли прощение?!

Или другой пример. Мужчину долго «лечили» от туберкулеза, пока тот совсем не слег. Повезли в Ростов. Там сказали: «Ваш поезд ушел. Онкология последней стадии…».

Без отца остались трое детей…

Да что я все чужие примеры привожу, когда есть и собственный? Немного беспокоило сердце. Обратилась к врачу-кардиологу. Та отправила на модное нынче УЗИ сердца к Розе – лучшей из лучших. С сопровождавшей меня родственницей попадаем туда к 10 часам. Узнаем, что она будет лишь с 14 часов. Хотя в этом кабинете принимают другие УЗИсты, вынуждены ждать, так как только результаты ее обследования признает приславшая нас сюда врач. Благо, мы вторые.

И вот она пришла. Пытаемся зайти по своей выстраданной очереди. Увы! В кабинет заводят всех, кроме нас, с двух дверей (оказалось, это два смежных кабинета), заводят без всякой очереди по блату к сидящим внутри. Долго и терпеливо ждем. Полку все прибывает и убывает, а наша очередь, давно прошедшая, никак не «доходит», вернее, не «доводят».

Зима. Пятый час. Темнеет. Истратив последние нервы, «наступаем». Несколько раз удается  все же переступить заветный порог и каждый раз нас выводят: ждите, мол, вызовем. Не вызывают. Опять «наступаем». Наконец, видно, по выражению лиц прочитав наше внутреннее состояние, оставляют в кабинете, хотя до желанной кушетки еще далеко.

Наверное, я не сумею передать картину, царившую в том «муравейнике». В кабинете три врача и одна медсестра. Первая смена не уходит, как они объясняют, «из жалости» к нам, больным. Принимают все три врача – кто сколько успеет. Время – деньги, поэтому все копошатся. У каждой – свой интерес. Вернее, своя «шуршащая» бумажная жалость к нам. Заряд бодрости придают пухнущие карманы  халатов. Оборудование, вкалывающее без отдыха, «из жалости» к нам, стонет от перегрева.

Наконец, свершилось! Не успеваю толком и лечь на кушетку, врач говорит: «Порок. Это порок. Приобретенный. И еще два клапана не работают…» Говорит безо всякого вступления, свинцово-равнодушно, без тени человеческого (не врачебного!) сострадания, словно сообщает долгожданную приятнейшую весть. И срочно направляет меня к кардиоревматологу.

…Домой едем молча. Благо, темно, и моя спутница не видит мои глаза. Мысли – одна горше другой. Когда же? Сколько же осталось?.. ??? И какая-то дикая тоска и боль. Боль и тоска. Когда ты уже проводил ТУДА самых близких тебе людей, давших тебе эту жизнь, не столько цепляешься за нее, сколько боишься остаться невостребованным, немощным, оторванным злым недугом от друзей, любимой работы. Страх перед молчаливой, красиво замаскированной жалостью друзей и близких. И стыд перед теми, кому ты станешь обузой. О Аллах, только не это! – прошу  у Всевышнего.  Радуюсь, что нет на земле мамы, которая не пережила бы… Итог один – успокаиваю себя: два метра пока еще бесплатной земли. И… решаю ни к кому из врачей не обращаться.

Однако родные неумолимы. И вот я еду в Новопавловск (Ставропольский край) в надежде дожить свои дни на ногах.

Зав. кардиологическим отделением Травинов Владимир Александрович очень требователен к медперсоналу и мягок с больными. В отделении идеальная чистота и порядок плюс очень нежное обращение к нам всего медперсонала. После двух дней досконального обследования в палату заходит сам заведующий и буквально «разжевывает» мне результаты обследования. Но – ни слова о «привезенном» мной диагнозе. Тихо, в надежде (все-таки в надежде!) услышать отрицательный ответ, спрашиваю:

– А порок?

– Какой порок? – недоумевает он.

– Дома мне сказали…

– Нет у вас никакого порока. Я 43 года работаю в кардиологии и верю только своим ушам.

Приносит трубку, слушает и опять:

– Да, как я вам уже говорил, изменения есть, но никакого порока…

– Еще сказали, что два клапана…

– Ерунда. Работают у вас все клапаны…

???

 

… Обиднее и больнее всего то, что в чужих врачах, людях другой веры, находишь больше сострадания и милосердия, чем в своих бусулбанаш. Не врачи, а бизнесмены в белых халатах. И что странно: один врач обязательно направляет к другому, а тот обязательно спросит имя приславшего. Какой-то замкнутый круг, грешный, бессовестный, бесчеловечный, по которому водят доверчивых стариков, несмышленых детей, безжалостно сдирая деньги, не леча – калеча … Причем, число жертв этого круга все растет и растет.

Итог печален – потеря веры во врача. Но еще страшнее – потеря милосердия у, призванных по долгу службы быть милосердными, врачей, их безучастное, враждебно равнодушное отношение к пациенту.

Вы же играете с жизнями людей, господа бизнесмены! При онкологии – до летального конца – лечите от туберкулеза. Не там успокаиваете, не тогда бьете в набат. В карманах ваших белых халатов шуршат незаработанные бумажки. Вы больны, неизлечимо больны, господа бизнесмены.

Да, время – деньги. Вам некогда с нами церемониться. Некогда посмотреть в лицо, улыбнуться, приободрить добрым словцом. Но неужели вас не мучают кошмары за ложные диагнозы? Неужели ваши деньги не пахнут  нашими слезами?!

Аллах прощает, когда оступимся, ждет, пока покаемся. Но «суд Божий – не такой, как человечий».

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

©НАНА: литературно-художественный, социально-культурологический женский журнал. Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт журнала «Нана» обязательна.